Одна против секты - Марина Серова

Активировав трубку, я снова обнаружила два непринятых звонка. Один был от Натальи, второй по традиции от Жгутова. Поговорить я хотела для начала все-таки с клиенткой. Ведь это она сегодня утром должна была одна-одинешенька пуститься в дальний путь, и именно ее первым делом хотела я расспросить о настроении и самочувствии.

– Женя! Где вы?! Я тут с ума схожу! – донеслись из трубки истерические выкрики, едва лишь я успела нажать вызов. – Как Никита? С ним все в порядке?

– Все нормально, Наташа, не кипятись, – стараясь говорить как можно спокойнее и увереннее, отвечала я. – Ты ведь знаешь, в этом режиме я не всегда имею возможность вовремя принимать звонки.

– Где Никита? – кажется, даже не слушая меня, продолжала кричать Наталья. – Дай мне поговорить с ним.

Я передала трубку, и после нескольких незамысловатых, но, видимо, вселивших в Наталью уверенность фраз, мальчик вернул телефон со словами, что маме нужно срочно что-то мне сообщить.

– Слушаю тебя, Наташа.

– Женя! Тут такое, ты даже не представляешь! – снова с эмоциями начала она, и я решила ускорить разговор:

– Ты встретилась со Жгутовым?

– О да! Он нашел меня на вокзале. Вот об этом я и хотела… Ты не представляешь себе! Эти бандиты…

– А заявление ты написала?

– Да! Мы поехали с ним в эту, в общем, к полицейским, и там еще какой-то парень сказал такое! Вам нужно срочно, срочно в Тарасов! Сию минуту!

– А что он сказал-то?

– Это просто невероятно! Выходит, что Никита теперь самый главный. Но подожди, я расскажу все по порядку. Эти бандиты, которые гоняются за нами, то есть теперь за вами. Которые еще хотели прикинуться, что они тоже состоят в братстве…

– Да поняла я, поняла. И что с ними, с этими бандитами?

– У них, оказывается, очень большая организация, целая преступная группировка, и за ними давно уже следит полиция. Сейчас готовят специальную операцию, облаву. А Никита…

Тут, мельком взглянув в зеркало слева, я увидела нечто такое, что моментально заставило прекратить этот интересный разговор.

– Наташа, извини, я больше не могу говорить. Нам нужно уезжать, – коротко проговорила я в трубку и, не заботясь о том, услышала ли меня все продолжавшая свои невнятные речи Наталья, нажала на сброс.

С дороги, от перекрестка, так же, как недавно въехали сюда мы, дружной вереницей заворачивали к пятиэтажкам синий, блистающий лаком «Форд» и великолепная «Мицубиси».

Вновь увидев эту сладкую парочку поблизости от себя, я, пораженная, вдруг догадалась, что у сектантов, охотящихся за нами, но, несомненно, имевших некоторые претензии и к Теплому, могут быть в распоряжении и другие автомобили, кроме легшей на поле брани серебристой «Мазды».

«Так вот это кто пострелять приехал, – думала я, наблюдая, как юркий «Форд» и солидная «Мицубиси» маневрируют на местности, явно намереваясь подобраться ко мне поближе. – Правильно, Теплый-то не церемонился – двоих стражей уложил, машинку попортил. Есть от чего огорчиться. Догнали, обстреляли, подогрели, обобрали. Ответили адекватно. А теперь – кино продолжается, теперь, значит, снова по наши души. Ладно, посмотрим и мы, кто кого».

Надеясь, что здесь, на виду у всех, они не решатся, по крайней мере, стрелять, я не торопилась срываться с места, но знала и то, что до бесконечности тянуть время тоже не удастся.

– Никита, давай-ка снова на пол, – проговорила я. – Тут к нам – гости.

Когда салонное зеркало заднего вида отразило пустое сиденье, я медленным ходом двинулась от ларька в сторону выезда на основную трассу. Но не помчалась по ней в сиреневую даль, как, кажется, ожидали мои новые друзья, а аккуратно припарковалась в кармане, отходящем от основной дороги и предназначенном для парковки транспортных средств, хозяева которых пожелали бы приобрести что-то в бесчисленных овощных ларьках и магазинчиках, расположенных тут же. Развернувшись лицом к выезду на трассу, я втиснулась между старой «десяткой» и новой «четырнадцатой», закрыв таким образом непосредственный доступ к своей машине другим нежелательным транспортным средствам и обеспечив себе самой отличную возможность в любой момент рвануть на любой скорости и в любом направлении.

«Форд» и «Аутлендер» сбавили ход и, похоже, пребывали в недоумении, что же им предпринять.

Наконец «Форд», более компактный и мобильный, выехав из лабиринта ларьков, пристроился в том же кармане на свободное место через несколько машин от меня, а в прозрачные, без малейшего намека на тонировку стекла «Мицубиси» я увидела, как дюжий дядя, сидящий за рулем, взял телефонную трубку и стал что-то озабоченно говорить в нее.

Закончив разговор, он поставил свою машину поодаль, с торца одного из магазинчиков, и, видя, что никаких движений больше не происходит, я догадалась, что получен приказ ждать.

Действительно, что они могли сделать здесь? Возле ларьков сновали туда-сюда продавцы и покупатели, на перекрестке у светофора периодически собиралась очередь автомобилистов, от нечего делать глазеющих по сторонам в ожидании, когда загорится зеленый. Предпринимать какие бы то ни было действия на глазах стольких свидетелей было бы настоящим безумием.

Поэтому «Форд» и «Аутлендер» скромно стояли в сторонке, терпеливо ожидая первого хода от меня.

Я же не спешила. Помня, что именно темнота в свое время помогла мне скрыться от преследования настырных сектантов, я спокойно стояла на месте, дожидаясь, когда сильнее сгустятся сумерки, и бдительно следя за настроениями своих врагов в надежде уловить минутку рассеянности, которая позволила бы использовать эффект неожиданности и получить преимущество уже на первом шаге.