Enter - Карл Ольсберг

— Может быть, он понимал, что в какой-то момент ему придется быстро исчезнуть, и подготовился. Поищите, пожалуйста, электронные устройства — ноутбук, сотовый телефон, внешний жесткий диск.

Однако ни в письменном столе, который, как и все здесь, был основательно опустошен, ни в шкафах не нашлось ничего похожего на такие устройства. В нескольких папках хранились счета и налоговые декларации — ничего особенного, по крайней мере как показалось Йаапу на первый взгляд. Нигде не было ни одного CD или DVD, ни одного флеш-накопителя или другого носителя для хранения файлов. Телефон в прихожей был оборудован автоответчиком, но сообщений на нем не оказалось, телефонная книга тоже была пуста.

Вернувшись в гостиную, Йаап увидел Айзенберга, стоявшего у шкафа с книгой в руках.

— Что это у вас там? — спросил он.

Айзенберг показал ему книгу, и тот сумел прочитать название «Утерянный контроль: как нас использует техника».

— Здесь — целая коллекция книг, подвергающих критике технический прогресс, — сказал он. — Это, конечно, неудивительно. Однако нужно просмотреть все книги. Может быть, он поддерживает контакты с кем-то из авторов.

Йаап посмотрел на книги. Некоторые названия были ему знакомы: «О дивный новый мир», «451 градус по Фаренгейту». Он испытал странное дежавю, когда увидел «Симулакрон-3» Даниэля Галуйи, книгу, которая сыграла ключевую роль в их последнем расследовании.

— Похоже, он увлекался мрачной научной фантастикой.

— Да, очевидно. Господин Клаузен, посмотрите, пожалуйста, нет ли где-нибудь указаний на его местонахождение — например, брони билетов на самолет, — попросил Айзенберг без особой надежды в голосе.

Йаап первым делом заглянул в корзину для бумаг, но та была пуста. Он еще раз пролистал документы в папках и нашел несколько командировочных удостоверений полугодичной давности.

— Ничего, господин Айзенберг.

— Тогда остаются лишь соседи.

На площадке было еще две квартиры. Дверь одной никто не открыл. Из другой на звонок выглянул пожилой мужчина. Он сказал, что Ангессер — спокойный квартиросъемщик, в отличие от семейной пары без детей над ним, которые часто до поздней ночи выясняют отношения. Он не видел соседа с прошлой недели, да и вообще видел его нечасто. Он точно не знал даже, кем работал Ангессер, не говоря уже о том, где тот сейчас находится.

— Мне объявить розыск? — спросил Кох.

— У нас еще нет ордера на арест, — отклонил предложение Айзенберг. — Лучше проверьте, не имеет ли Ангессер другого жилья.

Кох позвонил в свой отдел и попросил проверить данные регистрации, однако новых сведений не получил. В итоге им пришлось вернуться в участок с пустыми руками.

* * *

— Похоже, он заранее подготовился к побегу, — рассказывал Йаап коллегам, когда вернулся в свой отдел. — Для меня это доказательство того, что он что-то скрывает.

Бен, конечно же, не преминул возразить:

— Каждому из нас есть что скрывать.

— Тебе уж точно! — парировал Йаап.

Бен промолчал в ответ.

— Что думаете вы, госпожа Морани? — спросил Айзенберг.

— Я считаю, вполне вероятно, что Ангессер знал что-то об АТР, но нам не рассказал. Мне показалось, что он очень удивился, когда вы сообщили ему о смерти Меллека. Это противоречит гипотезе о том, что он убил своего бывшего начальника, потому что тот мог его выдать.

— Возможно, убил не он, — возразил Йаап. — Возможно, кто-то из его подельников из АТР решился на убийство после того, как Ангессер рассказал им о первом допросе. Мы должны проверить всех, кто работал под руководством Меллека. Судя по показаниям доктора Гильберта, Ангессер был не единственным, кто с ним конфликтовал. Кто знает, может быть, в Институте искусственного интеллекта работали несколько будущих членов АТР. Возможно, группировка и зародилась в стенах ИИИ.

— Это вполне возможно, — согласился Айзенберг.

— Неужели никто, кроме меня, не допускает версии, что Меллек был убит совсем по другой причине? — вмешался Бен.

— Конечно же, это допустимая версия, — ответил Йаап, — но маловероятная. Она отсекается лезвием Оккама[37]: наиболее правдоподобное объяснение зачастую верное.

— Для меня вообще все объяснения далеки от правдоподобия. АТР пытаются привлечь внимание к опасности, исходящей от техники. И тут вдруг они берут и убивают наугад ученого? Да еще того, кто лично знал одного из их членов? Чтобы их тут же поймали? Звучит неубедительно.

Йаап был рад, что основательно изучил информацию в Интернете. Теперь Бену так просто его не переспорить.

— У Теодора Качинского были те же цели, что у АТР. Они даже открыто опираются на него. Качинский убил трех и ранил нескольких ведущих ученых бомбами, отправленными по почте в конвертах. Он добивался того, чтобы другие члены «научно-военно-промышленного» комплекса испугались и прекратили свои исследования.

— Может быть, они и считают Унабомбера своим героем, но действуют совсем иначе. И кроме того, если бы Меллека застрелили террористы, то где их признание? Я остаюсь при своем мнении: мне кажется, убийство и акции устрашения не связаны.

Айзенберг задумчиво глядел на Бена. Некоторое время длилось молчание. В воздухе повисло психологическое напряжение. Наконец Бен встал:

— Я домой. До завтра!

— Что-то с ним не так, — сказал Йаап после того, как Бен ушел.

Айзенберг ничего не ответил. Клаудия посмотрела на него строго, словно хотела выразить упрек.

— А что? — спросил он. — Разве не так? Бен постоянно ко всему придирается. И при этом все время ведет себя как-то странно, не так, как обычно.

— Вы все время ругаетесь, — констатировала Клаудия. — И в таких условиях его поведение нельзя назвать необычным.

Она встала на защиту Бена! С чего бы это?

— Завтра еще раз навестим ИИИ, — сказал Айзенберг.

Он тоже казался не таким, как всегда. Он был немногословным человеком, но сейчас стал и вовсе молчаливым. Однако он согласился с предложением Йаапа проверить остальных сотрудников Меллека. Хотя бы слабый лучик надежды. Но в целом Йаапу казалось, что над ОСГИ нависла туча.

Глава 29

— Господин главный комиссар! Как я рада вас видеть! — Улыбка играла в глазах Гильберт.

На ней был изящный темно-зеленый костюм, который выгодно подчеркивал ее фигуру.

— У вас появились новые сведения?

Айзенберг постарался прогнать из головы мысли, не связанные с его работой.

— Спасибо, что нашли время снова встретиться с нами, — произнес он, стараясь спрятать радость в голосе.

— Не за что. Садитесь, пожалуйста!

Он, Кох и Варнхольт сели так же, как вчера. Когда утром Клаузен узнал, что он с ними не поедет, он не на шутку обиделся. Ведь это была его идея. Однако Айзенбергу было страшно представить, как Клаузен и Варнхольт в очередной раз сцепятся в присутствии наблюдателя от Хинтце. С другой стороны, Клаузен был прав: с Беном