Полицейский-Апаш - Марсель Аллен

— Моя маленькая Нини, — произнёс вдруг стряпчий со слезой в голосе, — бедная крошка, ты попала в хорошенький переплёт! Что же теперь с тобой будет?

Девушка вызывающе посмотрела на Моша.

— Это ещё что такое? — надменно произнесла она.

— А то, бедное моё дитя, — продолжал причитать Мош, — что теперь ты осталась одна… Твоего Поле заберут через несколько дней… а через полгода его казнят на заднем дворе тюрьмы. Убийство с целью ограбления — это ведь не шутка.

Вне себя от злобы, Поле рванулся с места.

— Это ты украл деньги, — взревел он, — и тебе тоже придётся ответить.

Однако Мош, продолжая держать Поле под прицелом, хладнокровно ответил:

— А как ты докажешь, что я украл? Деньги, знаешь ли, такая штука… Только что были, и раз — уже нет. А вот труп кассира, который лежит в квартире месье Поле, — это действительно улика, и её в кошелёк не спрячешь… Кстати, что вы намерены делать с этим трупом, мои юные друзья?

Поле смертельно побледнел. С момента совершения преступления и, главное, с момента пропажи денег, которая лишала убийство всякого смысла, он чувствовал себя потерянным, сбитым с толку.

Сначала дело казалось ему предельно простым. Поле сговорился с Нини, что они сообща убьют бухгалтера и, завладев деньгами, удерут за границу. Такая игра, безусловно, стоила свеч. Однако непредвиденное вмешательство Моша полностью расстроило их планы. Денег, оставшихся в сумке убитого кассира, едва хватило бы на то, чтобы сыграть скромную свадьбу. В том, что остальное украл именно Мош, не было никаких сомнений. К тому же, Нини видела, как он убегал. Получилось, что Поле, обжигая пальцы, вытащил из огня каштаны, а полакомился ими Мош. Если бы к адвокату не пришли посетители, Поле уже давно нагрянул бы к нему и объяснил, что почём.

Незадачливый апаш объяснял всё это Мошу, задыхаясь и путаясь в словах. Тот только загадочно улыбался. Воцарилось молчание… Наконец, Мош заговорил.

— Что ж, Поле, я вижу, что ты не из робкого десятка. Немного прохвост, но таков уж твой характер. А теперь — слушай меня внимательно. Убери свой нож, а я спрячу револьвер… Затем мы сядем за стол и поговорим как люди.

Поле был изрядно озадачен. Он смотрел то на стряпчего, то на Нини, которая втолковывала ему торопливым шёпотом:

— Ладно, Поле, не упрямься. Послушай лучше, что тебе скажет эта старая лиса. Он хитрая бестия, с его помощью мы как-нибудь выпутаемся.

Мош услышал слова Нини. Он бесстрашно сделал шаг навстречу Поле и протянул ему руку, хотя тот ещё не спрятал оружия.

— Видишь, я доверяю тебе, — произнёс Мош. — Я с тобой по-хорошему, давай и ты не упрямься. Вот увидишь, мы отлично договоримся.

Четверть часа спустя Мош и его гости сидели за круглым столом в гостиной и допивали бутылку вина. Они чокнулись в последний раз.

— Так значит, папаша Мош, вы мне поможете? — спросил напоследок Поле.

Мош торжественно возложил свою тяжёлую волосатую руку на взъерошенную головку Нини.

— Клянусь тебе шевелюрой твоей подружки, что моё слово вернее Святого причастия.

— А ты, малышка, — обратился Поле к своей любовнице, — держи язык за зубами и никому не болтай.

Он говорил с Нини повелительным и, в то же время, робким тоном. Она высокомерно пожала плечами.

— Ну вот ещё, — презрительно ответила девушка. — Я не такая идиотка, чтобы трепаться!..

Она хотела ещё что-то добавить, но мужчины тихо заговорили между собой. Мош сказал:

— Слушай, Поле, вдвоём мы с тобой обстряпаем не одно хорошее дельце. Ты уж мне поверь. Я много чего повидал на своём веку, все ходы-выходы знаю, да и ты не дурак. Мы покажем, на что мы способны!

Поле слушал с довольным видом и кивал головой. Но его всё время беспокоил один вопрос:

— А с трупом-то, с трупом что будем делать?

Мош загадочно прищурился.

— Не бойся, сынок, в загашнике у старого Моша есть рецепты на все случаи жизни. Делай, что я тебе скажу, и тогда назавтра мертвяк исчезнет как не было. Ни одна ищейка его не отыщет.

— Что-то я не понимаю, — сказал Поле.

— А понимать не обязательно, — отрезал Мош.

Он поднялся с места и непринуждённо сунул руки в карманы. Этот безобидный жест позволил Мошу удостовериться, что его пистолет на месте. Поле тоже на всякий случай положил руку в карман и нащупал нож. Оба понимали, что уговор уговором, вино вином, а осторожность не повредит. Однако ни Мош, ни Поле не собирались снова начинать войну. Помочь друг другу было в их взаимных интересах.

— Ты ведь, кажется, каменщик? — поинтересовался Мош.

— Когда как…

— Ты можешь сложить каменную или кирпичную стенку, перегородку, в общем, что-то в этом роде?

— Чего ж тут не смочь? — отвечал Поле. — Дайте только кирпич и извёстку.

Мош похлопал Поле по плечу.

— Тогда считай, сынок, что дело сделано. Не будем терять времени понапрасну. Я нанимаю тебя с сегодняшнего дня.

Нини Гиньон взволнованно прислушивалась к разговору, переводя взгляд с одного собеседника на другого. На Поле она смотрела с заботливой нежностью, а на Моша вопросительно и восхищённо. Наконец она решилась спросить:

— Так что же вы всё-таки собираетесь делать?

Мош пристально посмотрел на неё.

— Скоро узнаешь, — ответил он. — Но уже сейчас могу тебе сказать, что это будет отлично сработано!