Длинная тень смерти - Энтони Гилберт

– Ей ехать на последнем поезде, – оправдывался Пол. – Неужели надо было отпустить ее голодной? Ведь она моя клиентка.

– Могла поесть в кафе рядом, – буркнула Бланш. – Не обязательно ходить в ресторан.

– Кроме того, нам нужно было поговорить. У нее сложное дело. Адвокат как доктор. Только он лечит не болезни, а проблемы.

А вот миссис Хоггет с самого начала сообразила, в какую сторону дует ветер, но даже и она не могла предвидеть ничего серьезного. Кто же бросит богатую жену ради девушки, зарабатывающей на жизнь уходом за больными? Бланш пришла бы в ярость, узнав, какие мысли мелькают в голове экономки.

В среду Хелен имела свободный день, а в остальные вечера ужинала с Полом в комнате под спальней его жены. Он много говорил, шутил, старался развлечь ее, а Бланш слышала доносящийся снизу смех и скрипела зубами. И часто во время еды звонком вызывала сестру, порой несколько раз, хотя в этом не было нужды.

По средам Пол ужинал с женой в ее комнате.

– Почему ты молчишь? Язык проглотил? – спросила она.

Пол с удивлением поднял голову.

– А о чем говорить?

– С ней ты находишь темы для беседы. Просто заливаешься соловьем. А она смеется твоим шуткам, как сумасшедшая. Думаешь, мне не слышно?

Бланш понимала, что перебарщивает, но остановиться не могла. Ее бесило, что муж развлекается с кем-то, когда рядом она.

В последний раз, когда миссис Эсдейл поинтересовалась, как поправляется подопечная, Хелен ответила:

– Жаждет ходить, но доктор прав, у нее в комнате есть места, не покрытые ковром. А пол скользкий, натерт до блеска. Если она вздумает ходить в мое отсутствие и поскользнется, то придется начинать все сначала.

Миссис Эсдейл нахмурилась.

– Все равно я не могу держать одну из своих лучших сестер в прислугах у богатой избалованной женщины. Сейчас ей нужна обычная сиделка. Я поговорю с доктором Кемпом, и, если он скажет, что без вас можно обойтись, вы перейдете к другой пациентке.

Патронесса в этот момент просматривала бумаги и не видела выражение лица Хелен. А для нее это было как гром среди ясного дня. От мысли, что она больше не увидит Пола Френча, даже закружилась голова. Теперь уже она не могла вспомнить, в какой момент перестала воспринимать его как мужа Бланш.

«Я не в своем уме, – твердила она себе. – Влюбилась в женатого мужчину. Кошмар!»

Последние три года несколько сестер из Центра миссис Эсдейл таким вот образом теряли головы, и это закончилось для них печально. Они потеряли работу.

«Надеюсь, он не догадывается. Я не подавала ему никаких знаков».

Все прояснилось на следующий день. Бланш послала ее в сад срезать цветы. На чай должен был прийти кто-то из знакомых. Занимаясь цветами, Хелен думала о нем, беззвучно шевеля губами, – в последнее время Пол занимал все ее мысли, – а затем это случилось. Откуда-то возник он, обнял ее и поцеловал. Все происходило как во сне. Хелен не сразу пришла в себя и начала вырываться.

– Нет, нет, нет!

– Почему? – прошептал Пол. – Ведь рано или поздно это должно было случиться. Такой огонь невозможно погасить.

– Так ты…

– Да, с самой первой минуты. Ты не догадывалась?

– Нет. Я полностью осознала только несколько дней назад, когда поняла, что скоро уйду отсюда. Сама попросила миссис Эсдейл перевести меня куда-нибудь от доктора Макинтайра, и вот…

Пол сжал ее плечи.

– Но мы бы все равно обязательно встретились. Ведь это судьба.

– Мне надо было уйти отсюда в ту же минуту, как только я осознала, но, понимаешь, хотелось, чтобы это продлилось еще немного. А миссис Эсдейл очень проницательная, и если она только что-нибудь заподозрит…

– Да перестань ты думать о миссис Эсдейл! Она узнает рано или поздно, как и все остальные.

Хелен высвободилась из его объятий.

– Узнает? Откуда? Ведь скоро я уйду, и все закончится.

– Нет, у нас с тобой все только начинается. Любовь – не кран, который можно открыть или закрыть по желанию. Противиться судьбе бесполезно. Ты сама видишь, какой у нас с Бланш несчастный брак. Так что это все равно двигалось к концу…

– Сестра, сестра! – донесся с веранды голос миссис Хоггет.

Хелен схватила цветы и побежала по дорожке.

– Миссис Френч звонит уже пять минут, не переставая. – Экономка окинула ее зорким взглядом, примечая все: и растрепанные волосы, и яркий румянец на щеках, и блеск в глазах.

– Так ведь… – смущенно произнесла Хелен, – она сама послала меня срезать цветы.

Миссис Хоггет понимающе кивнула.

– Не знаю, что на нее нашло. Богатые люди, да еще вдобавок больные, они с причудами. А я вышла, слышу, вы разговариваете сами с собой. Такое с молодыми бывает. Когда они влюблены.

Ее лягушачий рот скривился в презрительной усмешке.

К среде Хелен приняла решение. Она попросит перевода куда-нибудь подальше от этого дома. Иногда патронажные сестры нужны, чтобы сопровождать инвалидов в поездках. Если повезет, уехать можно будет через пару дней.

С того утра в саду они с Полом больше наедине не встречались. В воскресенье он весь день играл в гольф, а вечером ужинал с женой. Понедельник и вторник миновали без происшествий. И вот долгожданная среда. В Центре ее ждала новость. Миссис Эсдейл срочно уехала в Лондон к сестре, та серьезно заболела. Вернется в конце недели. Придется ждать.

Ее окликнула приятельница, Кэти Камерон:

– Почему ты такая бледная? Довела тебя эта миссис Френч? Я слышала, та еще мегера. Как ее муж только терпит?

– Миссис Эсдейл обещала меня перевести, – сообщила Хелен, уткнувшись взглядом в пол.

Кэти широко улыбнулась:

– Давай сходим в кино? Недавно вышел новый фильм с Джеком Хоукинсом.

Фильм и вправду был увлекательный. Джек Хоукинс играл полицейского, и в конце, как обычно, добро победило зло.

На обратном пути Кэти болтала без умолку. Хелен это было кстати. Она шла, почти не слушая, погруженная в свои мысли. Затем они случайно натолкнулись на Майлса Гордона с приятелем, и те уговорили их зайти в паб с забавным названием «Живи и давай жить другим» и закончить вечер кружечкой пива.

– Пользуйтесь свободой, пока хозяйка в отъезде, – сказал Майлс.

Кэти вскинула голову.

– Мы и так свободны. Когда не на работе, делаем что хотим, верно, Хелен?

Она смущенно кивнула. А минут через двадцать поднялась, объяснив, что должна возвращаться.

Если бы Хелен знала, что ее ждет в доме Френчей!