Похитить Похитонова! - Д. Густо

Изредка попадались странички, как у Олли: личные дневники не связанных обязательствами особей, где можно было увидеть фотографии со звёздами и в образах звёзд, в надувном круге и в кругу семьи.

Ещё были живые инкубаторы – суки на сносях, которые наслаждались каждым днём беременности. Они посещали массажистов, выбирали очаровательные люльки в зоомагазинах, смотрели только позитивные передачи по телевизору, медитировали вместе с хозяевами на ковриках возле бассейнов, а главное, тщательно подготавливали мир к прибытию драгоценных кобельков и сучек. О, если бы беспородных щенят люди дожидались с таким же нетерпением!

«Продаю левретку» – вдруг полоснуло по экрану. Вера не поверила. Это просто глаза от напряжения слезятся, искажая настоящую подпись под фото, например, «Король Чарльз Лаки Чармс Мамочкина Прелесть кушоет фуа-гра» или «Анджелина Джоли Форева Третья котается на лемузине».

Необходим перерыв. Огуречики на веки, увлажняющие капли, немножко кофейку и… странно, слова не исчезли. Кто-то действительно продавал взрослую изабелловую левретку.

Ссылка вела на сайт, который уже закрылся за неуплату.

Нашёлся профиль продавца в социальной сети. Увы, он был настроен так, что незнакомцы не могли писать личные сообщения. Чтобы свободно общаться, требовалось добавиться в друзья. Холмская отправила заявку и довольно потёрла руки – он онлайн, он прямо сейчас примет предложение дружбы, в четыре утра! Какая удача!

Минуты тянулись, а кнопка для отправки сообщений всё не появлялась.

Скоротать время помогли многочисленные альбомы продавца с запчастями, одеждой именитых спортсменов, травой… Время от времени какой-нибудь залежавшийся, но всё-таки многим интересный предмет он разыгрывал на своей стене почти даром, за репост. Сотни людей помещали у себя на стене диковину со ссылкой, таким образом завлекая новых клиентов.

Животные почти не попадались, кроме левретки был только питон да несколько гадюк. Впрочем, не исключено, что террариум пригрезился Вере в полудрёме.

Через час погас зелёный значок – торговец ушёл спать, так и не открыв доступ к переписке.

*

Утро настало в пять вечера – так уж Холмская проснулась. Сразу в сеть!

Не принял. Надо было раньше посмотреть, многих ли он принимает. Соотношение: десяток подруг к тысяче подписчиков, все сплошь модели.

Вера посмотрела на свою аву и пригорюнилась. Друг таким быть не может. У парня с ником «Девятнадцатисантиметровый» – уж точно.

Красивым хорошо, за ними все бегают. Зато, если ты умна, сама можешь догонять самцов.

Холмская решила поймать кабанчика в реале. Его страсть выкладывать фотки с описанием ежедневных событий делала это вполне реализуемым. Надо только выявить излюбленные места водопоя, и добыча в кармане.

Вера решила не тратить попусту рассветные часы, разглядывая изображения вещей для перепродажи, а читать только подписи под селфи в тёмных дымных барах. друг попалась интересная картинка.

Индонезийский лук?!

Он висел на стене с таким видом, будто ничем не выделялся из окружающей его массы барахла. Необычайно маленький, едва ли с руку взрослого от подмышки до ногтей, да ещё и с тетивой, сползшей к центру.

Ну на кого ходят с таким? В лесу – неизвестно, в сети – можно сразить этнографа или вот, гляди-ка, искусствоведа.

Крупные деревянные завитки украшали концы лука, придавая смысл его существованию, не практический, так эстетический. Эти перья Жар-птицы были примотаны глянцевитыми коричневатыми лентами. Витки ширились, переходя от худенького прутика к массивному декору: результат выглядел, как членистое брюшко мадагаскарского таракана. Два края – два брюшка.

В крошечном бесформенном колчане содержались нетронутыми две стрелы.

Третью положили для фотографирования отдельно, чтобы продемонстрировать во всей красе, но лучше бы этого не делали, так как у бедняги отсутствовало оперение и наконечник. Чуть заточенная спереди, с ромбиком, привязанным сзади, она не производила впечатления грозного оружия.

А всё же ей было суждено помочь Холмской на охоте.

Именно под этой фотографией автор написал, что лук купили в качестве настенного украшения, и завезёт он его, когда поедет на родину, в Кыргызстан. Удача улыбалась – стояло название места, стояла дата. Сегодня!

*

Не накрасившись, взяв с собой только обычный паспорт, деньги и линзы, выпущенная стрела Холмская полетела к аэропорту.

Ей всегда хотелось с бухты-барахты отправиться в неведомую страну. Например, когда портится погода, можно спастись на Кубе или Мальдивах, а если нахамили в транспорте – удалиться в объятия безлюдных вьетнамских пляжей.

Останавливала привычка терпеть.

Останавливал страх показаться импульсивной.

Да мало ли что ещё останавливает, когда мы точно знаем, чего хотим!

Путь перекрыт.

В стотысячный раз перекапывают, перекладывают давно сгнившие трубы с место на место, заранее зная результат. Важно создать видимость деятельности перед очередными выборами.

Видимость ограждения – всего лишь натянутая поперёк дороги верёвка с красными флажками, условная линия, которую все боятся пересечь. Не нашёлся пока тот чемпион, который с разбегу разорвёт ленточку.

Но вот мчится Вера, и барьер взят!

По кочкам, по лужам, по гравию и граблям, на которые наступала много раз, она выскочила к забору, распластанному влево и вправо. Не было ни дырки, ни того, кто мог бы на дырку указать.

В леопардовых штанах и малиновой псевдозамшевой куртке Вера полезла через забор. Он прогнулся так низко, что если бы рядом оказался долговязый желающий переправиться – мог бы спокойно шагнуть на ту сторону. Сетка была слишком мягкой, но Холмская сказала себе: строители разбираются в материалах и не могли поставить ограждение, не будучи уверенными, что оно выдержит осаду. Её вес колебался от 45 до 48 кг, проволока наверняка рассчитана на хулиганов в два раза более массивных. Этот самогипноз отчего-то помог. Когда она перекинула ногу через шипы сверху, забор успокоился и покорился. Лезть вниз было уже совсем легко. Но даже на трудном участке ни штаны, ни куртка не испачкались о металл —Вера носила достаточно облегающую одежду, а кроме того, умела опираться на кончики носков и кончики пальцев, держа тело подальше.

Зеваки чуть не аплодировали. Кто-то успел снять на телефончик, как кошка особо крупных размеров ловко покоряет вершину, сбегая из-за решётки. Помощи никто не предложил.

Вера летела дальше, уже захлёбываясь, но всё равно ни секунды не жалея, что самокат остался дома. С ним наперевес она вряд ли одолела бы сетку, а перебрасывать лучшего друга на ту сторону, прямо в грязь, она бы не решилась. Помимо прочего, ну где оставишь его в аэропорту? Оставалось только бежать, как бегают простые смертные, далёкие от религии двух колёс.