Искатель, 1999 №1 - Василий Головачёв

— Спасибо за совет, Вадим Сергеевич, — поблагодарил эксперта Потапов. — Наверное, вы правы. Но меня смущает еще одно обстоятельство: фактическая демонстративность терактов. Организатор не побоялся раскрыть свои карты, наоборот, как бы заявил о себе: смотрите, чем я владею! Почему? Зачем ему огласка?

— Не имею понятия, — покачал головой Трубецкой. — Может быть, он собирается шантажировать силовые структуры или правительство, или еще кого-нибудь. Но уверяю вас, так государственные конторы не поступают, они экспериментируют тихо, тайно и свидетелей не оставляют.

— Это я знаю, — задумчиво кивнул Потапов.

До конца дня удалось выйти на след частной охранной фирмы «Аргус», представители которой приходили к Мариничу перед появлением «живой мины», Потапов наметил план работы с фирмой, доложил Щербатову о проделанной работе и вечером отправился в ресторан «Терпсихора», чтобы поговорить с его владельцем о его связях с генералом Зимятовым, а также о друзьях и приятелях певца.

Ресторан уже работал по полной программе. Оба его зала, хрустальный и бархатный, к десяти часам вечера были заполнены почти до отказа, и Потапову пришлось ждать, пока ему найдут место за столиком в хрустальном зале, за тонкой стеклянной колонной, изображавшей пальму. Здесь уже сидел какой-то небрежно одетый — фиолетовый, в полоску, немодный костюм, зеленая рубашка с расстегнутым воротом, съехавший на бок бордовый галстук времен Брежнева, — седой старик и цедил пиво. На приветствие Потапова он не ответил, только посмотрел на него вскользь и отвернулся. Потапов проследил за его взглядом и увидел за столиком у стены пару: молодого человека боксерского вида с неприятным лицом рэкетира и бандита, и красивую девушку-брюнетку, слушавшую своего соседа со сдвинутыми бровями и пылающим лицом. Она все время порывалась уйти, но собеседник останавливал ее и продолжал что-то доказывать.

Потапов поднялся на второй этаж здания, показал охраннику удостоверение и вошел в кабинет хозяина ресторана.

Беседа с Мариничем не заняла много времени. Приятелей у бывшего певца было невероятное количество, особенно в артистической среде и среде шоу-бизнеса, а вот друзьями он считал немногих. Потапов записал разговор на пленку, втайне от собеседника, разумеется, отметил три фамилии, за которые зацепилось внимание, и распрощался с Мариничем. Проходя через зал, он отметил отсутствие красивой незнакомки со своим кавалером, посочувствовал старикану в фиолетовом костюме, на которого она произвела, судя по всему, неизгладимое впечатление, и вышел на улицу. А садясь в свою машину, заметил не совсем обычную сцену, в которой участвовала та самая брюнетка из ресторана в коротком черном платье.

Очевидно, это был уже финал ссоры, начавшейся в зале ресторана. Девушка сбросила с плеча руку молодого человека с повадками и внешностью гангстера, быстро пошла со стоянки на улицу, но тот догнал ее, схватил за руку, дернул к себе. Девушка снова вырвала руку, но парень вцепился в нее, заломил ей руку за спину так, что она вскрикнула, потащил к белому «мерседесу», где сидели еще двое молодых людей. Дверца открылась, парень начал заталкивать девушку в кабину, она снова вскрикнула, отбиваясь, и Потапов решил вмешаться.

Подойдя к молодому человеку сзади, он тронул его за шею особым образом, и у того сразу онемела рука, выкручивающая локоть подруги. Девушка вырвалась, отскочила, но ее перехватил вылезший из «мерседеса» крутоплечий отрок с короткой стрижкой, точнее, почти наголо обритый, с небольшим чубчиком над узким и невысоким лбом. Парень, заталкивающий девушку в машину, оглянулся, глаза у него были светлые, бешеные, с еле заметными точками зрачков. Такие глаза обычно бывают у наркоманов, принявших дозу.

— Тебе чего, козел?

Потапов глянул на девушку.

— Извините, что вмешиваюсь, но они ведут себя не очень прилично. Если хотите, я отвезу вас домой.

Девушка, закусив пунцовую губу, кивнула. С румянцем на щеках, с большими чуть раскосыми глазами, в которых стояли слезы, она была необычайно хороша, и Потапов даже позавидовал тем, кто с ней был знаком.

— Вали отсюда, козел, пока жив! — опомнился «гангстер», сунул левую руку под полу пиджака, и Потапов ткнул его большим пальцем в шею, не желая завязывать «показательные выступления по рукопашному бою». Затем, не останавливаясь, ударил ногой по дверце «мерседеса», отбрасывая на сиденье начавшего вылезать водителя, хлопнул по ушам спортсмена с чубчиком, нанес ему мгновенный, незаметный со стороны удар сгибом указательного пальца в ямку за ухом — так называемый кокэн, и поддержал девушку под локоть.

— Пойдемте, вон моя машина стоит.

Девушка расширенными глазами глянула на своих приятелей, один которых осел на асфальт, держась за уши, а второй уже сидел у машины спиной к колесу, перевела взгляд на Потапова и вырвала руку, торопливо пошла прочь.

Михаил пожал плечами, уже жалея, что ввязался в эту историю, побрел к своему «лексусу», глядя на исчезающую за углом стройную фигурку, оглянулся, услышав щелчок дверцы: это вылез шофер «мерседеса», такой же накачанный, как и его приятели, с цепью на шее и массивными перстнями на пальцах обеих рук.

— Эй ты, придурок! — прошипел он, держа руку под мышкой, где у него судя по всему был спрятан в кобуре пистолет. — Ты на кого наехал? Мы же тебя в грязь превратим, смерть легкой покажется…

Легкая смерть — это еще одна маленькая радость жизни, вспомнил Потапов чей-то афоризм, молча метнул в парня расческу и, пока тот уклонялся и вынимал оружие, в прыжке достал его ногой. Водитель перелетел через капот «мерседеса», роняя пистолет, исчез в кустах под решеткой забора. Потапов сел в машину и выехал со стоянки рядом с рестораном. Он не заметил, что кроме прохожих, свидетелей короткой потасовки, его проводила пара внимательных глаз, принадлежавших старику в фиолетовом костюме и зеленой рубашке, с бордовым галстуком, повязанном нарочито небрежно и сдвинутом набок.

Девушку, которую он освободил от компании подвыпивших парней, Потапов увидел на следующем перекрестке. Подъехал, открыл дверцу:

— Боюсь показаться назойливым, но вам все-таки стоит побыстрее уехать отсюда, ваши знакомые сейчас очухаются.

Девушка оглянулась, прикусила губу, затем тряхнула головой и села в кабину «лексуса» рядом с Михаилом.

— Улица Рогова, если можно. Знаете, где это? Район Щукино.

Потапов невольно присвистнул.

— В чем дело? — повернула она к нему красивую головку с короткой, но очень оригинальной прической.

— Мы с вами соседи, я тоже обитаю на Рогова.

Девушка пожала плечами, забилась в уголок сидения и притихла, глядя перед собой остановившимися глазами.

— Как вас зовут?

— Дарья, — безучастно ответила она.

— А меня Михаил. — Потапов внутренне поежился. Дарьей звали его жену.

— Чего они от вас хотели? Я заметил вас еще в ресторане, вы