Раскол - Рагнар Йонассон

– Да, как раз сейчас им занимаюсь. Мне бы кое-что с вами обсудить… Может, договоримся о встрече на выходных? Как вы на это смотрите?

– Положительно, конечно, – ответил Хьединн, не скрывая нетерпения. – И что же выяснилось?

– Подробностями пока не располагаю, но могу вам, например, сказать, что у вас, возможно, есть двоюродный брат, о котором вы не знаете.

– Что вы говорите? Двоюродный брат?

– Да, у Йоурюнн и Мариуса в пятидесятом году родился сын, однако мне доподлинно неизвестно, что с ним сталось. Быть может, его усыновили чужие люди, и Йоурюнн наверняка тяжело было это принять.

– Вы полагаете… он жив? – запнувшись, произнес Хьединн.

– Понятия не имею. А почему вы спросили?

После небольшой паузы Хьединн ответил:

– Я тут подумал о том, что сказал мой отец за несколько недель или, может, месяцев до смерти. Вообще-то, тогда он уже начал терять связь с реальностью, но иногда у него проскальзывали вполне себе ясные мысли.

– Это имеет отношение к делу?

– Нет, не думаю – иначе я это сразу бы вам сказал. Но мне пришло в голову, что это могло быть как-то связано с сыном Йоурюнн. Возможно… плохо, конечно, такое говорить, но, возможно, она в итоге… все-таки не отказалась от него.

– Что вы имеете в виду?

– Отец говорил что-то насчет того, что мне повезло: мол, только хорошие гены унаследовал. Я, конечно, не понимал, о чем он… И еще такие слова его навсегда запомнил: «Я вот подумал, что у тебя была тетка, которая смогла лишить жизни…» Я попытался расспросить его подробнее, но он весь как-то стушевался – возможно, лишнего наговорил, а может, и просто бред какой-то нес.

– Вы думаете, он говорил о Йоурюнн?

– Скорее всего. Хотя мне никогда не приходилось слышать, что она причастна к какому-нибудь убийству. И возможно, отец имел в виду, что она лишила жизни саму себя. У меня, вообще-то, было еще две тетки со стороны отца, но ничего неблаговидного о них неизвестно. Сейчас я вспомнил об этом, потому что вы сказали, что у Йоурюнн родился ребенок и никто не знает, куда он делся. Может… она убила того ребенка.

– Даже так? Предположение, конечно, жуткое – что и говорить. – По спине у Ари пробежал холодок. Помолчав, он добавил: – Нам надо обсудить это завтра поподробнее, если удастся организовать встречу. И да, чуть не забыл: вечером вашу фотографию покажут по телевизору.

– Вот как? – удивился Хьединн.

– Да вы не волнуйтесь, – сказал Ари, ловя себя на мысли, что говорит теми же фразами, что и Томас. – Вас никто не узнает – это та фотография, где вас держит на руках паренек в Хьединсфьордюре. У меня взяли интервью для расширенного выпуска новостей по поводу вируса и нынешней ситуации в городе, и мы решили заодно показать в эфире и ваш снимок – вдруг кто-то узнает того парня.

Некоторое время Хьединн ничего не отвечал.

– Да… – наконец нарушил он тишину. – Полагаю, ничего плохого в этом нет.

– Конечно нет, – решительно заявил Ари, у которого появилось подозрение, что в разгадке этой тайны он заинтересован даже больше, чем Хьединн. – Кстати, теперь я располагаю и свидетельством того, что тот парень действительно там жил с вашими родителями, Йоурюнн и Мариусом.

– Как вы сказали? – спросил явно заинтригованный Хьединн. – Он что, жил в нашем доме в Хьединсфьордюре?

– Да, все указывает именно на это. Нашлась кинопленка тех времен, на которой заснят и он.

– Вот это да! – воскликнул Хьединн. – И где же вы ее раздобыли?

– У Делии. Вы с ней знакомы?

– Ну конечно. А есть возможность взглянуть на эту кинопленку? – спросил Хьединн.

– Почему нет? Может, встретимся завтра вечером у Делии, если она не будет против? – произнес Ари и, не дожидаясь ответа, добавил: – Я позвоню ей и дам вам знать. – С этими словами он завершил звонок.

Ари еще немного постоял у причала, наслаждаясь мягкой погодой, но потом ему все-таки стало зябко, в воздухе веяло прохладой. Он уже успел привыкнуть к тому, что холодный северный ветер – частый гость в Сиглуфьордюре, даже снегопады в мае и июне его больше не удивляли.

Ари поделился с Хьединном многими новостями, но конкретики во всем этом пока недоставало. Судьба тетки Хьединна по-прежнему была окутана тайной, и в глубине души Ари опасался, что эта тайна так и останется нераскрытой. Возможно, ему было не дано ее разгадать – все-таки история Йоурюнн принадлежала другому поколению.

Тут он снова вспомнил о Сандре, которая лежала на смертном одре в больнице. Надо бы набраться смелости и навестить ее. Кто, как не она, заслуживал внимания с его стороны. Все это Ари прекрасно понимал, но понимал он и то, что у него просто не хватит душевных сил смотреть, как она умирает.

Чтобы отвлечься от грустных мыслей, он снова достал телефон и позвонил Кристине.

– А я сегодня буду выступать по телевидению, – не без гордости объявил он.

– Серьезно?

– Ну, не то чтобы выступать – будет мое телефонное интервью. Но это тоже немало.

– Молодец, Ари, – сказала Кристина своим самым будничным тоном. Бурное выражение эмоций было не в ее характере.

– Может, нам вместе его послушать?..

– Вместе? Ты хочешь сказать… – (Наконец-то ему удалось хоть немного расшевелить ее.)

– Да, опасность миновала – ты можешь приехать. Согласна?

– Конечно, Ари.

30

– Исрун! – окликнул ее Ивар, едва она переступила порог отдела.

Вздохнув, она подошла к нему и натужно улыбнулась. На лице Ивара было его типичное самодовольное выражение, которое Исрун терпеть не могла.

– Исрун, – повторил он, – для тебя есть сообщение. Даже не предполагал, что теперь я у тебя в секретарях.

– Сообщение? И какое же? – спросила она нетерпеливо.

– Звонили из дома престарелых. Там освободилось место для тебя, – сказал Ивар нарочито громко, видимо надеясь рассмешить других коллег, но его шутки никто не оценил.

– Ну так какое?

– Звонила какая-то женщина из дома престарелых в Брейдхольте, – ухмыльнулся Ивар. – Некий Никюлаус горит желанием с тобой увидеться.

– А, ну да. Спасибо, – сказала Исрун и развернулась, чтобы поскорее отойти от его стола.

– Погоди-ка, Исрун. – Называть людей по имени получалось у Ивара не так органично, как у Мартейнна. – Кто тот человек? Ты что, над чем-то работаешь, не поставив меня в известность?

Исрун закатила глаза:

– Я работаю над разными сюжетами. Конкретно это связано с репортажем о Сиглуфьордюре, который Мария просила меня подготовить для расширенного выпуска. – Исрун сделала особый акцент на имени главного редактора. – Видимо, надо не откладывая позвонить ему. – С этими словами она достала мобильник и поспешно ретировалась,