Гончая смерти - Агата Кристи

Выходит, интерес Роуза был чисто профессиональным? Яудивился.

– Вы не возражаете, если я тоже буду присутствовать во времяэксперимента?

Быть может, это мое воображение, но я почувствовал, что онколебался, прежде чем ответить. Интуиция мне подсказывала, что он не желалмоего присутствия.

– Конечно. Я не вижу возражений, – наконец произнес он идобавил: – Полагаю, вы не собираетесь здесь надолго задерживаться?

– Всего на пару дней.

Мне показалось, что мой ответ его удовлетворил. Лицо егопрояснилось, и он начал рассказывать о недавних экспериментах, проводимых наморских свинках.

3

Согласно договоренности мы встретились с доктором назавтра вполдень и вместе отправились к сестре Марии-Анжелике. Сегодня доктор был самадоброжелательность. Я подумал, что он стремился сгладить впечатление отвчерашнего.

– Вы не должны слишком серьезно воспринимать то, что яговорю, – заметил он, усмехаясь. – Мне бы не хотелось, чтобы вы во мне увиделидилетанта в оккультных науках. Самое для меня худшее – то, что у менядьявольская жажда разобраться в этом деле.

– Правда?

– Да, и чем более оно фантастично, тем больше оно мненравится.

Он рассмеялся, как человек, признающийся в своей забавнойсклонности к чему-нибудь.

Когда мы пришли в коттедж, районная сестра захотела о чем-топроконсультироваться с Роузом, так что я остался наедине с сестройМарией-Анжеликой.

Я заметил, что она пристально разглядывает меня.

Наконец она заговорила:

– Здесь хорошая сестра-сиделка, она сказала мне, что вы браттой доброй леди из большого дома, где я жила, когда приехала из Бельгии.

– Да, – подтвердил я.

– Она была очень добра ко мне. Она хорошая.

Она замолчала, как бы погрузившись в свои мысли. Затемсказала:

– Доктор тоже хороший человек?

Я немного смешался.

– Ну да. Я думаю – да.

– О! – Она остановилась и потом продолжила: – Конечно, оночень добр ко мне.

– Я уверен в этом.

Она быстро на меня взглянула.

– Мсье… вы… вы… кто мне теперь скажет… вы верите, что ясумасшедшая?

– Что вы, сестра, подобная мысль никогда…

Она медленно покачала головой, прервав мой протест.

– Сумасшедшая ли я? Я не знаю – какие-то вещи я помню, какие-тозабыла…

Она вздохнула, и в этот момент Роуз вошел в комнату.

Он весело ее приветствовал и объяснил, что собираетсясегодня предпринять.

– Некоторые люди, как вы знаете, обладают даром видеть вещив кристалле. Я думаю, сестра, что у вас есть такой дар.

Она выглядела несчастной.

– Нет, нет, я не могу этого сделать. Стараться прочитатьбудущее – это грешно.

Роуз был обескуражен. Такого ответа монахини он непредвидел. Тогда он ловко изменил свой подход.

– Никому не следует заглядывать в будущее. Вы совершенноправы. Но заглянуть в прошлое – совсем другое дело.

– В прошлое?

– Ну да – в прошлом так много удивительного. Озарения приходятоттуда, они длятся мгновения – и затем исчезают. Не старайтесь увидетьчто-нибудь в кристалле, пока я вам не разрешу. Только возьмите его в руки – воттак. Вглядитесь в него – смотрите вглубь. Глубже, еще глубже. Вы вспоминаете,не так ли? Вы вспоминаете. Вы слышите меня. Вы можете отвечать на мои вопросы.Слышите ли вы меня?

Сестра Мария-Анжелика взяла кристалл и держала его в руках судивительным благоговением. Потом, когда она пристально всмотрелась в него,глаза ее стали пустыми, невидящими, голова склонилась. Казалось, она уснула.

Доктор осторожно взял кристалл из ее рук и положил на стол.Он приподнял уголок ее века. Затем сел рядом со мной.

– Мы должны подождать, пока она проснется. Думаю, этопроизойдет скоро.

Он оказался прав. На исходе пятой минуты сестраМария-Анжелика зашевелилась. Ее глаза медленно открылись.

– Где я?

– Вы здесь – дома. Вы немного задремали. Вы видели сон, нетак ли?

Она кивнула.

– Да, я видела сон.

– Вы видели во сне кристалл?

– Да.

– Расскажите нам об этом.

– Вы подумаете, что я сумасшедшая, доктор. Ибо, понимаете, вмоем сне Кристалл был священным символом. Я даже нарисовала в своем воображениивторого Христа – Кристального Учителя, кто умер за свою веру, его последователибыли схвачены – их преследовали. Но вера все преодолела. Да, пятнадцать тысячполных лун – значит, пятнадцать тысячелетий назад.

– Как долго длится полная луна?

– Тринадцать простых лун. Да, конечно, это было пятнадцатьтысяч полных лун назад. Я была жрицей Пятого знака в Кристальном дворце. Этобыло в первые дни прихода Шестого знака…

Ее брови сошлись, будто какое-то страшное видение пронеслосьперед ее глазами.

– Слишком рано, – прошептала она. – Слишком рано. Ошибка… Ахда, я помню! Шестой знак!

Она привстала, затем опустилась назад, провела рукой по лицуи пробормотала:

– Но что я говорю? Я брежу. Этих событий никогда не было.

– Не надо себя утомлять, – сказал доктор.

Она в растерянности смотрела на него.

– Доктор, я не понимаю, почему у меня такие сны, такиевидения? Мне едва исполнилось шестнадцать, когда я стала монахиней. Я никогдане путешествовала. А мне снятся города, странные люди, странные обычаи. Почему?– Она сжала голову руками.

– Вас когда-нибудь гипнотизировали, сестра? Или, может, вамприходилось находиться в состоянии транса?

– Меня никогда не гипнотизировали, доктор. С другой стороны,во время молитвы в часовне мой дух часто отделялся от тела, и я в течениедолгих часов была как мертвая. Это, безусловно, было блаженное состояние.Преподобная мать говорила: состояние благодати. Ах да. – У нее прервалосьдыхание. – Я вспоминаю, мы тоже называли это состоянием благодати.