Искатель, 1999 №11 - Кир Булычев

А в самом центре так и стояли носилки с невозмутимым «китайцем».

«Похоже, беднягу забыли», — подумал Розовски. Он собрался подойти ближе и предложить вызвать такси, раз уж носильщики благополучно разъехались.

Его опередила хозяйка.

— Прикажете подавать карету, сударь? — шутливо спросила Виктория. Гость не ответил.

Его неподвижность вдруг показалась Натаниэлю странной и даже пугающей. Он быстро отстранил Смирнову и осторожно взял «богдыхана» за плечо. От его движения «китаец» завалился назад, голова упала набок.

Розовски сорвал желтую маску и отступил на шаг. Какая-то женщина (Натаниэль почему-то был уверен, что не хозяйка) истерически закричала.

Из-под маски глазам немногих, еще не успевших покинуть роскошную виллу Аркадия Смирнова, предстало искаженное судорожной гримасой лицо самого хозяина.

Если Натаниэлю чего-нибудь хотелось меньше, чем вообще находиться в этом дворе и в это время, так это чтобы полицейский наряд возглавлял его старый друг, бывший сослуживец и подчиненный старший инспектор Ронен Алон.

Врач, прибывший на «скорой», после короткого осмотра сообщил о необходимости известить полицию. На вопрос Натаниэля о причинах смерти врач почесал затылок. Он был молод, лет двадцати пяти — двадцати семи. Видимо, совсем недавно окончил университет и еще не привык обрывать любопытствующих и смотреть сквозь собеседника.

— Черт его знает… — в его голосе звучало некоторое сомнение. — Похоже на смерть от удушья. Так что симптомы очень похожи на отравление каким-нибудь цианидом… — врач покосился на лежащий у руки покойника бокал с остатками темной жидкости. Натаниэль тоже посмотрел туда, подошел ближе, присел на корточки. Вынул из кармана пачку бумажных салфеток, вытащил одну. Обернул ею бокал, осторожно поднял. Принюхался. Повернулся к врачу и покачал головой.

— Никакого запаха, — он осторожно положил бокал на место и поднялся. — Это не синильная кислота. И вообще не цианид.

— Но симптомы похожи, — повторил врач. — Не знаю, не знаю… Все-таки в таких сомнительных случаях следует извещать полицию.

Розовски кивнул и отошел в сторону. Картина действительно была похожа на отравление. В самый неподходящий момент и в самом неподходящем месте.

Чудес на свете не бывает. Вернее, бывают — малоприятные. Так что спустя четверть часа перед мрачным сыщиком стоял не менее мрачный инспектор полиции.

— О Господи… — пробормотал Натаниэль. — Ты что — специально выбираешь время дежурства?

— То же самое я хотел бы спросить у тебя, — язвительно заметил инспектор Ронен Алон. — Ты не мог бы находить покойников в другие дни? Например, когда я отдыхаю или в отпуске?

Они представляли собой комичную пару — рослый, чуть грузный Розовски и невысокий поджарый Алон. Когда-то служили вместе и были, что называется, не разлей вода. Уход старшего друга и начальника из полиции в частный сыск вспыльчивый Алон воспринял как смертельное оскорбление. И если прочие бывшие коллеги просто перенесли на Натаниэля общую профессиональную неприязнь полицейских к частным детективам, то у Ронена в груди в течение всех этих лет горела незаживающая рана, вызванная таким предательством.

Словно в насмешку судьба в образе Владимира-Зеева Баренбойма вечно подбрасывала Натаниэлю дела, заставлявшие его пересекаться с Роненом.

На риторический вопрос инспектора Розовски не ответил, да тот и не ожидал ответа. Он быстро принялся распоряжаться прибывшими полицейскими. Двое встали у входной двери, двое — у заднего выхода. Эксперт Нохум БенШломо, добрый приятель Натаниэля, издали кивнул сыщику и склонился над телом хозяина виллы. Маленький щуплый инспектор Алон мячиком летал по двору. Через короткое время все находилось на своих местах: сбившиеся в кучку гости (те из них, кто не успел покинуть вечеринку до обнаружения тела), отдельно — на угловой скамье под бдительным присмотром дюжего полицейского — окаменевшая Виктория Смирнова, в центре — парочка экспертов, занимающихся покойником.

И, разумеется, отдельной группой частный детектив Натаниэль Розовски с помощником. Ронен сделал вид, что только сейчас заметил на них переговорные устройства.

— Смотри-ка! — протянул он. — А что это у вас? Вы кого изображали? Инопланетян?

— Мы изображали охрану, — нехотя сообщил Натаниэль.

— Понимаю, понимаю, — Ронен сочувственно покачал головой. — Это действительно тяжелая задача. И честно скажу — вы с ней вполне справились. Сколько тут было гостей?

Натаниэль вытащил из кармана листок с фамилиями приглашенных.

— Тридцать два, — ответил он.

— Вот! — торжествующе сказал инспектор Алон. — Я же говорю — тридцать два охраняемых в течение… какого времени?

— Восьми часов.

— В течение целых восьми часов такие профессионалы охраняют двор с тридцатью двумя отдыхающими — и в результате только один труп. Я горжусь вами, ребята, — сердечно сказал он. — Вы превзошли сами себя! Вас можно заносить в книгу рекордов Гиннеса. Сколько вам заплатили?

— Пока — нисколько, — отрезал Розовски. Маркин удивленно взглянул на шефа, но промолчал. Натаниэль действительно собрался вернуть чек, врученный авансом. Но помощнику об этом сказать не успел. Впрочем, Маркин, не первый год работавший с Натаниэлем, привык к идиотским, по его мнению, поступкам шефа. К таковым он, без сомнения, относил периодические возвраты авансов — в тех случаях, когда Розовски полагал свою работу недостаточно эффективной. Маркин еле заметно пожал плечами — на большее выражение несогласия он никогда не решался — и отвернулся.

— Послушай, Ронен, — сказал Розовски. — Я должен тебе объяснить кое-что.

— Конечно, — согласился инспектор. — Еще как должен. И я с удовольствием выслушаю твои объяснения, но — позже. Ты явишься завтра в управление и все мне расскажешь. Договорились? А сейчас — извини, у меня много дел. Я принимаю твои охранные функции на себя. Можете идти.

— Я могу переговорить с хозяйкой? — угрюмо спросил Натаниэль.

Алон повернулся и посмотрел на Смирнову. Даже отсюда было видно, что ее колотит крупная дрожь.

— Не думаю, — сказал он сухо. — Ей сейчас нужна помощь врача, а не частного детектива. Все, Натаниэль, тебя здесь никто не держит. Езжай домой и хорошенько обдумай, что ты будешь говорить мне завтра.

— Сигареты есть? — спросил Натаниэль.

Инспектор Алон, после некоторого колебания, протянул ему пачку «Тайма». Розовски закурил. Он терпел отсутствие сигарет в течение восьми часов, и теперь сразу же закружилась голова.

Увидев, что начальник закурил, Маркин тоже извлек из кармана свою черную обгрызенную трубку и принялся энергично набивать ее табаком.

Алон демонстративно повернулся спиной к бывшему сослуживцу и жестом подозвал сержанта, опрашивавшего гостей.

— Ни черта, — с досадой сказал сержант, листая блокнот. — По-моему, они все тут немножко того, — он покрутил пальцем у виска. — В общем, выходит так, что в носилках сидел кто-то другой, а потом этот другой превратился в труп хозяина виллы.