Последний синклит - Чингиз Абдуллаев

— Все были, — зло сообщил Хеккет. — МистерХашаб развлекался с двумя женщинами. Миссис Холдер, миссис Бердсли, самВажевский. Кто еще? Тиллих залезал в джакузи, а потом ушел в раздевалку.

— А вы? — спросил комиссар.

— Я тоже, — кивнул Хеккет, — но Важевского яне убивал. Незачем. Конечно, мы все конкуренты, но если начнем мочить другдруга, здесь будут плавать одни только трупы.

— Погодите, — поморщился комиссар, — сейчасречь идет об убитом. Совершенно очевидно, что хотели убить именно Важевского.Но если убийца находился рядом с вами, как он мог дать сигнал своему сообщнику,чтобы тот вызвал короткое замыкание? Нужно будет внимательно осмотреть розеткив тренажерном зале и в обеих раздевалках. Если понадобится, разберем всерозетки.

— Да, — согласился Доул, выбираясь из джакузи.Квернер протянул ему руку, он благодарно кивнул и вылез к остальнымэкспертам. — С кем он разговаривал? — вспомнил Доул. — Нужнопонять, почему убили именно Важевского, и тогда мы поймем логику убийцы.

— Со мной, — сказал Чапмен. — Ониразговаривали со мной, с моим отцом и с Альмой. Он и мистер Симура.

Дронго взглянул на Симуру. Тот сидел на стуле, стоявшемнедалеко от джакузи. Очевидно, убийство напарника потрясло японского эксперта.

— Что вы мудрите? — крикнул высоким фальцетомХашаб. Он все еще стоял в плавках, весь мокрый, и капли воды стекали с него,образуя вокруг приличную лужу. — И так все ясно! Вспомните, с кем онидолжны были беседовать после обеда. Мы ведь договорились меняться парами. Кто уних был на очереди? Конечно, Тиллих, — показал на перепуганного помощникаХашаб. — А он знал, что нельзя допустить их разговора с Симурой, иначеВажевский все поймет. Вот поэтому его и убили. Иначе бы вскрылись все махинацииТиллиха.

— Какие махинации? — спросил ровным голосом СтивенЧапмен.

Тиллих стоял с перекошенным от ужаса лицом. Хашаб понял, чтонесколько погорячился.

— У нас свои проблемы, — отмахнулся он.

— Может, вы мне все объясните, мистер Тиллих? —спросил Стивен Чапмен, обращаясь к помощнику своего отца.

— Да, да, конечно, сэр. Обязательно, сэр, —плачущим голосом согласился Тиллих.

— Вы не умеете себя вести, Хашаб, — строгим тономзаметил комиссар Брюлей, — и, может, делаете это специально, чтобы отвлечьвнимание от настоящего убийцы. — Ну хорошо, — раздраженно сказалХашаб. — Я вообще сейчас уйду, пока вы не решите, что нам нужно срочноотсюда уезжать. Этот отель превратился для нас в западню. Нас сюда заманили,чтобы перебить всех до единого. Всех!

Выкрикнув последнее слово, он повернулся и пошел враздевалку. Квернер покачал головой:

— Кажется, он слишком сильно нервничает.

— Господа, — сказал Дронго, — перед тем какспуститься вниз, я случайно открыл дверь на пожарную лестницу. Буквально занесколько секунд до случившейся трагедии. И услышал, как кто-то бежит полестнице.

— Вы увидели, кто именно? — спросил комиссар.

— Нет. Но я точно слышал, что кто-то спешил по лестниценаверх. Человек явно задыхался. Когда я посмотрел, его уже не было.

— Вы живете на третьем, — задумчиво сказалкомиссар. — Получается, что бежали на второй или первый этаж?

— Думаю, что на первый, — сказал Дронго. — Довторого бежавший не успел подняться, да и я бы его заметил.

— На первом этаже живут только сэр Энтони и егосын, — напомнил Квернер, поворачиваясь к Стивену Чапмену.

— Кажется, ваш отец не может бегать, — нагловставил Хеккет, обращаясь к мистеру Чапмену. — А кроме него, на первомэтаже живете только вы.

— Хотите сказать, что я убил эксперта? — надменноспросил Чапмен.

— Нет, — спокойно ответил комиссар, — но хочузаметить, что наш коллега погиб во время расследования преступлений,происходящих в вашей семье, мистер Стивен Чапмен.

Чапмен открыл рот, чтобы возразить, и в этот момент всеуслышали тихий голос Кодзи Симуры.

— Не нужно ни о чем больше спорить, — сказаляпонский эксперт. — Это моя вина, что все так произошло. Я виноват большедругих…

Он тяжело поднялся со своего места. Все присутствующие молчауставились на Симуру. Он сделал три шага по направлению к общей группе и чутьнаклонил голову.

— Мистер Важевский был моим напарником. И он погиб.Значит, мне нанесено личное оскорбление. Я должен был предвидеть такуювозможность. Когда Важевский уходил в бассейн, он мне сказал, что его оченьинтересует один человек. Я никогда не задаю вопросов мастеру, если он сам нехочет на них ответить. Очевидно, я был не прав. Но убийца, который отнял у насВажевского, должен знать, что отныне он мой личный враг. И я готов работать водиночку за двоих, если вы мне доверите.

— Как благородно! — насмешливо сказал внаступившей тишине Хеккет. — Вам еще остается сделать харакири, и чтобыдруг отрубил вам голову. Мне всегда нравился этот японский обычай, когда другдолжен отрубить голову другу. Как правило, самый близкий друг делает это с особеннымудовольствием.

— Перестаньте, — оборвал его комиссар. — Выже видите, что он говорит серьезно.

— Ах, серьезно! — не меняя ернического тона,продолжал Хеккет. — Тогда, может, вы подумаете над другим. Может быть, этоВажевский все и организовал! Все эти убийства. А теперь убийца решил, чтоВажевский больше не нужен, и отправил его на тот свет. Такой финал выдопускаете?

— Нужно отнести его на кухню, — предложилкомиссар, уже не обращая внимания на тон Хеккета, — и вызвать полицию…

Все молчали, глядя друг на друга.

— Вы слышите, господа? — спросил комиссарБрюлей. — Или вы предпочитаете… — Он не договорил.

— Позовите Хашаба, — сказал вдруг в наступившейтишине Мишель Доул.

Тиллих, боявшийся встретиться взглядом с мистером Чапменом,поспешил в раздевалку за Хашабом. Целую минуту все молчали. Наконец появилсяХашаб, который уже успел надеть брюки.

— Простите меня, комиссар Брюлей, — вежливо сказалМишель Доул, — но я хочу знать мнение остальных экспертов. Наш отельокружен со всех сторон, телефонная связь прервана. Убийца бросил нам всемдерзкий вызов, решив убить одного из наших коллег. У нас в запасе есть одиндень и две ночи. Я предлагаю отложить на сутки вызов полиции в связи с…несчастным случаем, — закончил Доул и взглянул на остальных.

— Согласен, — первым сказал Симура. Он дажепритопнул ногой, словно подтверждая свои слова.

— Согласен, — произнес сразу за ним, как клятву,Дронго.

— Согласен, — насмешливо протянул Хеккет.

— Согласен, — строго сказал Квернер.

— Согласен, — кивнул, пожимая плечами, Хашаб. Доулвзглянул на комиссара.