Апофеоз убийцы - Ярослав Гончар

– А Дейв?

– А что Дейв? Он втихаря провернул дельце с наркотой, лишь бы отстали эти пижоны. А идти дальше не стал. Мог бы! Но не стал подставляться. Допросы записываются, зачем ему это? Федералы хотят дело закрыть и остаться чистенькими, а если по Дейву бы что-то всплыло, то его и сделали бы козлом отпущения.

– Мне иногда кажется, что у нас в участке бандиты покруче уличных, – покачала головой Кэтрин.

– Это Сан-Франциско, дорогая. Будешь ходить в белых перчатках, тебе штаны снимут, – усмехнулся в ответ детектив.

Она внимательно осмотрела троицу на желание подслушать их разговор, но никто даже не пытался это сделать, с головой погрузившись в задачу.

– Кстати, Мэтьюс отказался отпустить заключённого, – перейдя на шёпот, проговорила лейтенант. – Боится, что это вскроется и конец его карьере.

– Надо же, – удивился детектив, – и как ты смогла вынуть его?

– Начальник тюрьмы мне кое-чем обязан, пришлось напомнить, – подмигнула женщина.

– А ты говоришь, что мы бандиты!

– Ну ты сравнил! Я никому наркоту не подбрасывала и не угрожала насилием и смертью.

– Надо же с чего-то начинать, – ответил Дуглас, похлопав её по плечу.

– Нет уж, увольте, – улыбнулась Кэтрин.

––

Он сидел под проливным дождём уже четвёртые сутки. Одежда настолько промокла, что казалось, будто его тело покрывает толстый слой слизи. Ноги практически потеряли чувствительность, словно ветки, валяясь в грязи. Как только прекращало лить, то наступал момент облегчения, позволяющий переползти на более сухое место в паре метров от предыдущего, дабы меньше уходить в грязь при следующем ливне. Он ждал, не сводя глаз с одноэтажного дома с огромной треугольной крышей, поддерживаемой толстыми деревянными столбами, с тонкими белыми передвижными перегородками сёдзи и огромной, по американским меркам, верандой, окружающей строение по периметру. И всё это здание лежало на толстых сваях, выходящих из земли на пару футов и вбитых очень близко друг другу, чтобы при постоянной пасмурной погоде потоками воды не заливало пол и размокшая земля не могла никуда деться, разрушив жилище. «Я тут сгнию заживо, чёрт тебя побери! Но не уйду! Не доставлю тебе такого удовольствия! Смерть всего лишь иллюзия больного сознания, а жизнь – иллюзия здорового! Ты научишь меня всему, что знаешь! Иначе придётся убирать мой разложившийся труп со своего двора!» Четыре долгих дня и четыре ночи превратились в бесконечность, дрожь по всему телу отзывалась непрекращающимся стуком зубов, даже удивительно, что до сих пор не рассыпавшихся в муку. Но он держался. Как же просто было бы встать и уйти, оставить позади это злосчастное додзё и забыть о происходящем, словно о кошмаре. Но уйти – означало сдаться, а о таком нельзя допустить даже мысли, иначе она, как мелкий червь, подточит саму основу стойкости и превратит в пыль всё его естество. Победители никогда не сдаются, не отступают, они либо достигают цели, либо умирают, пытаясь. «Я – победитель! Я не отступаю ни на шаг от поставленной цели! Победа или смерть!» Внезапное головокружение прервало его мысли, и, погружаясь во тьму, последнее, что запечатлело потухающее сознание, – сдвинувшаяся бумажная дверь и небольшое серое пятно, быстро приближающееся к нему. И всё разом померкло…

– Мы почти закончили, – голос Сато ворвался в сознание детектива, медленно возвращая его из объятий сна. Как он ни старался не заснуть, но, сидя на достаточно удобной кровати, сделать это оказалось не под силу.

– Отлично! Дуглас, давай просыпайся! – раздражённо окрикнула Кэтрин, быстро подскочив с кресла. По её движениям Маккарти понял, что поспать ей точно не удалось, – с таким подходом они бы уже были в другом штате, пока б ты мирно спал в тёплой кроватке, блюститель закона!

– Они бы не посмели так поступить с добрым пенсионером, – прохрипел детектив, с трудом покидая такое приятное место. – Ну что там у нас? Разоблачили злодеев?

– Это не наша работа.

– Какой сейчас час? – спросил Маккарти, вглядываясь в серое небо за окном и стараясь понять, на улице ещё вечер или уже утро.

– Светает! Нам через несколько часов возвращать заключённого, так что давай включайся, – начала подгонять лейтенант.

– Нормально я так задрых.

Подойдя к монитору, перед которым сидел японец, он посмотрел на диаграммы на экране, для наглядности состряпанные в презентацию.

– Слушаем, – сказала Кэтрин, подкатив свое кресло.

– Итак, вот это счета фонда в разных банках, – азиат указал на большой прямоугольник со вписанными в него в столбик цифрами. На эти счета приходят деньги от сотен граждан Сан-Франциско, в том числе и ваш акционер «Монолит инк.». Они поделены на группы. У каждой группы свой счёт для перечисления.

– Интересно, для чего так? – удивился детектив.

– Чтобы не возникало вопросов у банка. Представьте, большинство сливает деньги на один счёт, сразу должны возникнуть подозрения. И второе – это устойчивость конструкции, в одном банке проблемы, есть десятки других. Но смотрим дальше. Со всех этих счетов происходят перечисления вот сюда, – он указал на эллипс с одним единственным огромным числом. – Это счет на Кипре, офшор. Но туда идут не все деньги, но большая часть.

– Один единственный получатель… – прошептала Кэтрин.

– Да. Счёт компании «ЭкоГрик Ко.». Вроде как компания за экологию, разрабатывающая новые технологии очистки морей от мусора. По крайней мере, так написано на их сайте.

– А остальные деньги куда идут? – спросил Маккарти.

– Часть, действительно, перечисляется в детские клиники. А вот другая часть возвращается в одинаковых долях всем жертвователям каждые два месяца.

– Я уже слышал об этом, но теперь стоит вопрос, что это за бред сумасшедшего. Они отдают всю прибыль и получают зарплату?

– Мы тоже сначала так подумали, – сказал Марс, сидящий за другим креслом. – Но я пробил «Монолит Инк.» насколько смог. Фонд не перечислял никаких средств самой компании, кроме постоянных двухмесячных платежей акционеру. Компания ведёт бизнес успешно сама, без финансовой помощи, связанной с фондом. И она основана этим акционером, так что смысла отдавать всю свою прибыль нет никакого. Кстати, другие акционеры поступают так же.

– Тогда что бы это могло значить? – развела руками лейтенант. В воздухе повисла тишина, никто даже не показывал вида, что имеет хоть какую-то, хоть самую глупую версию.

– Есть одно предположение, – позади всех раздался голос Дэмиена, он стоял около своего рабочего места и показывал на монитор. – Прочтите это. Файл был отлично зашифрован и спрятан, но мне удалось его вскрыть.

Нюрнберг. Собрание XXII

Высший совет касты

Решения

Мы, высший совет касты, в полном составе, 1072 члена. В соответствии с