Убийство в опере - Глэйдис Митчелл

I

В новом учебном году, как и планировалось, сразу начались репетиции «Микадо». Время пролетело быстро, и вот уже пришла пора попробовать играть в костюмах.

В эти дни мисс Феррис вдруг начала опаздывать в школу. Это сильно ее угнетало, хотя всякий раз находились уважительные причины.

Вот и сегодня опять. А все потому, что вчера на ужин она поела рыбы, видимо, несвежей. Почти всю ночь промаялась с животом. Наконец приняла два таблетки аспирина и заснула только к утру. Зато крепко. Будильник зазвонил в положенное время, но мисс Феррис его не слышала и проснулась только в начале девятого, когда квартирная хозяйка постучала в дверь и объявила, что завтрак через десять минут.

В результате она опоздала на пять минут и тут же побежала к директору извиняться. Мистер Клиффордсон сочувственно ее выслушал и успокоил. Сказал, что ничего страшного не случилось. Но мисс Феррис все равно переживала, потому что относилась к своим обязанностям в школе с почти болезненной добросовестностью.

Проводить первый урок она явилась в расстроенных чувствах. И там тоже не заладилось.

Школьники, особенно в младших классах, на вид обычные дети, но это не мешает им изводить учителей. Правда, мисс Феррис пока удавалось избегать конфликтов. Она была доброй, понимающей, с сильно развитым, но, к сожалению, нереализовавшимся материнским инстинктом. Умела заинтересовать учащихся своим предметом, сделать его увлекательным. Да и подросткам, что бы там ни говорили, арифметика нравилась, даже если они в ней были не особенно сильны.

Так случилось, что в классе, где учились тринадцатилетние, была девочка, которую мисс Феррис не любила. Это было для нее не характерно, но девица действительно попалась неприятная. С лицом, как у хорька, белесыми, свисающими на плечи волосами, дерзкими серыми глазами, смышленая, заниматься она не любила и все время отдавала баскетболу и вообще спорту. Фамилия ее была Картнелл.

Мисс Феррис к спорту относилась положительно, но девочка вела себя вызывающе, демонстративно не выполняла домашние задания и в классе ничего не делала. В общем, терпению учительницы пришел конец, и в тот роковой вторник, день репетиции «Микадо» в костюмах, она оставила бездельницу после уроков.

В любой другой день это бы не имело большого значения, но как раз во вторник у школьной баскетбольной команды был ответственный матч, а тут, как назло, центральная нападающая сломала руку, и тренер, мисс Камден, собиралась заменить ее этой самой девочкой. Она вполне годилась.

Мисс Феррис ничего этого не знала, а когда узнала, то неожиданно заупрямилась и отменять решение отказалась. Девочка всплакнула, принялась просить прощения, но мисс Феррис не уступала, сознавая при этом, что поставила себя в неловкое положение.

Как только прозвенел звонок, девочка побежала к мисс Камден сказать, что играть сегодня не сможет.

— Почему? — спросила тренер.

— Потому что мисс Феррис оставила меня после уроков до пяти.

Мисс Камден махнула рукой.

— Чепуха. Я с ней поговорю. А ты будь у ворот школы в половине четвертого.

Девочка вернулась, затем начался урок географии, и она пустила по классу записку: «Эта зануда Феррис вздумала меня наказать. Ничего у нее не получилось. Я все равно буду играть».

* * *

Но она не играла. Мисс Феррис уперлась и с настойчивостью, удивлявшей ее самое, отказывалась отпускать ученицу. Дело дошло до директора. А мистер Клиффордсон придерживался старомодных взглядов. Успехи школьных команд в разных там чемпионатах его мало волновали. Приоритет всех прочих предметов, особенно английского языка, перед физкультурой и спортом для директора был непререкаем. Поэтому он принял сторону мисс Феррис и послал за школьницей Картнелл. Посмотрев ее тетрадь по арифметике, директор отчитал девицу как следует и приказал до пяти выполнить все несделанные задания.