Черные маски - Виталий Егоров

Отслужив полгода в горячей точке, он вернулся домой, а через год перевелся в Главное управление по борьбе с организованной преступностью и уже громил московские банды и группировки. Его бесценный опыт борьбы с бандитизмом, приумноженный знаниями тюремной жизни изнутри, понадобился и здесь, в Москве.

Прошли годы.

Тимур ушел в отставку и остался в Москве. В один из тихих осенних дней он прилетел в Якутск. В порту его встретили верные друзья Василий и Константин. Киреев так же, как и Тимур, ушел на пенсию, а Константин продолжал служить, был начальником отдела уголовного розыска и находился в отпуске. Радости от долгожданной встречи не было предела! Поехали в заранее забронированную гостиницу: Тимур не хотел никого обременять, хотя друзья настаивали, чтобы он пожил у каждого из них.

Оставив свои вещи в номере, он пригласил друзей в ресторан, расположенный тут же, на первом этаже. За столом сидели допоздна, вспоминая старое, делясь новостями и планами на будущее.

В конце застолья Тимур объявил:

– Ребята, я уезжаю в район к своим родственникам. Хочу немного порыбачить, отдохнуть, насладиться природой. Со мной должен был приехать мой московский друг, которому я хотел показать красоту нашего края, но в последний момент его отозвали на работу. Завтра за мной придет машина и довезет до села, а там пересяду в вездеход с проводником, и по каменному ручью поднимемся к горному озеру, где почти не ступала нога человека. Говорят, в этом озере водится сказочная рыба, хочу попробовать ее поймать. А на обратном пути меня ждет на лодке брат, постреляем уток на реке. Вот такой у меня план экстремального отдыха, если есть желание, присоединяйтесь.

– Присоединяемся! – за двоих ответил Василий. – Не охотники и не рыболовы, но за компанию!

На следующий день друзья уже ехали по Колымской трассе, поднимая колесами быстрого джипа историческую пыль сталинских времен. Когда доехали до села, стало вечереть. Попив чаю у родственников, Тимур уложил друзей спать, а сам отправился к своему другу Терентию, с которым учился с первого по четвертый класс, пока не переехал в Якутск. Терентий был заядлым и удачливым охотником. Раньше, когда Тимур жил и работал в Якутске, он приезжал к нему на охоту и без добычи никогда не возвращался.

Терентий встретил его с несвойственной ему грустью: поздоровавшись, сел за стол и опустил голову. Хозяйка молча поставила чайник.

– Что случилось, Терентий? – спросил его Тимур, чувствуя, что в дом пришла беда. – Почему такие грустные?

– Внука Петьку послезавтра оперируют в Новосибирске, – Терентий незаметно смахнул слезу. – Порок сердца у него обнаружили…

– Сколько ему лет?

– Скоро будет восемь.

– А я его видел пять лет назад, когда приезжал в тот раз. Ему всего-то три годика тогда было, веселый такой малыш, так заразительно смеялся… Что, все так серьезно?

– Врачи говорят, пятьдесят на пятьдесят. Вот и сидим, молимся всем богам.

– Как жаль, что так случилось. Но вы держитесь, все будет хорошо. На обратном пути заеду, и мы с тобой еще выпьем по рюмочке за удачную операцию.

– Заезжай обязательно, – попрощался с ним Терентий. – На всякий случай возьми у меня карабин, в тех местах, куда вы едете, можно неожиданно встретить медведя.

Наутро «Сайгак» с кунгом стоял возле дома. Водитель автомобиля, неунывающий весельчак Сидор, напевая песенку, копался в моторе, изредка поглядывая в сторону дома, откуда должен был появиться его друг Тимур со своими спутниками. Проводник Архип с серьезным видом прохаживался вокруг машины, разминая мышцы перед длительным путешествием.

Когда появился Тимур, Сидор ловко соскочил с машины и, подбежав к нему, крепко обнял:

– С приездом, Тимур, долго не был в наших краях! Я уже готов, машина заправлена, колымбак полный, проводник ждет, так что в путь!

– Архип, как называется озеро, куда мы едем? – спросил у проводника Тимур.

– Название эвенкийское, я точно не знаю, – пожал тот плечами.

– А сколько километров надо ехать?

– Не могу точно сказать.

– А рыба, которую будем ловить, как она называется?

– Тоже эвенкийское название, не знаю, – продолжал удивлять проводник своим незнанием всего вокруг.

– А у тебя случайно фамилия не Сусанин? – с улыбкой спросил его Тимур.

– Нет, Киприянов, – серьезно ответил Архип.

Сидор, пытаясь не сорваться на хохот, объяснил Тимуру, что лучшего проводника в районе, чем Архип, не сыскать.

И вот, наконец, путешествие началось!

Тимур сел в кабину с проводником, а Василий с Константином разместились внутри кунга.

Ехали долго по той же Колымской трассе, ближе к вечеру впереди показались горы. Мотор «Сайгака» натужно заревел, поднимаясь по крутому склону вверх. В одном месте путники остановились, проводник объявил о необходимости задобрить духа гор, чтобы благополучно следовать дальше. Спрыгнув с кунга и увидев величественные горы со снежными шапками, Василий присвистнул от удивления:

– Неужели это Якутия?! Я чувствую себя, будто мы на Кавказе! И зачем все стремятся туда?! Вот здесь надо отдыхать!

Эмоции передались и Константину:

– Великолепно! Восхитительно! Умопомрачительно!

Разожгли маленький костер, проводник над огнем прошептал какие-то заклинательные слова и положил рядом бутерброд с маслом. Тимур протянул проводнику водку на дне стакана, чтобы «накормить огонь», но тот замахал рукой:

– Он не любит этого, не надо!

Потом продолжили путь. Когда свернули с трассы и ступили на каменный ручей, Сидор остановился:

– Здесь разобьем лагерь.

За ужином, после «принятия на грудь для сугреву», Тимур, будучи в веселом расположении духа, вновь поинтересовался у Архипа:

– Так сколько нам отсюда ехать по времени?

– Не знаю, все зависит от Сидора, – кивнул в сторону водителя проводник.

– Если не заблудимся, думаю, к трем-четырем часам будем на месте, – ответил Сидор. – Я там был всего один раз, места самые что ни на есть глухие, людей почти не бывает. Километров двадцать-тридцать по ручью, сейчас вода не такая большая, но маршрут аховый, по одним булыжникам. Без проводника там делать нечего, можно сгинуть и пропасть. Мечта Сусанина!

Все захохотали, кроме Архипа, который с серьезным видом выковыривал остатки тушенки из банки и думал: «О каком Сусанине мои спутники все время талдычат? Видать, хороший проводник… однако».

Дорога оказалась не аховой, а сверхаховой. Машину бросало из стороны в сторону, Василий и Константин, лежа на деревянных нарах, катались на них, как бильярдные шары, отскакивая от одного борта кунга к другому и обратно. Иногда тяжелую машину поднимало и уносило течением на несколько метров вниз, в это время Константин замирал от страха. Он несколько раз безуспешно проверял, легко ли открывается дверца кунга, дабы в случае чего не оказаться в западне и не утонуть.