За гранью тьмы - Михаил Викторович Гречанников

– Ты всё же решил свалить пораньше, да? – возмутился Игорь.

– Да какое «пораньше», давно уже тусим, – вяло попытался отговориться я, но Игорь вдруг загорелся новой идеей:

– А поехали ко мне?

– К тебе? – с сомнением переспросил я. – Вчетвером?

– Да! – с энтузиазмом выкрикнул Игорь. – Девчонки, вы как?

– Давай, – улыбнулась его девушка.

Аня глянула на меня и равнодушно пожала плечами. Видно было, что она обижена. Ощутив укол вины, я сел рядом с ней на диван:

– Прости, что я толкнул тебя на танцполе. Это случайно вышло, правда, я просто…

– Просто хочешь смыться по-тихому? – усмехнулась Аня. – Ну да, я поняла.

– Да нет, не думаю. Просто сегодня такой день…

Пьяный мозг с трудом формулировал речь. Аня не перебивала меня больше, ожидая, что же я её скажу. А я не знал, что сказать. Чувствуя, что молчание затягивается, «смыться по-тихому» не удалось, а чувство вины подталкивает меня сделать или сказать какую-нибудь глупость, я выпалил:

– Поехали к Игорю!

– Да ну?

– Да правда, будет весело. Вот увидишь!

– Ну… Ладно, пошли, – неуверенно согласилась Аня.

– Вот это дело! – обрадовался Игорь. – Всё, я вызываю такси! Кир, молодец! А я уж было в тебе разочаровался. Идём! Кстати, дома у меня ещё осталась бутылка отличного вискарика, вам понравится…

Глава 2

Комната вертелась вокруг меня. Я чувствовал это, не открывая глаз.

– Чёртовы «вертолёты», – прохрипел я и разлепил веки.

Первым, что я увидел, были кружащиеся под потолком лопасти вентилятора. Двойное кружение – вентилятора под потолком и комнаты в моей голове – я выдержать не смог и отвернулся. Усилием воли подавил тошноту и только потом подумал: «Откуда у Игоря вентилятор на потолке?»

Не без труда я осмотрелся. Комната однозначно была незнакомой. Советского вида кровать стояла рядом пустая – я лежал на видавшем виды ковре на полу.

«Как будто в прошлое попал», – не без тревоги подумал я.

Бросил взгляд на другую стену и успокоился – современная розетка и небольшой, но всё же плазменный телевизор исключал путешествие во времени. И то славно, а то я всё равно в такое не верил.

«А всё же, где я? – пытался я заставить работать свой мозг. – Похоже на гостиницу. Неужто вчерашняя пьянка закончилась вселением в этот допотопный клоповник?»

Надо было встать и осмотреться. Сказать проще, чем сделать. Как бы осторожен я ни был, желудок омерзительно сжался внутри, когда я встал. Еле добежал до унитаза – благо, номер был маленький, и туалет долго искать не пришлось.

Унитаз, кстати, тоже был современным, как я отметил, вытирая рот и нажимая на слив. Открыв кран, я посмотрел на себя в зеркало… Господи, да что же это?! Что это за лицо на меня смотрит? Это ж надо было так опухнуть с пьянки?.. Глаза красные, на лице какие-то мелкие красные высыпания, волосы торчат во все стороны. Нет, надо однозначно бросать пить. В мои тридцать два это уже опасно.

Отыскав одноразовые зубную пасту и щётку, я осторожно почистил зубы, умылся и вышел из туалета. Подумал, вернулся, отлил и снова вышел.

Моя серая ветровка нашлась лежащей на полу под вешалкой. Отряхнув кое-как куртку, я натянул её и покинул номер. Даже не подумал о том, чтобы запереть дверь – возвращаться всё равно не собирался. Шагая по коридору, я осматривал карманы, и тут понял, что у меня при себе нет бумажника. В одном из карманов куртки я нашёл ключ от номера, в кармане джинсов был телефон с сорока процентами заряда, а вот бумажника не было.

Что ж поделать – вернулся. Обыскал все, что мог. Впрочем, в этом музее советской эпохи и обыскивать-то было особо нечего. Бумажника нигде не было. Либо я его где-то потерял, либо меня обокрали. Надо было идти на ресепшен.

Тошнота снова накатила, но я подавил её усилием воли. Не время для обнимашек с белым другом. Я решительно вышел в коридор и, почти не опираясь на стены, дошёл до лестницы. Оказывается, номер был на третьем этаже – ну надо же! На лестнице я встретил двух мужиков с зачехлёнными ружьями. Они глянули на меня и понимающе усмехнулись. Спустился на первый этаж и справа от лестницы увидел стойку администратора. За ней сидела женщина примерно моего возраста. Она читала книгу в мягкой обложке и даже не подняла голову при моём приближении.

– Доброе… утро, наверное, – просипел я.

– Доброе, – сонно улыбнулась мне женщина, откладывая книгу.

Никаких «Чем могу помочь» или чего-то в этом роде. Просто сонное внимание.

– Я, э-э-э… Хотел бы узнать, где я.

– В каком смысле?

– В самом прямом. Где я сейчас нахожусь?

Секунду женщина всматривалась в моё опухшее лицо, а потом на её лице проступило понимание:

– О, понятно. Вы в гостинице «Красная заря».

– «Красная заря»? – Я напряг свою память, но такой гостиницы не вспомнил. – Где… Где она находится, эта «Красная заря»?

– На улице Жукова… Простите, улица Жукова, дом шесть. – Женщина неловко засмеялась. – Это же единственная гостиница в городе.

– Единственная? С каких это пор в Ярославле только одна гостиница?

– В Ярославле? В Ярославле-то, наверное, гостиница не одна, но ведь мы не в Ярославле.

– То есть как это – «не в Ярославле»? А где?

– В Моряке-Рыболове.

– Где-где?!

– В Моряке-Рыболове. – Администратор неловко улыбнулась.

– Вы так шутите? – спросил я, повышая голос.

– Нет, не шучу. – Теперь женщина казалась напуганной.

Сбавив тон, я попытался казаться дружелюбнее:

– И далеко этот ваш… Моряк от Ярославля?

– К сожалению, очень далеко.

– Насколько далеко? Сколько часов ехать?

Женщина прыснула от смеха, но тут же взяла себя в руки и, кажется, ещё больше испугалась меня.

– Что смешного-то? – спросил я. – Мне надо обратно в Яр. Ну… Хорошо, вы ведь видите, что я вчера хорошо отдохнул, вот и не помню, как оказался в этом вашем Моряке. Мне бы теперь обратно уехать. А у меня, кстати, ещё и бумажник пропал.

– Простите, но вы вчера никак не могли быть в Ярославле, – робко поправила меня служащая.

– Почему это?

– Если вы только этой ночью заселились, то весь вчерашний день должны были быть в дороге. Из Моряка-Рыболова ведь самолётов не летает и поездов не ходит. Ближайший аэропорт – во Владивостоке. И вокзал, кстати, тоже. Не знаю, как из Ярославля, а из Москвы во Владивосток лететь – восемь часов. Я знаю, у меня сестра сейчас в Москве живёт, а раз в год прилетает… Ах, да, и разница во времени. Москва вот, например, в другом часовом поясе, при перелёте нужно