Исчезнувшие - Саймон Бекетт

Слушая Дели, Иона лихорадочно соображал. Если Кимани находился в стране по студенческой визе, то данный факт пробивал массивную брешь в версии, что три жертвы убийства в пакгаузе являлись нелегальными мигрантами или же добычей банды перевозчиков.

– Откуда вы знаете? – Иона не помнил, чтобы об этом хоть словом упоминалось в новостях, потому эти факты или только что опубликовали, или же Дели имела высокопоставленного информатора в полиции.

– Информация не из следственной группы, если вы об этом подумали. Там ничего не говорят, так что я сама кое-что накопала. – Она пыталась не выглядеть самодовольной, однако светилась от гордости. – Я проверила все заявления о пропавших людях примерно в то время, которые совпадали с выданными полицией описаниями – поверьте, их оказалось немало, – и тщательно их обработала. Даниэль Кимани подходил по всем параметрам. Группка его университетских друзей объявила небольшое вознаграждение за сведения о нем, поэтому я с ними созвонилась и договорилась встретиться. Они сообщили недостающие подробности.

Иона почувствовал легкое разочарование.

– Значит, это неофициальная информация? И исходит она только от вас?

– Да, но ее подтверждение – всего лишь вопрос времени, – ответила Дели, чуть покраснев. – Уж если я смогла это накопать, то следствие и подавно сумеет.

Или, возможно, отбросило эти сведения как ложные, подумал Иона. Он пытался скрыть разочарование.

– Как вы и сказали, наверняка многие из пропавших без вести подходят под то же описание.

– Но сколько из них также знакомы с девушкой по имени Надин?

От этого имени Иону словно тряхнуло. Дели широко улыбнулась, довольная вызванным ее словами удивлением.

– По всей видимости, Кимани за несколько недель до случившегося начал встречаться с кем-то по имени Надин. Никто из его друзей не знал ни ее фамилии, ни вообще чего-либо о ней, но сосед Кимани по квартире мельком видел ее, когда она к ним заходила. Чуть старше двадцати лет, с курчавыми черными волосами, лицо средиземноморского или ближневосточного типа. Очень привлекательная. Ни о чем не говорит?

Говорило, еще как. Перед глазами Ионы всплыло искаженное ужасом лицо Надин, грязное и обожженное негашеной известью. Он судорожно сглотнул, пытаясь загнать поглубже это жуткое видение.

– Выходит, они состояли в отношениях?

Намного хуже, если бы она лежала на теле бойфренда, возможно даже видела бы, как его убивали. Но Дели покачала головой.

– Я сначала тоже так подумала, но Даниэль Кимани был геем. Никто из его друзей не смог объяснить, зачем он с ней встречался, но никто не сомневался, что в интимных отношениях они не состояли.

– В полицию они обращались?

– Конечно. Их поблагодарили за информацию и сказали, что поставят в известность, как только что-то прояснится.

Значит, Флетчер наверняка уже все знает. Если бы тело на самом деле принадлежало Кимани, у следствия теперь наличествовали бы подтверждения экспертизы ДНК и дактилоскопии. Значит, или это тело не его…

Или решено не оглашать, что одна из жертв – Даниэль Кимани.

От этих новостей Иона ощутил прилив сил и вместе с тем раздражение. Дели сделала то, до чего ему самому следовало додуматься. Иона сидел сложа руки и ждал, пока следствие выполнит всю работу, как будто Флетчер обязался всегда сообщать ему то, что не следует.

И ты еще называешь себя полицейским…

– А как звали этих его друзей? – спросил Иона.

Дели криво улыбнулась.

– Вы же не думаете, что я открою свои источники, верно?

Он так не думал, но попытка не пытка.

– А как же еще две жертвы? Вы о них что-нибудь накопали?

– Еще нет. – Дели умолкла, глядя на банку с пивом. – Значит, вы раньше не слышали о Даниэле Кимани? И это имя вам ничего не говорит?

Но Иона не собирался ничего раскрывать.

– Зачем вы мне все это рассказываете?

Настала очередь Дели удивиться:

– Я думала, вам захочется это узнать. Слушайте, не хочу выглядеть грубиянкой, но вы возьмете последний кусок пиццы?

Внезапная перемена темы застала его врасплох.

– Нет-нет, угощайтесь.

– Я обычно не веду себя так по-свински, но сегодня пришлось остаться без обеда, – сказала она, откусывая небольшой кусочек, после чего застонала от удовольствия. – Господи, какая же я лицемерка. Все время поучаю Мэдди насчет фастфуда, а сама-то…

– Мэдди – это ваша дочь? – спросил Иона, вспомнив их разговор на ступеньках церкви.

– Да. Люблю ее до безумия, но, если ей захочется, она превращается в сущее чудовище. Крутит моими родителями, как заблагорассудится. Сами знаете, как это случается. – Она скривилась, поняв, что сказала не то. – Блин. Простите, я не хоте…

– Ничего. – Иона давно научился не реагировать на нечаянные ляпы, однако это не делало его нечувствительным к ним. – Вы сказали, вы мать-одиночка?

Дели хотела побыстрее загладить оплошность.

– Ничего особенного. Ее отец не сбежал, не погиб, ничего такого. Он просто оказался козлом. Скажем так – он эпизод моей жизни, которым я не очень-то горжусь. А ведь были и другие эпизоды, уж поверьте. Но у меня появилась Мэдди, и за это ему спасибо.

– Он с ней видится?

– Нет. Этого никогда не случится, я все знала с самого начала. Но это его трудности. Он бы не сделал ее жизнь радостнее, даже если бы и виделся с ней. Так что, знаете, скатертью дорога. Мэдди, конечно, жаль, но она счастливая девчушка, у нее любящая родня. Очень жаль…

– Чего жаль? – спросил Иона, когда она умолкла.

Дели пожала плечами и посмотрела на банку с пивом.

– Что я не могу чаще и больше находиться рядом с ней. В том смысле, что надо работать и я пытаюсь на все сто использовать время, которое мы проводим вместе. Стараюсь быть хорошей матерью, очень стараюсь. Но не всегда получается. – Она умолкла и покачала головой. – Простите. Не стоит загружать вас жалобами на свои проблемы. Особенно после того, что вы пережили.

Иона пожал плечами, раздосадованный направлением, которое принимал их разговор.

– У меня все нормально.

– Да, конечно, нормально, – улыбнулась Дели. Она подобрала под себя ноги и повернулась лицом прямо к нему. – Мне очень жаль Гевина Маккинни. Вы были близкими друзьями?

Над Ионой словно туча пронеслась.

– Когда-то – да.

– Знаю, что вам не хочется об этом говорить, но когда я… – Она осеклась. – Так, ничего.

– Что?

Дели покачала головой.

– Пустяки.

Иона взглянул на нее, пытаясь вычислить ловушку. Дели опустила