Дуэль - Акиф Пиринчи

Я, конечно, не возражал бы, если бы сидевшие на стене дамы рассматривали меня, а не этого щеголя, как ценный генетический материал, который в любой момент может быть предоставлен не только к их услугам, но и к услугам ученых, решивших скрестить меня для улучшения какой-либо породы. Увы, все три дамы бросали исполненные тоски взгляды на красавчика, которого они, без сомнения, считали достойным партнером в деле продолжения своего рода. А этот хлыщ посматривал на меня сверху вниз с недоумением и насмешкой, как будто я какой-то чудак, ищущий в снегу морские звезды. В вихре снежинок он был похож на огненный язык магического пламени.

— Вы видели его? — спросил я, все еще тяжело дыша.

— О чем ты? — поинтересовался короткошерстный и демонстративно повертел головой. Его голос звучал точно так, как я и предполагал. Надменный, неестественно женственный голос, исполненный снисходительности и сарказма. Парень был ярким представителем своего поколения! — Кого мы должны были видеть?

Дамы, словно обезьянки, стали подражать ему и недоуменно переглядываться так, словно я вел речь о феях и троллях.

— Я имею в виду того мужика, который перелез через эту ограду и исчез в неизвестном направлении. Сверху, наверное, его до сих пор видно. Он, должно быть, находится сейчас в одном из близлежащих садов.

Я старался не терять самообладания.

— Мужика, говоришь? — Хлыщ сделал вид, что глубоко задумался. — Ты хочешь сказать, что на эту ограду залез человек? А ты уверен, что он не взлетел на нее?

Дамы захихикали. Обидно, что Фабулус поддержала их.

— Я не шучу, друзья мои, — стараясь держать себя в руках, промолвил я. — Этот человек очень опасен. И он находится в бегах.

— Могу себе представить! — воскликнул короткошерстный. — Человек, убегающий от кого-то, перелезает через ограду, вместо того чтобы воспользоваться садовой калиткой. Нет, здесь что-то не сходится. А от кого он, собственно, убегал?

— Ну, он увидел меня и побежал…

Все четверо звонко расхохотались. Честно говоря, мои слова действительно звучали несколько нелепо.

Наконец короткошерстный перестал смеяться и состроил умильную мину.

— Хочу успокоить тебя, дорогой, здесь поблизости никого нет. И уж, во всяком случае, мимо нас не пробегал человек. В такой снегопад ты мог легко ошибиться и принять за человека дерево или куст. Впрочем, даже если ты и видел мужика, вряд ли он представлял собой опасность, раз стал убегать от тебя. Так что успокойся, пожалуйста, и ступай домой, вздремни в тепле.

— У тебя действительно прекрасные манеры, мой юный друг, — промолвил я. — Я могу ответить тебе по-стариковски, укусив тебя за задницу, хочешь?

Поморщившись, он задумался на секунду, а потом выражение его мордочки прояснело.

— Теперь я вспомнил, мне рассказывали о тебе! Да-да, мне говорили о местной знаменитости, которая слывет лучшим криминалистом во всей округе! Но ведь все твои заслуги, насколько я понял, в прошлом. О тебе говорят с благоговением, потому что о твоих подвигах ходят легенды и предания. Однако их подлинность никто не проверял. Мне описывали тебя как настоящего героя, как восьмое чудо света, как умнейшее создание, с которым по благородству может сравниться разве что мать Тереза… — Хлыщ бросил на меня сочувственный взгляд. — Однако, по-видимому, в этой пустынной местности больше не слышно «молчания ягнят», если знаменитые детективы пытаются убить время, гоняясь за призраками. Тебя зовут Френсис, не так ли? Или может быть, ты хочешь, чтобы я называл тебя великим старым Френсисом?

Его слова задели меня за живое.

— Вот именно, — буркнул я. — А вон там, видите? — И я указал на фонтан, над которым висела жертва. — Это труп моего друга. Мы с ним играли в снежки, но он вдруг почувствовал недомогание, у него заболела шея и он отправился к праотцам.

Все четверо быстро повернули головы, и по выражению их глаз я понял, что их, как и меня несколько минут назад, охватил леденящий душу страх. Снег за это время совсем запорошил окоченевший труп, он превратился в белый кокон и оттого выглядел еще ужаснее. Очертания тела с безвольно поникшей головой и подогнутыми передними лапками приняли гротескные формы.

Хлыщ, по всей видимости, потерял дар речи. Не говоря ни слова, он спрыгнул со стены и затрусил к фонтану. Три дамы, словно верные тени, последовали за ним.

Хлыщ вспрыгнул на край чаши фонтана и уставился на труп. Я осторожно приблизился к трем грациям, которые остались стоять внизу и с интересом, а также некоторым восхищением поглядывали, задрав головы, на своего повелителя. А тот разыгрывал перед ними настоящее шоу, которое даже на меня произвело впечатление. Он действовал, как опытный актер, привыкший сниматься в американских триллерах о серийных убийцах. Вытянув шею, короткошерстный несколько раз обнюхал труп, осмотрел его с близкого расстояния, а потом отошел и окинул долгим внимательным взглядом. Но больше всего мне не понравилось то, что он снова подошел к повешенному и, тронув его лапой, заставил труп раскачиваться. Мне хотелось прекратить этот цирк, но я не знал, как. В отличие от меня Фабулус и две ее черненькие подруги с восхищением следили за действиями эксперта, считая его, наверное, мудрым и непогрешимым.

— Странно, странно, — пробормотал хлыщ, закончив осмотр.

Повернувшись, он бросил на нас невидящий взгляд, как будто был погружен в свои мысли. Дамы затаили дыхание.

— Не так уж все и странно, — раздраженно заявил я.

Мне весь этот спектакль действовал на нервы. Я хотел показать наглому хлыщу, кто настоящий мастер своего дела в судебно-медицинской экспертизе. А потом я мог позволить себе на полгода погрузиться в заслуженную зимнюю спячку, махнув лапой на все. Пусть хлыщ женится на Фабулус. Да пусть, в конце концов, он женится на всех трех красотках! Мне это совершенно безразлично!

— Перед нами всего-навсего самый примитивный и скучный случай жестокого обращения с животными, закончившийся смертельным исходом. Беднягу повесили. Даю голову на отсечение, что это сделал тот человек, который убежал перед вашим приходом. Скорее всего этот садист получил еще удовольствие и от созерцания моего ужаса при виде покойного. Во всяком случае, он внимательно наблюдал за мной. Вероятно, на сегодня он насытился злодеяниями и потому не тронул меня. Опыт подсказывает мне, что у нас большие проблемы. Садист будет творить зло до тех пор, пока двуногие не обеспокоятся пропажей своих любимцев и не предпримут каких-то мер. Но пока это произойдет… Отныне нам нужно быть начеку. Пожалуй, следует провести конференцию и предупредить всех коллег об опасности…

— Так ты утверждаешь, что несчастный погиб в результате удушения? — спросил короткошерстный, спрыгивая с фонтана на землю.

На мой взгляд, трудно было придумать более глупый вопрос.

— Конечно, в результате удушения. А ты полагаешь, его застрелили?

Он потянулся, стоя передо мной и глядя мне прямо в глаза. Дамы образовали полукруг, расположившись за его спиной, словно планеты вокруг ослепительно яркого солнца. О Боже, как он был прекрасен! Эта великолепная рыжевато-коричневая блестящая шерсть! Даже не притрагиваясь к нему, можно было ощутить, насколько она мягкая и нежная. Создавалось впечатление, что это существо сделано из особого материала и является результатом тайных исследований в меховой индустрии. А медного цвета глаза! Они фосфоресцировали так, что могли загипнотизировать кого угодно. Теперь я хорошо понимал Фабулус. Но это только увеличило мою ненависть к сопернику.