Продавец острых ощущений - Алексей Макеев

— Что скажешь, Вадим?

— Приятного или полезного?

— Желательно, и то, и другое.

— Из полезного: налицо два набора отпечатков пальцев, четкие оттиски нескольких пар ботинок. Однозначно тех, кто устроил резню. Из приятного: осмотр будет коротким. По сути, здесь и осматривать нечего. Шкаф пустой, тумбочек-столов нет, личные вещи убитого отсутствуют.

— Короче, здесь мне ловить нечего, — подытожил Гуров.

— Думаю, да. Я еще повожусь, вдруг, да выстрелит. — Вадим вернулся к осмотру.

— Ладно, а я по соседям, — вздохнув, сказал Лев.

На «поквартирку» он отрядил трех человек из выездной бригады. Идти по всем соседям лично казалось пустой тратой времени. Все равно соседи ничего не расскажут, вот и Бронницкий так сказал, а он район получше знает. Сам Гуров решил обойти ближайших соседей. Этаж делился на два крыла, в каждом крыле по восемь квартир. В тех, что граничат стеной с интересующей его квартирой, двери никто не открыл. Либо жильцов дома не оказалось, либо просто с полицией связываться не захотели. Так или иначе, во всем коридоре удалось пообщаться лишь с двумя соседями. Первый, мужчина средних лет, проживающий через две квартиры от Кадацкого, заявил, что ничего подозрительного не слышал, мол, спал в берушах. Второй, парнишка лет двадцати пяти, на контакт пошел охотнее. Он подтвердил предположение Гурова, что квартира, в которой произошло убийство, сдается внаем, и добавил, что сам собирался ее снять, но в цене с хозяином не сошлись, и он снял ту, что занимал сейчас.

— Условия тут похуже, душ течет, мебель совсем гнилая, зато чуть ли не вполовину дешевле. А про убийство я ничего не знаю. Только то, что у подъезда женщины говорили. Одна так живописно расписывала, она почти весь полет наблюдала. У крыльца стояла, представляете? Вот бы он на нее свалился, тогда бы отучилась за соседями подсматривать. Ох и вредная! Прилипала и командирша, — разошелся парнишка. — Я раз с девушкой пришел, а она давай на весь двор орать: опять ты своих шлюх через мой подъезд тащишь? Сифилис только вылечил, теперь триппер подхватишь. Девушка, естественно, свалила. А я, между прочим, ни одной подруги сюда не приводил.

— Говорите, она за всеми присматривает?

— Шпионит и подглядывает, — поправил парнишка. — На первом этаже живет, баба одинокая, чем еще заняться? Торчит у окна сутками.

— Сами что слышали-видели? — перевел разговор Гуров.

— Да практически ничего. Вроде кто-то крикнул: «Чего надо?» — или что-то в этом духе, а потом тишина. Удары слышал, как будто ковер выбивают. И все.

— В подъезд не выглядывали?

— На хрена? Это Гольяново, товарищ полицейский. Тут любопытство не приветствуется.

— Почему тогда здесь живете?

— А вы цены на рынке недвижимости знаете? Я в Москву на заработки приехал, а не для того, чтобы «бабки» тратить. Вот годика два попашу, деньжат накоплю, вернусь на родину, куплю квартиру и буду жить припеваючи, — мечтательно закатил глаза парнишка.

— Не боитесь не дожить до заветной мечты? Сами сказали, район здесь неблагополучный. Пройдет слух, что на квартиру деньги откладываете, и полетите в окно, как ваш сосед.

— Это вряд ли. У меня «крыша» крутая, из «уголовки».

— В каком смысле? — не понял Лев.

— В прямом. В соседнем доме мой земляк живет, а он у «урок» в авторитете. Меня дядька к нему послал, сказал, он за мной присмотрит. Демин, кличка Трап. Может, слышали?

— Возможно, — уклончиво ответил Лев и повторил прежний вопрос: — Значит, никого в подъезде не видели?

— Никого.

— Телефон хозяина квартиры сохранился?

— В которой «чела» убили? Нет, зачем он мне, раз я другое жилье нашел, — пожал плечами парнишка. — Да вы в интернете поищите, на каждом сайте его квартира стоит.

Гуров поблагодарил за совет и отправился опрашивать жильцов дома напротив. У выхода из подъезда его остановил майор Бронницкий. Пришла «труповозка», и майора интересовал вопрос, можно ли увозить тело. Гуров дал добро на перевозку, парни погрузили тело, и машина уехала.

Опрос свидетелей из соседнего дома как-то сразу не задался. Лев только и успел подняться на лифте на девятый этаж, как двери открылись, и перед ним возникла фигура женщины необъятных размеров. Она загородила весь проход, и по всему было видно, что сдавать позиции дама не собирается.

— Ну и чего это мы по чужим домам шастаем? — взревела женщина-гора. — Мало своих охламонов, так еще вы сюда претесь! Загадите тут, а Марго потом убирай?

— Доброе утро, — стараясь сохранять спокойствие, проговорил Лев. — Уголовный розыск, мадам, полковник Гуров. Разрешите пройти?

Он достал удостоверение, но женщина и бровью не повела, продолжая высказывать свое недовольство.

— Да плевать мне на твои писульки! Что мент, что урка, срач от вас один и тот же. Сказала: проваливай! Не пущу на свой этаж!

— Гражданка, вы не понимаете, что нарушаете закон? В соседнем доме произошло убийство, сейчас оперативно-разыскная бригада осуществляет разыскные действия.

— В соседнем убили, там и осуществляйте что хотите, а на свой этаж я вас не пущу! — не успокаивалась женщина-гора. — Мне своего говна хватает, чтобы еще за вами выгребать.

— Вы можете пройти со мной, — предложил Гуров, — и удостовериться, что ничего из вашего списка я совершать не собираюсь. Все, что мне нужно — это пообщаться с жильцами девятого этажа. Вы, полагаю, тоже здесь живете?

— Да на хрена мне этот гадюшник сдался? Я женщина серьезная, в такой дыре жить не собираюсь.

— Значит, вы здесь работаете?

— Ты что это, допрашивать меня вздумал? Да мой мужик тебя за такую наглость в порошок сотрет! Он и за меньшую наглость мальков вроде тебя «на перо» сажал.

— Простите, Маргарита, верно? Давайте немного остынем и поговорим спокойно. — Гуров едва сдержал удивление, услышав заявление женщины о наличии у нее поклонника, да еще такого ревнивого.

— Для кого Маргарита, а для кого госпожа Сивкова, — не сбавляя тон, представилась женщина.

— Госпожа Сивкова, мы можем поговорить в более дружеском тоне?

— С ментом дружбу водить? На черта ты мне сдался?

— Послушайте, может, позовете своего друга, и мы с ним обсудим создавшуюся проблему? — Лев искренне надеялся, что друг женщины-горы окажется более адекватным. Надо было как-то выходить из положения, не звать же ОМОН, чтобы те силой убрали женщину с дороги.

— Оботрешься! — грубо заявила она. — Иди, откуда пришел, не нарывайся на проблемы.

За все время разговора в коридор не выглянул ни один жилец, из чего Гуров сделал вывод, что женщина-гора обладает реальным авторитетом на отдельно взятом этаже. «Придется уступить, — решил он. — В любом случае заставить ее уйти силой — не лучший вариант. Вряд ли после этого кто-то станет со мной откровенничать». Лев молча отступил на шаг назад, нажал кнопку с цифрой «восемь», двери закрылись, и кабинка поехала вниз.