Легендарное дело - Николай Иванович Леонов

– А Тина? В каких отношениях вы были с ней? – постарался перевести разговор на тему другой женщины Лев.

Но здесь обсуждать было нечего – видимо, Песоцкая и правда не нашла общий язык с другими жильцами.

Женщина с седой косой недовольно поджала губу.

– Какие с ней дружбы… Раньше знаться не хотела, когда с Болотниковым крутила. Чуть из семьи его не увела. А потом уже никто с ней общаться и не хотел. Всю жизнь пробегала в любовницах у Гришки, даже пенсии нормальной не нажила. Если бы не родня, так под забором бы и померла.

– Ой, вот ты напридумывала! И не стыдно? – заверещала старушка с пуделиными кудрями. – Сама на этого Гришку глаз положила, а он в твою сторону даже не посмотрел, вот ты теперь и злишься… Он ей все свои деньги оставил, бриллиантов накупил и отдал лично.

– Больно мне надо было в полюбовницах его болтаться, чтобы весь город в спину пальцами тыкал. Бриллианты… – передразнила ее приятельница с косой. – Наслушалась сказок от своего хмыря, что ему там Болотников перед смертью рассказал. Где они, бриллианты эти? Чего Тинка тогда с нами тут маялась, а не в хоромах с прислугой? А?

– Да понятно почему, – безапелляционно вмешалась в беседу третья старуха, с набором морщин. – Жадная она была, все свое добро припрятала, чтобы с родней не делиться. Я у нее как-то бусы попросила на Новый год к платью, так она отказала. Память о Грише, сказала, вдруг потеряю или сломаю. А там бусы-то – тьфу! Из стекла и пластика, дешевка. Вот попомните, все бриллианты сложены в старом доме. Ну, не дура же она сюда их тащить!

– Жадная она была, – согласно затрясла кудряшками старушка-пудель. – Лишь бы подарочки получать, а сама ничего не давала. Ей Клара открытки подарила, советские, как в молодости, так она мне даже посмотреть их не дала.

– Ой, зачем тебе эти открытки? Не подарить их никому, – брезгливо оттопырилась губа старушки в густую складку. – Все исписанные, марками обляпанные. Клара их всем норовила подсунуть, чтобы почитали, какие ей сынок поздравления пишет. Моя племяшка бумагу пополам складывает и рисует получше этого старья. Ручная работа!

– Мы с Кларой дружили, а она открытки этой выскочке подарила, – с обидой заканючила в ответ кудлатая.

– Вы с ней дружили? – обрадовался Лев Иванович.

Женщина с косой процедила с иронией:

– Подруги, ну и ляпнула! Да у этой Клары – полный пансион друзей! Любой ей друг, кто ее вечное хныканье про сына слушает.

Но кудлатая, довольная повышенным вниманием необычного гостя, не обратила внимания на уколы соседки. Она кокетливо поправила халат и благодушно кивнула:

– Да, мы дружили. Я всегда была готова выслушать рассказ о ее нелегкой жизни. И Клара со мной с удовольствием делилась.

– И говорите, всем показывала открытки, которые ей присылал сын?

– Не всем, только кому доверяла. – Старушка так и светилась гордостью, кося глазом на завистливые лица товарок. – Мне она их показала. Пачку открыток ей вручил сынок перед арестом, чувствовал, что долго не увидит мать, и приготовил такой сюрприз – заранее подписал открытки на все праздники.

– Вы не знаете, почему его арестовали? Клара не рассказывала?

– О, такая трагическая история! – всплеснула сухими руками женщина. – Бедный мальчик попал под дурное влияние криминальной компании, и его подговорили ограбить известного коллекционера.

– Ага, точно, сказочка про бедного зайчика. Этот несчастный сыночек старика связал, пытал, а потом грохнул. Только от милиции сбежать не получилось. Про ту историю тогда все газеты писали и фотографию его печатали, он в розыске был, – вставила с ехидцей женщина с косой.

– Но ведь украденное у него не нашли, сообщники себе все забрали, а отвечать бедному мальчику пришлось одному. Значит, его подставили, забили голову обещаниями… И вообще, зачем вы лезете в разговор, вы с бедняжкой Кларой не дружили! – Кудельки возмущенно качнулись.

– Да эту историю весь пансионат слышал по сто раз, любой наизусть перескажет. Просто у всех есть свои дела, а тебе заняться нечем, вот и жуешь эти рассказы, как остывшую манную кашу. – Старуха с косой с гордым видом поднялась и зашагала в сторону лестницы, намереваясь подняться в свою комнату.

– Грубиянка! – понеслось ей вслед. – Ты просто не знаешь, что такое доброе сердце! – Возмущенная женщина повернулась к Гурову, в глазах у нее стояли слезы. – Она всю жизнь мне завидует, с первого класса, потому что я тогда уже умела читать, а она нет. И букет на первое сентября у меня был из роз, а у нее из обычных астр.

– Кто завидует, Клара? Или Тина? – Лев Иванович растерялся от бурных скачков мыслей старушек.

– Да нет же, подруга моя, которая с косой. Мы с ней с первого класса дружим. Обиделась, теперь будет дуться, пока я не подойду, – пояснила кудлатая. Она тоже поднялась и заторопилась к лестнице.

Как только кудлатая старушка удалилась, ее приятельница со складками мопса на лице пробубнила:

– Вот старые сплетницы, совсем запутали вас. Вечно соревнуются, у кого что лучше. Я сейчас вам все расскажу. Клара приставала к каждому, кто готов был слушать о ее бедном сыночке. Ко мне даже как-то ночью зашла. Я открываю глаза, а она стоит рядом в одной ночнушке. Но я не из таких, прогнала ее прочь и с тех пор подпираю дверь стулом, чтобы никто не шастал.

– У вас разве двери не на замке? – удивился Лев Иванович.

– На замке, на замке. Изнутри закрывать не надо, все на магните. Снаружи у каждого своя карточка. Вернее, ключ в карточке. Даже не знаю, как она ко мне пролезла. В любую дверь только персонал со своими рабочими карточками может пройти, у них ключ универсальный, открывает дверь в любую комнату. – Пожилая женщина показала ему кусочек белого пластика, на котором были напечатаны цифры – очевидно, номер комнаты. – Не сбивайте меня! Клара прилипала, как жвачка, то к одному, то к другому, а особенно доставала нашего врача, каждый день к нему в кабинет ходила и сидела там долго, будто у него работы нет. А Тина, наоборот, ни с кем не общалась из-за своей репутации. Все старики ведь местные, знают ее историю, что она была всю жизнь любовницей богатого чиновника и бизнесмена Болотникова Григория, а после его смерти оставила его семью, сына и жену, без денег, все наследство себе заграбастала. Только дурочка Клара была не в курсе ее подлости и бегала за Песоцкой, как собачонка, передарила ей половину своих вещей. Тина не идиотка, никогда не отказывалась от