Фантом - Николай Лузан

— Если разрешите, то только вражеской контрразведке!

Грей, не сдержавшись, хихикнула, оживились и остальные. Легкая волна смеха покатилась по кабинету, и царившая в нем официальная атмосфера разрядилась. Молодежь тоже осмелела, первым решил проявить инициативу Роберт Левицки.

— Сэр, позвольте в развитии варианта по ЮМЗ взять в разработку бывших военных ракетчиков-стратегов из числа украинцев, — слегка краснея, предложил он.

— А почему бы и нет! — живо отреагировал Саливан. — Вопрос заключается в том, насколько они близки к интересующей нас проблеме.

— Я не ошибусь, если скажу, что трое из них представляют разведывательный интерес. В свое время они командовали дивизиями и даже армиями в ракетных войсках стратегического назначения бывшего СССР.

— И что из того? Той советской армии давно уже нет, а сами генералы сидят на печи, — буркнул Перси.

— Не спешите с выводами, Марк. В этом предложении есть свое рациональное зерно, — не согласился с ним Саливан и, пододвинув к себе блокнот для записей, спросил:

— Кого конкретно из генералов вы имели в виду, Роберт?

— Пустового, конечно, Толубко с Крыжко, — перечислил Левицки бывших командиров ракетных дивизий и армий.

— Толубко до сих пор командует академией в Харькове, — напомнил Берд.

— И у него, вероятно, еще остались серьезные связи среди ракетчиков в Москве, — подсказал Левицки.

— С Толубко все ясно. А что Крыжко? — проявлял все большую заинтересованность Саливан.

— Генерал долгое время руководил центральным испытательным полигоном в СССР, а до него командовал нижнетагильской дивизией, на вооружении которой находилась первая модификация еще старого «Тополя». Наряду с этим…

— Достаточно, Роберт, не будем забывать о конспирации! — прервал Саливан доклад и распорядился: — Проработайте перечисленные кандидатуры. Особое внимание уделите их связям в России и затем доложите мне лично.

— Будет исполнено, сэр! — заверил Левицки.

Саливан сделал пометку в блокноте и, пробежавшись взглядом по подчиненным, спросил:

— Господа, какие еще будут соображения?

— Позвольте, сэр? — снова заговорил Берд.

— Конечно, Николос.

— Есть еще одна свежая идея, и, может, именно она приведет к цели. Я имею в виду родственные связи.

— Родственные связи, но чьи и где? — уточнил Саливан.

— Ведущих российских разработчиков «Тополя-М» на Украине.

— А что, есть такие?

— Имеются, по моим данным, у двоих.

— А если как следует поработать, то наберется и больше, — поддержал его Перси.

— Отлично! Весьма перспективный вариант, — согласился Саливан и предложил: — Вам, Николос, и карты в руки! Не откладывая дела в долгий ящик, займитесь разработкой этого направления.

— Да, сэр! — живо откликнулся тот.

Требовательный звонок телефона прервал совещание. Саливан снял трубку. По выражению его лица разведчики догадались: звонит посол, а по обрывкам разговора поняли: речь шла о действиях «российского десанта» под командыванием неугомонного московского мэра Юрия Лужкова, действовавшего в Крыму и в Донбассе. Судя по интонациям в разговоре и односложным ответам помрачневшего Саливана, посол был недоволен тем, как развивались события в этой части Украины и ответными действиями резидентуры.

— Мы учтем ваши рекомендации, сэр! — сухо закончил разговор с послом Саливан, положил трубку и после паузы спросил: — Господа, какие еще будут предложения?

Молчавший до этого Динар замялся, не решаясь сказать.

— Дик, говорите, я слушаю вас! — подбодрил его Саливан.

— Сэр, я полагаю, что и Крым в этом плане может оказаться весьма интересен.

— Каким образом?! — снова оживился Саливан.

— Под Ялтой есть несколько военных санаториев русских, в них отдыхает немало ракетчиков. Это, как правило, не «окопные офицеры», а крупные «шишки» из центральных штабов. Кроме того…

— И длинноногие ракетчицы тоже. Так что будет где разгуляться нашему холостяку Дику! — хмыкнул Берд и подмигнул Джоан Грей.

Она фыркнула и отвернулась к окну. Динар покраснел, но сдержался и продолжил:

— Кроме того, не стоит сбрасывать со счета военно-морскую базу в Севастополе. Там тоже можно поискать подходы к ракетным секретам.

— Отлично, Дик! Молодец! — похвалил Саливан и, пробежавшись взглядом по подчиненным, спросил: — Какие еще есть мнения?

— Какие могут быть еще мнения, кроме твоего, — буркнул Ковальчук.

— Все уже сказано! Пора за дело браться! — поспешил смягчить его резкость Перси.

— Совершенно верно! — согласился Саливан и не удержался от короткой речи: — Господа! Я вам благодарен за активную и плодотворную работу. У меня нет ни малейших сомнений в том, что общими усилиями нам удастся решить эту ответственную задачу директора. И последнее: вас, Николос, и вас, Роберт, попрошу обобщить все сказанное и послезавтра — нет, завтра представить мне аналитическую справку для доклада в Лэнгли.

— Есть, сэр! — в один голос ответили они.

— За работу, господа! — завершил совещание Саливан.

Первым, как ошпаренный, за дверь вылетел Ковальчук, вслед за ним на выход дружно потянулись остальные. Перси, возвратившись в кабинет, открыл сейф, выложил на стол последние донесения агентов, справки, составленные по результатам недавних бесед с политиками, и приготовился засесть за докладную, но не успел. В дверях появился мрачный как грозовая туча Генри. Трепка у Саливана задела его за живое. Он тяжело опустился на стул, жалобно скрипнувший под тяжестью трехсот фунтов, и сквозь зубы процедил.

— Все, Марк, с меня хватит подтирать сопли идиотам и ничтожествам! Я уже сыт по горло! Все, к черту эту службу!

— Генри, ну перестань! Не заводись по пустякам? — пытался успокоить его Перси.

— И это ты называешь пустяком?!.. Я завербовал русского майора… И меня как щенка мордой в дерьмо!.. Я… Я ему… — Ковальчук задыхался от душившего его гнева.

Перси с сочувствием смотрел на друга, но так и не дождавшись, когда он спустит пар, полез в сейф, вытащил бутылку виски, разлил по рюмкам и предложил:

— Давай выпьем!

Ковальчук тупо уставился на стол, бутылку и затем, сграбастав лапищей рюмку, одним махом опрокинул и просипел:

— На-а-ливай!

Виски снова забулькало в бутылке. Поморщившись, Перси присоединился к Ковальчуку и выпил. За второй рюмкой последовала третья. Они пили до тех пор, пока бутылка не опустела. В тот вечер ему не удалось написать ни строчки, и пришлось выслушивать пьяные излияния Генри. А он уже не мог остановиться и порывался разобраться с Саливаном. Перси стоило немалых сил удержать его в кабинете, а потом едва хватило терпения дождаться, когда опустеет посольство. Взвалив на плечи поплывшего Ковальчука, он протащил его по безлюдным коридорам к запасному выходу.