Стерва - Джеки Коллинз

— Да? В таком случае я бы хотела знать, на кого он ее тратит.

Во время ленча женщины обменивались последними сплетнями — они понимали толк в этом занятии. К тому времени, когда подали кофе, они уже перемыли косточки всем знакомым. Обе получили от этого огромное удовольствие.

Сара с удовольствием потягивала ликер «Гран Марнье».

— Я встретила на Западном побережье твоего старого приятеля, — небрежно сообщила она. — Помнишь Тони?

— Тони? — Фонтэн изобразила недоумение, хотя тотчас поняла, о ком говорит Сара. Тони Блейк. Тони-жеребец.

— Он тебя помнит, — насмешливо произнесла Сара. — И не питает к тебе большой любви. Что ты с ним сделала?

Фонтэн нахмурилась.

— Когда я подобрала его, он был жалким официантом. Я превратила его в лучшего управляющего лучшей лондонской дискотекой.

— О да. А потом выбросила на улицу, верно?

— Я отказалась от его услуг прежде, чем он успел отказаться от моих. Этот самонадеянный тип попытался завладеть моим бизнесом и оттеснить меня в сторону.

Сара улыбнулась.

— И что произошло?

— По-моему, я уже рассказывала тебе об этом. Я стала партнером его инвестора раньше, чем это удалось сделать ему. Справедливость восторжествовала. С тех пор я больше не слышала о Тони. Что он делает в Эл-Эй ?

— То же, что и все — нюхает кокаин и трахается, как кролик. Кстати, что случилось с твоим клубом — кажется, он назывался «Хобо»?

Фонтэн извлекла из своей сумочки от Вуитона косметический набор в стиле арт-деко и посмотрела на себя в зеркальце.

— Мой клуб по-прежнему пользуется успехом. — Она выбрала блеск для губ и нанесла его кончиком пальца. — Сегодня утром я получила письмо от моего адвоката. Он считает, что мне пора вернуться, чтобы уладить кое-какие проблемы.

— Какие именно? — заинтересованно спросила Сара.

Фонтэн захлопнула косметический набор.

— Конечно, денежные. Только они имеют значение, верно?

После ленча они нежно попрощались и разошлись в разные стороны. Фонтэн чувствовала, что сохранять дистанцию следует даже в отношениях с такой близкой подругой, как Сара. Шагая по Пятой авеню, она думала об истинном содержании письма из Лондона. Финансовые проблемы… Неоплаченные счета… Перерасход средств… «Хобо»в беде…

Да, определенно пришло время вернуться в Лондон и навести там порядок.

Но как мог «Хобо» оказаться в беде? Клуб приносил доход с того момента, когда Бенджамин купил его для Фонтэн. Тони — любовник, жеребец, — стал самым популярным человеком в Лондоне, когда она сделала его управляющим. А когда избавилась от него, Иан Теин, новый партнер, заново отделал заведение и нашел другого менеджера. Вскоре он разозлился на нее из-за того, что она не пожелала перейти от делового партнерства к постельному. Ей пришлось выкупить у него его часть. В момент ее отъезда из Лондона «Хобо» процветал. Он полностью принадлежал ей и находился в прекрасном финансовом состоянии.

Начался дождь. Фонтэн безуспешно искала взглядом такси. Господи! Пора найти нового миллионера — кому нравится ловить такси? Ей следует разъезжать на «Роллс-Ройсе»с личным шофером, как это было во время замужества. Сейчас она могла позволить себе лишь нанятый на вечер лимузин с водителем. Это было необходимо, поскольку она выбирала спутников, в лучшем случае владевших мотоциклами. Фонтэн предпочитала любовников, основной капитал которых выпирал из брюк.

Она никогда не гонялась за большими деньгами — из-за ее потрясающей красоты они сами настигали Фонтэн. Бенджамин Аль-Халед мгновенно положил на нее глаз, когда она появилась на подиуме в Сен-Морице во время показа мод. Он дал отставку своей первой жене быстрее, чем проститутка берет в рот.

После бракосочетания она перестала считать деньги. Привыкла к дорогим вещам и теперь не могла обходиться без них. Но нуждалась в передышке перед поисками нового миллиардера. Однако супербогачи, как правило, были стариками. А испорченные славой рок-звезды обычно предпочитали юных белокурых «звездочек». Старики не прельщали Фонтэн. Она любила молодых людей с красивыми телами и твердыми восьми-девятидюймовыми членами.

Пьяный пересек Пятую авеню и зашатался перед Фонтэн, преградив ей путь.

— Хочешь потрахаться? — ухмыляясь, спросил он.

Фонтэн молча попыталась обойти его.

— Эй, в чем дело? Неужто не хочешь?

Фонтэн с силой оттолкнула его и, увидев приближающееся такси, побежала к нему. Плюхнувшись на заднее сиденье, вздохнула.

Пора отчаливать из Нью-Йорка.

Как только Фонтэн отправилась на ленч, Рия, ее пуэрториканская служанка, бросилась к телефону. Через десять минут в доме появился приятель девушки. Мартино. Первый черный красавец всего Нью-Йорка.

— Какой расклад, крошка?

Он поприветствовал ее поцелуем и шлепком по ягодице. Обвел восхищенным взглядом роскошный интерьер.

— У нас есть пара часов, — выпалила Рия. — Стерва не вернется раньше.

— Тогда займемся делом, крошка.

— Конечно, милый. Только… У меня родилась идея. Мартино, мы можем потратить пять минут? Я хочу показать тебе ее спальню. Давай потрахаемся в каждом уголке ее обалденной спальни.

Мартино усмехнулся. Он уже расстегивал свои блестящие кожаные штаны.

Фонтэн провела середину дня в косметическом салоне. Там на нее снова обрушилась лавина сплетен. Некоторые из них были повторением услышанного от Сары. Подтверждение слухов также представляло интерес.

— Я возвращаюсь в Лондон, — доверительно сообщила она своему мастеру Лесли.

— Да? — Лесли усмехнулся. У него были красивые зубы, черты лица и фигура, но он оказался неважным любовником — Фонтэн лично убедилась в этом.

— Пора сменить обстановку, — продолжила она. — Мне кажется, я умираю тут от бездействия.

— Я тебя понимаю, — сочувственно произнес Лесли. Господи! Фонтэн Халед умирает от бездействия. Это просто смешно. Старая стерва перетрахала всех нью-йоркских мужчин моложе двадцати пяти лет.

Самому Лесли исполнилось двадцать шесть. Парикмахера задело то, что знаменитая миссис Халед переспала с ним лишь однажды, а потом бросила, как бесполезную вещь. Однако он по-прежнему заботился о ее волосах — почему бы и нет? Он считался лучшим мастером в городе. Самым модным.

— Будешь скучать по мне, Лесли?

Фонтэн уставилась на него своими глазами, напоминаюшими яркую картинку калейдоскопа.

Лесли понял, что она кокетничает с ним. Что случилось, миссис Халед? Хотите заполнить несколько свободных часов?

— Конечно. Всякий раз, укладывая волосы, буду вспоминать о тебе!

Один-ноль в пользу Лесли. Для разнообразия.