Дело о «красном орле» - Андрей Константинов

…Вечером вернулся Модестов.

— Нонна! Спозаранник не звонил?… — Модестов словно споткнулся, и воцарилось гробовое молчание.

— Нас обокрали или был обыск? — после паузы спросил он.

Я оглянулась. Да, действительно, удивляться было чему. В пылу расследования я устроила великий погром. В комнате все было перевернуто вверх дном, а кошки гоняли по квартире клубки давно забытого вязания.

— Да я так, уборочку затеяла, — соврала я.

— Я уж испугался. Что-то твоя уборочка на уборочку не похожа. Когда убирают, вещи обычно складывают, а не разбрасывают.

— А это генеральная уборка.

— Ты права, после твоей тетки надо нечистую силу выгнать. Может, иконку поставить? — Модестов оседлал своего любимого конька.

— Лучше свечку.

Модестов понял, что над ним издеваются, и ушел на кухню. Через несколько минут, когда я протыкала спицей подушки, он вернулся. Посмотрел на низвергнутый на пол компьютер и сказал:

— Как я в таком бардаке буду работать?

Мне компьютер нужен.

— Садись на коврик и работай. Я не скоро закончу.

Модестов со вздохами устроился на полу.

— Видать, твоя тетка уже успела сюда влезть. — Он снова нарушил молчание, сдобренное моим пыхтением в процессе передвигания мебели. — Стираю все ее файлы.

— Мне-то какое дело. Твой компьютер… — Я сразу не сообразила, о чем речь, а когда сообразила, заорала:

— Стой! Не смей!

Ложись!

Модестов в испуге отскочил. Я ринулась к компьютеру.

— Откуда он взялся? — трясла я Модестова.

— Из буфера вывалился. Я нажал, а он появился, — начал оправдываться Модестов.

…На экране открылся документ: "Инструкция по применению уникального средства против импотенции «Золотой дракон».

Эксклюзивные поставки фирмы «Stand Steal» для вашего здоровья. Препарат изготовлен из корня легендарного кунджу и является на данный момент самым мощным средством для увеличения мужской силы, поднятия жизненного тонуса, улучшения общего самочувствия.

Избавляет от бессонницы, храпа и эрозии матки…"

Я поняла, как найти старую аферистку.

* * *

Ранним утром продрогшая насквозь от осенней сырости электричка выкинула меня на платформу маленького городка на самой дремучей окраине Ленинградской области.

Шел мелкий дождик. С тех пор, как началась кампания по розыску сбежавшей тетки, уже успело заметно похолодать. Прошла почти неделя. Семь дней и семь ночей я жила мечтой найти крымскую мошенницу, так ловко ускользнувшую из рук милиции и бандитов, а также, что самое неприятное, из-под самого моего носа. Сутками, не покладая рук, я пыталась вычислить, где она примется за новую аферу. Она никогда не повторялась, и на этот раз Геновера спланировала массовый обман потребителя-импотента, обещая ему полнейшее исцеление от всех недугов с помощью препарата «Золотой дракон».

Сначала я проверила, не покидала ли тетушка северную столицу на поездах и самолетах. Оказалось — не покидала. Значит, дальше, чем за пределы Ленобласти, она выехать не смогла. Целыми днями я скиталась по библиотекам, просматривая областные газеты, и засадила Дениску в Интернет. Сын нашел там целую кучу чудодейственных снадобий от всех недугов человечества, но ни одного «Золотого дракона».

Тогда я решила пойти по другому пути.

Обзвонила все рекламные отделы газет Ленинградской, части Псковской и Новгородских областей и капризно заявила, что хочу разместить рекламу препарата по увеличению бюста. Хочу, но еще не уверена, будет ли достигнут нужный эффект от рекламы.

Но мне необходимо выяснить: обращаются ли в эти газеты производители аналогичных препаратов, например, «Золотого дракона»…

И вот вчера восторженная агентша из «Светогорского вестника» сообщила, что нашелся еще один идиот, возжелавший разрекламировать свое добро в их газете. Объявление о «сногсшибательной распродаже „Золотого дракона“ всего за 100 долларов за пачку» было выслано мне по факсу. Я вынула из кармана мятое объявление и с гордостью полюбовалась на него. Ореховая, 43. Установить адрес по указанному здесь телефону оказалось самым легким из всего ряда предпринятых мною оперативно-розыскных мероприятий.

* * *

По адресу Ореховая, 43, находился небольшой дачный домик с разбитым перед фасадом палисадничком. Типичный старушечий уют был во всем: в усыпанных листвой дорожках, крашеных стволах яблонь с засохшими «золотыми шарами». Никому бы и в голову не пришло, что здесь может скрываться мошенница всероссийского масштаба.

Убедившись, что хозяйка отсутствует, я решила совершить проникновение со взломом. Из благих побуждений — чтоб убедиться, что Геновера действительно обитает здесь. По крайней мере, я сама так оправдывала себя. Деревенские дома просто созданы для проникновений: окна веранды держатся на одном штапике, а иногда и вовсе просто прибиты гвоздями. В этом случае штапик безболезненно отделился от стены. Окно аккуратно было спущено на землю, и я, подставив ржавое ведро и подтянувшись, оказалась на веранде. Дверь в дом была заперта. Видимо, из принципа, потому что ключ торчал в замке.

В доме — тот же старушечий уют. Полтора часа я искала следы пребывания Геноверы. И я их нашла. Это были деньги, плотно укутанные в оберточную бумагу и перевязанные тесемочкой. В таких свертках старушки обычно хранят фотографии своей молодости.

Я взяла деньги. Зачем — не знаю. Через несколько минут я уже звонила из ближайшего магазина в Питер.

* * *

…Забирать Геноверу приехал на бронированном микроавтобусе целый отряд СОБРа.

Группа поддержки в кожаных куртках и с недобрыми лицами стояла чуть поотдаль. Славик первый выскочил на крыльцо:

— Взяли!

Его радости не было предела. Первоначальный план с контрольной закупкой решили не претворять в жизнь — слишком часто тетка оказывалась хитрее. Перспектива арестовать Геноверу так манила оперативников, что они решили отказаться от деликатности.

Слава Петров заявил, что против лома нет приема, и вызвал группу захвата.

Недобрые лица в кожаных куртках плотоядно улыбнулись и двинулись к дому.

Оттуда четверо оперативников выводили Геноверу со сцепленными за спиной руками. Проходя мимо, она кинула на меня ненавидящий взгляд и процедила сквозь зубы:

— Прокляну, девка!

Это были последние слова, которые я услышала от крымской тетушки, — ее запихали в машину. Честно говоря, они меня не испугали. Как колдунья, тетка была развенчана в моих глазах.

Работа в домике все еще продолжалась. Следователи с понятыми описывали теткино барахло и что-то напряженно искали. Петров суетился среди них. Нагретые теткой на вагон презервативов «кожаные куртки», наплевав на правила проведения обысков, группой забились в домик, ставший последним приютом Геноверы, отчего следователи забегали еще интенсивнее.