Игра на чужом поле - Александра Маринина

– У меня нет никаких сведений, никакой точнойинформации. Только обрывочные факты. Какие-то странные разговоры в средегородских проституток, что, мол, одним везет больше, чем другим. В чем везет?За последний год трижды в Город приезжали небольшие группы людей на собственныхмашинах и через день уезжали. Кто они? К кому приезжают? Зачем? Ни к кому изнашей команды они не обращались. А если и обращались, значит, мы прохлопали, акто-то из наших ведет нечестную игру. И еще. Моя внучка Вера. Я был в школе,разговаривал с учителями. Знаете, что они мне сказали? Что Вера в последнеевремя стала учиться гораздо лучше. Вы слышите? Лучше, а не хуже, как я ожидал,учитывая переходный возраст и то, что она явно отбилась от рук родителей.Особенно ее хвалила учительница русского языка и литературы. Кстати, онасогласилась со мной в том, что с девочкой что-то происходит. Какова бы ни былатема сочинения, она неизменно пытается порассуждать о наслаждении и цене,которую за него приходится платить. И это в четырнадцать лет.

– Наркотики? – поднял голову невысокий пухленькийСтарков, возглавлявший разведку.

– Похоже. Очень похоже. Может быть, все, что я изложил,никак одно с другим не связано. Может быть, никаких наркотиков в Городе нет. Нотак или иначе, я хочу знать, что происходит.

Первые сведения поступили через две недели. Городскиепроститутки, которым «повезло», оказывается, нашли какую-то необременительнуюденежную работу за границей и уехали из Города. Куда – никто не знал. Люди намашинах приезжали в санаторий «Долина», где снимали на один-два дня двухэтажныекоттеджи, парились в сауне, пили водку и благополучно отбывали. Странным,однако, было то, что люди эти, судя по всему, приезжали хотя и одновременно, ноне вместе. Они были из разных городов и друг с другом, как правило, незнакомы.Парень, который обслуживал их в сауне, ни разу не слышал, чтобы они обратилисьдруг к другу по имени или на «ты». Что же касается внучки Денисова Верочки, тоона попросту влюбилась. У нее был страстный роман со студентом педагогическогоинститута, который проходил практику в школе и преподавал химию и биологию.Источники информации уверяли, что студент вел себя прилично и рамок непереступал.

Но Денисова это не успокоило. Он встретился соспециалистом-психологом и попросил у него совета.

– Может ли современная четырнадцатилетняя девочкасчитать любовь грехом, за которым должно следовать искупление? – прямоспросил Эдуард Петрович, не любивший околичностей.

– Конечно, может, если ее неправильно воспитывали.

– Что значит «неправильно»?

Психолог подробно объяснил Денисову, что он имеет в виду.Выяснилось, что сын Эдуарда Петровича и его жена – люди совершенно нормальные,дочку воспитывали правильно и никаких эксцессов в семье, могущих повлечь такойперекос в психике, никогда не было.

– Я могу предложить вам объяснение, если вы дадите мнеслово не кричать: «Этого не может быть, как вы смеете!»

– Даю слово.

– Мое объяснение – нетрадиционный секс, сексуальныеизвращения.

– Да вы что?! – возмутился Эдуард Петрович. –Если бы вы ее видели… Хрупкая, нежная, волосы белые, как лен, детская мордашка.Она в свои четырнадцать выглядит еле-еле на двенадцать лет. Вера – абсолютноневинное существо, она младенец. Если бы вы заподозрили наркотики, я мог бысогласиться. В конце концов, в первый раз ей могли подсунуть отраву обманнымпутем или даже насильно, а потом она просто превратилась в безвольную рабыню.Это ужасно, но, во всяком случае, объяснимо. А то, о чем вы говорите, делается сознательнои по доброй воле. Нет, это совершенно исключено, этого просто не может быть!

– Вы дали слово, – укоризненно напомнил психолог.

– Извините… Спасибо за консультацию. Вот вашгонорар. – Эдуард Петрович положил на стол конверт и ушел.

Денисов остался крайне недоволен визитом. Возвращаясь домой,он думал о том, что на ближайшем совете надо поставить вопрос об учреждении вуниверситете Города специальной стипендии для студентов-психологов. Может, хотьэто заставит их лучше учиться. Нынешний уровень подготовки специалистов ЭдуардПетрович оценил как никуда не годный.

Вскоре произошло первое тревожное событие. В городскуюбольницу с переломом основания черепа был доставлен Василий Грушин, который попоручению начальника разведки Старкова выяснял подробности вечеринок вкоттеджах санатория. Грушин был в тяжелейшем состоянии, после операциинаходился без сознания. Когда он на несколько минут пришел в себя, около негобыла только медсестра.

– Запишите… телефон… – с трудом шевеля губами,прошептал Грушин. – Скажите… фамилия – Макаров… Позво… ните…

– Не волнуйтесь, позвоню, – ласково пообещаласестричка и побежала за врачом. Через десять минут Грушин скончался.

– Как вы думаете, позвонить? – спросила медсестра,вертя в руках бумажку с номером телефона.

– Как хотите, – пожал плечами докторВдовенко. – А вот в милицию я бы позвонил обязательно. Криминальнаятравма, сами понимаете. Или следователю скажите, он вчера здесь целый деньсидел, ждал, что Грушин в сознание придет. Сегодня снова явится.

– Хорошо, – вздохнула девушка и потянулась ктелефону.

* * *

– Что происходит в Городе? – зло спрашивал Денисовсидящего перед ним человека. – Я вас спрашиваю, что это за организация,которая позволяет себе убивать моих людей? Если они пошли на это, значит,Грушин подобрался к чему-то очень важному. Что за серьезные дела творятся унас, о которых мы ничего не знаем? Как вы можете это объяснить?

– Мы не боги, Эдуард Петрович, – спокойно ответилсобеседник. – Если бы всё про всех знали, не существовало бы проблемыборьбы с преступностью. Что, собственно, вы так разволновались? Вы не впервыетеряете людей.

– Но я всегда знал, почему я их теряю и кто в этомвиноват, даже если этого не знали вы. А сейчас я не владею ситуацией, и этоменя очень беспокоит. Шансов на раскрытие, как я понимаю, никаких?

– Минимальные, – подтвердил собеседник, разводяруками.

– Разумеется, – сокрушенно согласилсяДенисов. – Фамилия Макаров – это не поисковый признак. Все равно чтоИванов или Сидоров. Всех Макаровых в Городе отрабатывать – у вас нет времени.Тем более что он, учитывая наезды людей из других городов, может оказаться неместным. Что вы можете мне предложить?

– Только одно. Послать человека в «Долину». Пусть сидиттам, может, выяснит, кто такой этот Макаров.

– У вас есть подходящий человек?

– Вы шутите? У меня людей – по пальцам перечесть. Нанеделю-другую я бы мог выделить человека, но не больше. И так работать некому.

– Хорошо, я пошлю своего.

– Кстати, раз уж мы сегодня встретились, давайтеподведем баланс за пять месяцев. Учитывая средний уровень раскрываемостипреступлений, мы можем позволить себе не более десяти нераскрытых убийств загод. Половину оставляем на сельские районы и непредвиденные случаи. Ваш резерв– пять. Но это максимум, и то уже на грани риска. С учетом убийства Грушина остаетсячетыре.