Не плачь, Рапунцель! - Елена Ивановна Логунова

Она убежденно покивала собственным словам и заключила:

– Все ясно, Смурновых грохнул Артур! Помог кузену получить наследство. Должно быть, Арсений пообещал ему долю, а денежки нашему безработному музыканту-абхазскоподданному в чужой стране были очень нужны.

– Вполне стройная версия, – оценила я. – Объясняет в том числе и наличие у Арсения железобетонного алиби.

Но въедливый Вадик, разумеется, нашел, к чему придраться:

– Только непонятно, о чем тогда Арсений сожалел в своей предсмертной записке. С чем он «не мог дальше жить»? Он же не убивал Смурновых!

– Он не был исполнителем, – возразила Ирка. – Но заказал их убийство! Думаешь, этого недостаточно для невыносимых мук совести?

– Ну предположим. – Вадик не выглядел убежденным. – Но тогда с чего это Арсений завещание на Артура написал? Передал имущество сестры, убийство которой постфактум так его тяготило, тому, кто ее кокнул? Это очень цинично, не находите? И совершенно не снимает грех с души Арсения.

– Чужая душа потемки, – заявила Ирка и уткнулась в стакан с кофе, поскольку ей явно нечего было сказать. – Ну если больше ничего не осталось… Уходим?

Кофе мы допили, но у Архипова явно остались вопросы, а у меня – желание дослушать новогоднюю историю про Хаги-Ваги, который, пока мы беседовали, успел вместе с Дедом Морозом переместиться на Планету Мыльных пузырей. Но Ирка уже рвалась к перманентно голодному коту, и мы не стали засиживаться в булочной.

На этот раз решили вместе дойти до станции «Площадь Восстания». Оказалось, что это было очень правильное решение. За сотню метров до метро Вадик вдруг остановился как вкопанный и требовательно спросил у ближайшего фонарного столба, красиво обмотанного гирляндами лампочек:

– А как он сюда попал?

– Кто? Столб? Вадик, он тут лет сто стоит! Или даже двести. – Ирка постучала кулаком по кованому завитку. – Массив чугуна! Вещь на века.

– Я про Артура Бабкина. – Архипов отвернулся от столба и посмотрел на меня. От Ирки он вразумительного ответа, похоже, не ждал. – Как он попал из Гагр в Питер?

– Сначала из Абхазии в Крым, там недалеко, – предположила я. – Так что Артур благополучно прибыл к братику Сене в Симферополь.

– Там-то они свои черные планы и составили! – влезла Ирка.

– А потом, из Крыма в Питер? – Вадик еще не все выяснил.

– Арсений, как мы знаем, на поезде, тот как раз из Симферополя в Санкт-Петербург идет, очень удобно. А вот Артур…

Я задумалась. В самом деле, российских документов у Бабкина-младшего еще нет, иначе Лазарчук не назвал бы его гражданином другой страны. А на поезд, самолет, даже межрегиональные автобусы билеты приобретаются по паспорту. К тому же с учетом черных планов братцев Артуру надо было приехать в Питер тайно, чтобы никто не знал, что он уже там…

– Бла-бла-кар или попутки, – решила я. – А еще лучше – личный автомобиль. И Лазарчук говорил, что у Арсения имелась в собственности машина, что-то непритязательное, отечественное…

– «Лада Гранта», – подсказала подруга. – Цвета жасмин. Это какой, кстати?

– Бело-желтый, – не задумываясь, ответил Архипов.

А меня снова осенило! Не сильно, с размаху по темечку, а мягко, но все равно чувствительно. Я дополнительно шлепнула себя по лбу:

– Грязно-белая «Лада»! Была же такая в Болотном, помните? И не только там… Народ, нам срочно нужно к Боре!

– Зачем нам к Боре? – Ирка и Вадик недоумевающе уставились на меня.

Я с удовольствием убедилась, что их-то вовсе не осенило.

– Элементарно, Ватсоны! Покажем ему фото Артура. Вы забыли? В тот день, когда мы нашли труп Арсения, Боря высадил нас у дома и поехал к себе, но застрял на пустыре. Не мог проехать, потому что перед ним в снегу засела другая машина – белая «Лада».

– Упс, – сказал Архипов.

А я добавила для пущей понятности:

– И водителя этой машины Боря определил пословицей «Долог волос, да ум короток». А застряла та «Лада» потому, что у нее резина летняя.

– Конечно, кому нужны шипованные шины в Симферополе, – мелко покивал Вадик, который уже все понял. – Думаешь, это был Артур на машине Арсения?

– И застрял он там же, где и Боря, не случайно: спешил кратчайшим путем убраться от дома, где мы нашли тело Арсения! – Я максимально развила мысль. – И очень может быть, что эта непредвиденная случайность – маленькое дорожно-транспортное происшествие, в результате которого Артура на машине Арсения увидел наш Боря, – единственное, что уличает Бабкина-младшего!

– Вряд ли единственное, – возразил Архипов. – В Мурине все первые этажи домов заняты магазинами, у многих из них камеры, если поднять видеозаписи, можно проследить маршрут «Лады Гранта» цвета жасмин.

– У тебя профдеформация, ты слишком полагаешься на цифровизацию, – попеняла я. – И упускаешь из виду реалии нашей жизни. В тот день был сильный снегопад, нулевая видимость. Так что вся надежда на Борю. Вперед!

Я махнула рукой – к метро, и Архипов тут же устремился в указанном направлении.

– И я! И я с вами! – Ирка, не желая остаться в стороне и пропустить самое интересное, моментально поменяла свои планы.

– А некормленый кот? – спросила я ее уже на бегу.

– Подождет! – в рифму ответила поэтесса.

Если бы Волька это слышал, не одобрил бы стишок-экспромт и сказал нашей общей подруге в режиме литературной критики много нехороших кошачьих слов.

Глава одиннадцатая

Еще в метро я трижды набрала Борин номер – юный друг и родич не отвечал.

– Работой занят. Пуговицы с лунным камнем ваяет, – предположила Ирка.

– А мастерская у него в городе, на Петроградке, – припомнила я. – Выходит, мы не в ту сторону едем.

– А позвоните его девушке, – посоветовал Архипов. – Как ее? Джульетте.

– У меня нет номера.

Я посмотрела на Ирку, и она помотала головой:

– Тоже нет. Откуда бы?

– У меня есть. – Вадик со свистом расстегнул молнию куртки, полез за пазуху и достал, что характерно, не мобильник, а неизменный блокнот. – Вот, я тут записал…

– Ты и на Джульетту досье составил?! – не то шокировалась, не то восхитилась Ирка.

– Конечно. Решил, что она тоже имеет отношение к расследованию. – Сохраняя полнейшую невозмутимость, Архипов отчеркнул ногтем нужный набор цифр. – И, как видите, оказался прав.

– Кажется, я понимаю, почему ты до сих пор не женат, – пробормотала Ирка. – Такой приземленный педант и зануда!

Но в ее голосе отчетливо угадывалось