Enter - Карл Ольсберг

— Мы подумали, что, наверное, есть и другие бывшие сотрудники ИИИ, которые не одобряли проекты Меллека, — начал разговор Айзенберг. — Вы не могли бы составить для нас список всех сотрудников, которые работали под руководством Меллека одновременно с Ангессером?

— ИИИ как колыбель террористической группировки? — Это предположение, скорее, развеселило, чем напугало Гильберт. — Ну, кто знает, вероятность есть всегда. У нас работают самые одаренные люди, и порою у них бывают самые странные воззрения. Сейчас дам поручение отделу кадров. Что с Ангессером? Вы с ним поговорили?

— Он исчез, — сказал Кох.

— Значит, вы оказались правы, господин главный комиссар. Я впечатлена.

— Мы бы не стали утверждать, — вмешался Варнхольт. — Вполне может быть, даже скорее всего, убийство Меллека никак не связано с АТР.

Гильберт подняла брови.

— Вот как? Тогда объясните, пожалуйста!

Варнхольт изложил свои аргументы о том, что убийство противоречит логике обоих терактов и мотивам террористов.

— А какие именно мотивы у АТР? — спросила Гильберт.

— Они их сами опубликовали в Интернете, — сказал Варнхольт чуть сдавленным голосом.

— А как же письма с угрозами? Я процитирую: «Мы будем рассматривать вас как сообщника злейшего из врагов человечества за всю его историю. Мы оставляем за собой право применять любые меры для спасения нашего вида. Это наше первое и единственное предупреждение вам, господин Роберт Дрэгер!».

Гильберт запомнила эти строки. Наверное, она обладала такой же, как у Виссманна, способностью в точности воспроизвести однажды прочитанный текст.

— Это все лишь для устрашения получателей, но не настоящая угроза расправы.

Всегда уверенный в себе Варнхольт занервничал. Неужели в присутствии Гильберт смущался даже он?

Директор ИИИ посмотрела на него с изумлением.

— Хотите сказать, мне не стоит воспринимать всерьез письмо с угрозами в мой адрес? После того как один из моих ближайших сотрудников получил такое же письмо и был застрелен в собственном доме? Мне отправить домой полицейских, которых вы любезно приставили ко мне для охраны?

— Нет, я всего лишь хотел указать на возможность того…

Гилберт добродушно улыбнулась.

— Мне понятна ваша точка зрения, господин Варнхольт. Разумеется, вы рассматриваете любые версии, не только самые правдоподобные. Я, конечно, не следователь, но я бы посоветовала вам направить силы на поиски Ангессера. Его внезапное исчезновение может оказаться совпадением или не может?

— Если он убийца, то почему не исчез сразу же после совершения преступления? — спросил Варнхольт. — Почему лишь после того, как мы с ним поговорили?

— Разве это не очевидно? — спросила директор института. — Если бы он бесследно исчез сразу же после убийства своего бывшего начальника, вы бы его сразу заподозрили. Он надеялся, что вы не обнаружите связи между ним и Меллеком. Но вы обнаружили, и поэтому ему пришлось бежать. Ему очень повезло в том, что вы не арестовали его сразу.

Не скрывался ли в последней фразе легкий упрек? Нет, Айзенберг не видел порицания в ее черных глазах. Она просто констатировала факт. Из Регины Гильберт вышел бы отличный следователь — вдруг подумалось ему. Хорошо, что они пришли сюда еще раз.

— Как вы думаете, где он может находиться? — спросил Айзенберг.

Она взглянула на него так, словно хотела спросить, почему он задал ей этот вопрос.

— Я не видела Ангессера несколько лет, да и раньше мы не очень часто общались. Я знаю не больше вашего. Вы уже побывали в его квартире?

— Да.

— И что вы там обнаружили?

Он рассказал ей об обыске.

— Вы поговорили с соседями? Когда они видели его в последний раз?

— Неделю назад.

Она замолчала на какое-то время с сосредоточенным выражением лица, как будто решала в уме сложный пример.

— У него есть вторая квартира, — сказала она после молчания. — Она служит ему не домом, а пристанищем для ночевок. И в последнее время он там часто останавливался. Может быть, это квартира его подружки. Но если он на самом деле — член АТР, то оборвет контакты с людьми, не входящими в группировку. Можно предположить, что у кого-то из членов группировки есть квартира или дом, где они живут вместе. Или, может быть, жилой автофургон на территории какого-нибудь кемпинга. Наверное, они постоянно меняют местопребывания, и поэтому засечь их довольно сложно, ведь они легко скрываются, не оставляя следов.

Айзенберг кивнул.

— Интересная мысль. Господин Кох, вы не могли бы распорядиться, чтобы ваши коллеги проверили кемпинги под Берлином? Пусть они возьмут фотографию Ангессера и опросят охранников территорий, не останавливался ли он у них недавно.

Кох с кислым выражением лица вытащил свой смартфон.

— Сейчас я попрошу, чтобы для вас составили список, — сказала Гильберт. — Это займет немного времени. А пока мы ждем, хотите совершить небольшую экскурсию по нашему институту, господин главный комиссар? Она поможет вам лучше понять, чем мы тут занимаемся.

— С удовольствием, — ответил он.

Она подождала Коха и повела гостей по большой вилле, в которой работало около семидесяти человек. На первый взгляд комнаты ИИИ были ничем не примечательны. В помещениях с высокими потолками и лепниной располагалось полдюжины скромных рабочих мест — каждое с двумя мониторами. Не было ни шкафов, ни полок для хранения документации. Варнхольт то и дело с любопытством заглядывал в мониторы, на которых нельзя было увидеть ничего, кроме таинственных строк кода или таблиц. Большинство сотрудников были вчерашними выпускниками, лишь единицам можно было дать больше тридцати лет. Они с любопытством смотрели на полицейских, когда те заходили к ним в кабинеты, однако ничего не спрашивали. Айзенберг заметил, что в их присутствии люди практически не разговаривали друг с другом.

— Вот здесь работал Меллек, — сказала Гильберт, когда они зашли в небольшой угловой кабинет, из окна которого открывался вид на прекрасный ухоженный сад.

Обстановка здесь была еще более спартанской, чем в других кабинетах. Сложная компьютерная графика, напоминавшая лист папоротника, была единственным украшением.

— Можно осмотреть его компьютер? — спросил Варнхольт.

— К сожалению, требования безопасности запрещают предоставлять посторонним доступ к нашим компьютерным системам, — ответила Гильберт. — Но вам бы это ничего не дало. Пойдемте, я покажу вам святая святых.

Она отвела их в коридор и оттуда — в подвал. Серая металлическая дверь без ручки преграждала путь. Гильберт приложила палец к небольшому экрану рядом с дверью и набрала восьмизначный числовой код. Дверь открылась автоматически. Они прошли в узкий коридор,