Последнее испытание - Мэри Бёртон

Кевин играл желваками, взвешивая «за» и «против». Наконец аргументы «за» перевесили.

– Тайлер, спустись вниз.

На втором этаже открылась дверь, и звуки музыки стали громче.

– Иду! – крикнул Тайлер.

– Вы его официальный опекун? – спросила Кроу.

– Наша мать много путешествует, и я заменяю ее, когда она в отъезде. В том, что касается брата, я обладаю всеми юридическими полномочиями.

– Чем зарабатывает ваша мать?

– Она путешествует. Ради удовольствия.

– Приятное времяпрепровождение.

– Да. Для нее.

То есть не для ее сыновей.

– Как часто вы приезжаете из Вашингтона?

– Несколько раз в неделю.

– Это непросто, – сказала Мэйси. – На дороге всегда пробки.

– Точно.

– Ваша семья владеет амбаром Уайаттов?

– Нет. Его продали, но название осталось.

– Вы слышали о недавней находке в амбаре?

– Да.

– Вы были знакомы с Тоби?

– Я ее знал, но мы не общались.

– Девочка из оркестра и игрок «команды мечты»?

– Старшеклассники могут быть очень жестокими. Я сожалею, что не был добрее к ней.

– Вы плохо к ней относились? – спросила Кроу.

– Большинство футболистов – в том числе и я в том году – интересуются только собой.

Сверху послышались тяжелые шаги, и на лестничной площадке появился Тайлер. Высокий, как брат, он был жилистым и сильным. Вероятно, у Кевина была такая же фигура, пока стресс и работа в офисе ее не испортили.

Когда Тайлер увидел Беннет, его лицо залил румянец, словно он перебирал в уме все события вчерашнего дня, которые могли стать причиной для визита полиции.

– Что случилось, Кевин? – спросил Тайлер.

– Ты тут ни при чем. У полиции вопросы насчет пропавшей женщины.

– Тайлер, – сказала Беннет, – в субботу вечером вы с Эми были около «Лакиз».

– Да. Там все были, даже Мэтт.

– Мэтт? – переспросила Мэйси.

Брук нахмурилась.

– Мэтт – мой сын. Ему четырнадцать.

Мэйси почувствовала, что помощнице шерифа не понравилось услышанное.

– Продолжай, Тайлер.

– Мы покупали еду после собрания в школе.

– Тайлер, ты видел Дебби Роберсон?

– Да.

– Откуда ты ее знаешь? – спросила Мэйси.

– Она работала в доме престарелых, где жила моя бабушка, пока не умерла. Бабушка ее любила. Дебби была очень милой.

– Вы разговаривали?

– Да. Я поздоровался, и она тоже. На ней был халат – похоже, приехала прямо с работы.

– Кто-нибудь еще с ней говорил? – спросила Мэйси.

– Да. Один парень. Он тоже работал в доме для престарелых. Кажется, его зовут Рейф.

Брук перенесла вес на другую ногу, достала телефон и ввела имя. Когда на экране появилось изображение, она показала его Тайлеру.

– Это он?

Тайлер посмотрел на снимок:

– Да. Он.

– Рейф Янгер.

– Янгер что-нибудь говорил Дебби? – спросила Мэйси.

– Я особо не слушал. Но она засмеялась, когда он с ней заговорил. Потом села в машину и уехала.

– А Янгер?

– Думаю, тоже уехал. Не знаю. Ничего необычного я не заметил.

– Ты видел кого-нибудь еще рядом с мисс Роберсон?

– Нет. Но я не смотрел. Мэтт как раз… – Он посмотрел на помощника шерифа и умолк.

– Что Мэтт? – спокойно спросила Беннет. – Я не злюсь, честно.

– Ничего.

Похоже, Брук собиралась продолжить расспросы, но передумала.

– Ладно.

– У вас все? – спросил Кевин.

Мэйси поблагодарила братьев и повернулась, чтобы уйти, но потом как бы между прочим спросила:

– А что насчет Синди Шоу? Вы должны ее знать. Двоюродные брат и сестра, правильно?

– Наши семьи не общались, но да, она приходится мне двоюродной сестрой.

– Почему вы не общались?

– Моя тетя была метамфетаминовой наркоманкой. Синди пошла по той же дорожке.

– А Брюс?

– Он пытался быть хорошим братом, но главным в его жизни был футбол. Синди в конце концов поняла это и сбежала.

– А Брюс остался.

– Его будущее было здесь. Во втором семестре последнего курса он жил у нас.

– Говорят, Синди очень любила костры, – сказала Мэйси.

– Костры?

Мэйси улыбнулась.

– Такие большие посиделки перед игрой. Ритуал, приносящий удачу. Сдается мне, что, если смешать подростков, алкоголь и гормоны, получится гремучая смесь.

– Не понимаю, что вы имеете в виду, – осторожно заметил Кевин.

– Во время этих вечеринок кто-нибудь пострадал?

Мужчина перевел взгляд на помощницу шерифа, но потом покачал головой:

– Я ничего такого не помню.

Мэйси достала из нагрудного кармана пробирку с ватным тампоном для взятия образца ДНК.

– Вы позволите мне взять мазок с внутренней части вашей щеки? Я собираю образцы ДНК у всех мужчин, которые контактировали с Тоби в последние дни ее жизни. Исключив вас, я смогу заняться реальными подозреваемыми.

Кевин колебался.

– Как ДНК поможет найти убийцу Тоби?

– Я не уверена, что поможет, но мы не можем отказаться от тестирования, учитывая недавние новости о непроверенных образцах в делах об изнасиловании. Это скорее имеет отношение к связям с общественностью.

– Я по-прежнему не понимаю, при чем тут я.

– Я тоже. И чем раньше я буду избавлена от необходимости смотреть в вашу сторону, тем лучше для нас обоих.

Он был адвокатом и знал, что имеет право отказаться и, чтобы его заставить, ей придется получать постановление суда.

– Посоветуюсь со своим адвокатом. Если он разрешит, я готов.

– Почему бы не сделать это прямо сейчас?

Кевин улыбнулся:

– Я никогда не общаюсь с полицией напрямую, даже когда мне выписывают штраф за превышение скорости.

Мэйси напомнила себе, что осторожность проявляют даже невиновные.

– Я повторю свою просьбу при нашей следующей встрече.

– Уверен, что мой адвокат не будет возражать. А что с Дебби Роберсон?