Бегущая от Мендельсона - Марина Серова

Мы с Жорой спустились во двор.

– Слушай, Евгения, мне здесь торчать нечего, – посмотрев на часы, сказал Жора. – Я и так достаточно потратил на тебя время.

– Езжай, Жора, – махнула я рукой. – Спасибо тебе.

Авдеенко не нужно было уговаривать, он тут же проследовал к воротам здания и исчез за ними. А еще через некоторое время в эти же ворота вошел низенький человек неопределенного возраста, в летной кожаной куртке и быстрыми шагами пошел к корпусу, в котором лежал Теймураз Айларов. У меня практически не было сомнений, что это Джанхот.

Спустя несколько минут Айларов вышел из корпуса, опираясь на плечо Джанхота. За ними семенил врач и говорил, что идти самостоятельно Теймуразу Майрамовичу противопоказано и что они сейчас организуют носилки. Айларов был бледен, но от предложения врача решительно отказался и, поддерживаемый своим другом, пошел к воротам. Мне пришлось тоже пойти за ними.

За воротами стоял сверкающий черный «Мицубиси Паджеро».

Из него шустро выпрыгнул молодой кавказец, и они вдвоем с Джанхотом бережно посадили Айларова на заднее сиденье. Я набралась смелости и подошла.

– Теймураз Майрамович, я найду вашу дочь, – сказала я.

Айларов, чуть улыбнувшись, кивнул. Было видно, что он не верит моим словам. Я нисколько не обижалась на него за это – я его понимала. Он ведь не знал, кто я. Джанхот бросил на меня внимательный взгляд, а молодой осетин посмотрел так и вовсе с неприкрытым любопытством. Я хотела спросить, где мне его искать в случае чего, но тут Айларов сам сказал:

– Звоните на мой номер, если что-то узнаете.

– Теймураз Майрамович, а где мне найти Алимхана? – спросила я, думая, что племянник, возможно, еще не в курсе, что случилось с его дядей. И может быть, дядя и не захочет беспокоить его в связи с этим вопросом, но мне нужно было поговорить с этим молодым человеком.

Айларов чуть удивленно приподнял брови и произнес:

– Улица Пескова, сорок один, квартира сто восемнадцать. Только не говорите ему о… о несчастье. Я сам ему позвоню.

– Хорошо, – заверила я.

В этот момент Джанхот, севший за руль, дал понять, что беседу пора заканчивать. Теймураз Айларов и впрямь выглядел не лучшим образом. Я покивала, и джип стремительно, но плавно сорвался с места, увозя отца Мадины в неизвестном пока мне направлении. Но это ладно, главное, что он жив, а мне нужно продолжать свои поиски.

Действовать нужно было последовательно. Во-первых, мотоциклист, сбивший Айларова. Что с ним? И кто он? Но мотоциклист, в конце концов, не моя забота, пусть его ищет полиция. Меня интересует лишь его личность.

Во-вторых, Алимхан Айларов. С ним побеседовать просто необходимо – вдруг у него тоже появились какие-то новости?

В-третьих, Мишаня Бобков, о котором я за всей этой кутерьмой как-то совершенно забыла. Я достала телефон и набрала его номер.

– Привет, Мишаня, – устало произнесла я. – Новости есть?

– Нет, – уныло отозвался тот. – Никто не звонил. Видно, этот гад пронюхал, что девчонка исчезла, и носа не кажет. Платить не хочет.

– Везде одни непорядочные люди, Мишаня, – вздохнула я. – А вот ты возьми и подай пример кристальной честности.

– Охотникова, я тебе не вру, – серьезно произнес Бобков.

– Надеюсь, – сказала я. – Не совсем же ты идиот.

И отключила связь, не слушая гневные реплики Мишани. Затем твердо решила, что нужно ехать на улицу Пескова и разговаривать с Алимханом.

Улица эта находилась в районе Музейной площади, это было далековато от первой городской, но все-таки я добралась туда минут за двадцать, благо час пик еще не начался. Практически без труда найдя дом сорок один, я поднялась и позвонила в сто восемнадцатую квартиру. На мой звонок никто не открыл. Я еще раз набрала тот самый номер, с которого звонил мне Алимхан перед встречей, но он был отключен.

Я уже собиралась уходить, решив наведаться сюда вечером, но тут одна мысль смутно мелькнула в моей голове… Я вспомнила разговор с отцом Мадины, разговор с Алимханом и решительно надавила кнопку на соседней двери.

Открыла женщина средних лет, равнодушно посмотрела на меня, затем во взгляде ее появился вопрос.

– Простите, вы вашего соседа давно видели? – сказала я.

– Я за ним не слежу, – ответила женщина и захлопнула дверь. Но уже из-за нее добавила: – В сто двадцатую позвоните, там вам все расскажут.

Сто двадцатая квартира находилась в том же отсеке, и я не раздумывая позвонила в нее. Хозяйкой этой квартиры оказалась женщина значительно старше, с лицом, которое сразу же выдавало ее склонность всех опекать. Я не сомневалась, что и жизнь своего соседа Алимхана она контролирует и должна быть в курсе происходящих в ней событий.

– Добрый день, – начала я. – Я приехала к вашему соседу, а его что-то нет дома. Не подскажете, во сколько он обычно возвращается?

– Алимхан-то? – улыбнулась приветливо женщина. – Так он к себе на родину уехал!

– Что вы говорите? – У меня вытянулось лицо. – А когда?

– Да уж с неделю назад где-то, – припомнила старушка.

– Вот как? – продолжала недоумевать я. – А почему вы так решили?

– Так он уже неделю не появляется, – сказала соседка. – А он парень серьезный, ночевать всегда домой приходит, так что…

По моему лицу, наверное, было видно, насколько я озадачена, потому что женщина тут же сказала:

– А вы в институт к нему съездите да все узнайте. Там-то уж должны знать, где он. Может, на практику куда послали.

– На практику… – машинально повторила я. – А какой институт?

– Юридический, – тут же ответила соседка. – Тот, что на Чернышевской. На втором курсе он учится…

Когда я ехала на своем «Фольксвагене» в юридический институт, то думала, что мне и впрямь не помешал бы рядом частный детектив. Я ничего не понимала. Вернее, кое-какие мысли у меня вертелись, но в единую картину никак не складывались. И главное, не объясняли, куда исчезла Мадина и почему.

В юридическом институте, а точнее, академии, я сразу же направилась в деканат, где мне подтвердили, что да, действительно, Алимхан Айларов числится в их учебном заведении. Более того, это один из лучших студентов, спортсмен, гордость курса и предмет тайных воздыханий почти всех девушек.

– А сегодня он был на занятиях? – спросила я девушку-секретаря, с которой беседовала. Судя по тону и той охоте, с которыми она рассказывала об Алимхане, ее саму не обошла симпатия к этому молодому человеку.

– Да вы знаете, он вообще-то уже неделю не появляется, – с явным сожалением сказала девушка. – Мы уже подумали, что он заболел. Хотели кого-нибудь к нему домой послать. А вы ему кто? – вдруг ревниво спросила она.

– Я по делу, – произнесла я официальным тоном, что сразу же успокоило девушку и подняло ей настроение.