Клеймо роскоши - Марина Серова

— На, держи и в следующий раз поменьше засматривайся на покупательницу, — сказала я.

— Жень, а что мы теперь делать будем? — спросила тетя Мила, с опаской посматривая на распростертых у ее ног бандитов.

— Дождемся милиции, — вздохнула я, кивнув на камеру наблюдения, — покидать в данный момент место преступления нельзя. У правоохранительных органов это вызовет массу ненужных вопросов.

Милицейский «уазик», набитый вооруженными людьми из вневедомственной охраны, подъехал, как только я закончила фразу. Когда они ворвались внутрь, мы пережили несколько неприятных минут, вновь находясь под прицелом стволов калибра семь шестьдесят два. Пришедшая в себя продавщица, увидев ораву в камуфляже, заверещала и спряталась обратно под прилавок. Потом один из АВО узнал охранника, опустил оружие и поинтересовался, что произошло. Остальные вслед за ним также опустили автоматы, заметив отсутствие боеспособного противника. Тут же подъехал наряд милиции, а следом опера, знавшие меня по прошлым делам. В мой адрес посыпались необоснованные придирки — дескать, лезешь, Охотникова, не в свое дело, людей опасности подвергаешь.

— Лицензию на ношение оружия будете проверять? — холодно осведомилась я, окинув взглядом их кислые физиономии.

— Да мы ее скоро до дыр затрем, — махнул рукой старший из оперов.

В это время врачи «Скорой» оказывали первую помощь бандиту со штыком в груди, а медсестра, прибывшая с экипажем, отпаивала успокоительным продавщицу. С меня опера переключились на охранника, требуя ответа, где пишется информация с камер видеонаблюдения. Тот только разводил руками:

— Все вопросы к хозяину. Информация уходит через антенну на видеосервак, а где он сам — хрен его знает. Там в задней комнате есть подключенный к Сети компьютер, но у меня нет доступа к записям. Только текущий момент и программа тестирования всей системы.

Сотовый продавщицы зазвонил, как совдеповский телефонный аппарат. Женщина вскрикнула от неожиданности, но, поняв, что это ее собственный телефон, взяла его и ответила дрожащим голосом:

— Да, я вас слушаю.

Затем последовала серия коротких ответов типа «да», «нет» и «не знаю». Лицо у нее было очень сосредоточенное и серьезное. В конце она протянула сотовый мне, пояснив:

— Это вас.

— Меня? — улыбнулась я, косясь на камеру в углу. — Не иначе как владелец.

Брови продавщицы полезли на лоб, но я не стала вступать с ней в дальнейшие дебаты, просто взяла телефон и ответила:

— Здравствуйте. Чем вас заинтересовала моя скромная персона?

— Здравствуйте, Евгения Максимовна, — ответил мягкий тенор из трубки, — меня зовут Викентий. Павлов Викентий Иванович. Я — владелец этого магазина и хочу предложить вам работу.

— Не гоните лошадей, — попросила я смиренно. — Вы что, уже успели прогнать мое фото через базы данных и собрать информацию или у нас имеются общие знакомые?

— Нет, я увидел вас впервые сегодня, — спокойно ответил хозяин магазина. — Ваше изображение с камеры я, как вы говорите, «прогнал» через базы данных силовых структур и выяснил, кто вы такая. Конечно, не все. Добывать информацию было чрезвычайно трудно, но того, что удалось, а также ваше представление во время налета показали достаточно ясно — лучшего, чем вы, мне телохранителя не сыскать.

— Вы знаете, мои услуги стоят недешево, — честно предупредила я. — Кроме того, от клиента, то есть от вас, требуется полная откровенность. Не люблю работать вслепую.

— Деньги для меня не имеют значения, — спокойно пояснил Павлов.

— Отрадно подобное слышать, — усмехнулась я, мысленно подняв плату за услуги до двух с половиной тысяч в день. — И еще одно — дело должно быть серьезным. Туманные подозрения и необоснованные страхи не в счет.

— Дело серьезнее некуда, — заверил Павлов. — Я не могу распространяться по этому поводу в телефонном разговоре. Приезжайте, и на месте все обсудим.

— Стоп, чуть не забыла, — спохватилась я. — В криминальных разборках я не участвую, конкурентов не устраняю. Я не наемный убийца, а телохранитель.

— Я нанимаю вас для себя, чтоб вы берегли мою жизнь от разных нехороших людей, и ничего более, — ответил собеседник терпеливо.

— Тогда диктуйте адрес и телефон для связи, — сказала я, открывая электронную записную книжку. В принципе, мне не составляло труда запомнить его координаты, но к чему загружать мозг лишней информацией? Я же не в тылу врага.

— Давайте я лучше пришлю за вами машину, — предложил Павлов. — Прямо сейчас. Шофер заберет вас от магазина и доставит ко мне. Сами, боюсь, вы дорогу не найдете. Я живу в таком захолустье, что у меня даже адреса нет как такового.

— О, не волнуйтесь, у меня нет проблем с ориентацией на местности, — ответила я, не воодушевленная таким началом сотрудничества. Клиент шифровался, словно был глубоко законспирированным агентом КГБ. Это могла быть ловушка. Поэтому я продолжала гнуть свое: — Скажите примерный район, опишите дом, и я найду.

Однако Павлов упирался не хуже осла:

— Я не доверяю телефонной связи, и мне не хотелось бы, чтоб вы плутали черт знает где. Давайте я вышлю за вами машину.

— А я сегодня вообще не могу с вами встретиться, — соврала я, — скажите мне свой телефон, и я перезвоню вам завтра.

— Давайте я сейчас сброшу вам номер эсэмэской, и как только появится свободное время — звоните.

Сказав это, Павлов попрощался, а через несколько секунд на телефон продавщицы пришло сообщение с интересовавшим меня номером.

— Ты собираешься ввязаться в какое-нибудь темное дело? — прищурившись, спросила тетя.

— Ничего подобного, просто охрана, не волнуйся, — успокоила я ее.

К нам подошла продавщица и протянула празднично оформленную коробочку, перетянутую алым бантом.

— Это подарок от хозяина, — ответила она на наши вопросительные взгляды.

Не успела я заикнуться, как тетя выхватила коробочку, разорвала обертку и открыла. Внутри лежал тот самый набор с цитринами.

— Ой, Женя, какая прелесть! Такой дорогой подарок. Мне даже как-то неудобно его принять.

— Хорошо, я передам, что вы отказались, — равнодушно пожала плечами продавщица, протянув руку за коробочкой.

— Э нет, нельзя же человека обижать! — воскликнула тетя Мила, отстраняясь. — Он же от чистого сердца подарил.

— Точно, — поддакнула я, — бери эту ерунду и пошли отсюда.