Второй сон - Роберт Харрис

— Могу я попросить вас, мадам, встать вот на тот квадратный коврик и не шевелиться? И еще, не будете ли вы так добры снять шляпку и отдать ее моему секретарю, а потом распустить волосы? — Она повиновалась и тряхнула косами: то самое движение, которое накануне сразило Фэйрфакса. — А теперь, пожалуйста, поднимите руки на ширину плеч и повернитесь лицом к нашим друзьям, которые собрались здесь.

И снова она повиновалась — с улыбкой, совершенно спокойно.

Куик принялся крутить ручку. Немного выждав, Шедуэлл взял длинную стеклянную трубку, которая светилась голубоватым светом, точно волшебная палочка, и осторожно коснулся ею края юбки леди Дарстон. Ее длинные рыжие волосы мгновенно зашевелились и встали дыбом вокруг головы. То было нечеловечески волнующее зрелище: женщина, облачен- ная в черную амазонку, с распростертыми руками, бледным лицом и нимбом пламенеющих волос. Фэйрфакс не мог отвести от нее глаз. Зал нестройно ахнул и разразился аплодисментами.

— А теперь, — произнес Шедуэлл, — отыщется ли галантный джентльмен, который выйдет на сцену и составит компанию отважной даме?

Повисло долгое молчание. Фэйрфакс смотрел на Сару Дарстон, мерцавшую — ну или так ему казалось, — точно неземное видение. Грудь ее вздымалась и опадала, будто электрическая сила высасывала из нее жизнь. А потом, к изумлению Фэйрфакса, его правая рука сама собой взметнулась вверх, и он услышал собственный голос:

— Я готов.

— Так держать, сэр!

Он немедленно пожалел об этом, но к тому времени уже почти успел подняться на ноги. Раздались приглушенные возгласы удивления, которые постепенно сменились дружными рукоплесканиями в честь его смелости: от священника такого никто не ожидал! Он выбрался в проход и двинулся к помосту. Кто-то закричал:

— Так держать, преподобный отец!

Куик протянул Фэйрфаксу твердую ладонь, помогая взобраться на сцену. Шедуэлл, который первым начал аплодировать, улыбнулся и склонил голову, прежде чем повернуться к зрителям и жестом призвать их к тишине.

— Я неоднократно производил эту демонстрацию, но никогда еще — при участии духовного лица! Есть ли что-нибудь более невинное, леди и джентльмены, чем мое предложение, обращенное к этим двум в высшей степени выдающимся гражданам: попросить Электризующую Венеру даровать им целомудренный поцелуй? С вашего позволения, сэр, не могли бы вы повернуться лицом к даме и осторожно привести свои губы в контакт с ее губами?

Он положил ладонь Фэйрфаксу между лопатками и легонько подтолкнул его вперед, несмотря на слабые протесты священника:

— О, нет, сэр, нет, что вы…

Краешком глаза Фэйрфакс заметил большую тень: это вполне мог быть пристально наблюдавший за ним Хэнкок. Сара Дарстон, не меняя позы, двигаясь на манер заводной игрушечной куклы, осторожно повернула лицо к нему. Происходящее явно забавляло ее. Она с кокетливым видом склонила голову набок и подставила Фэйрфаксу губы. Он не мог больше сопротивляться. Казалось, время замедлилось. Разделявший их ярд сократился до пары футов, футы сократились до дюймов, и наконец расстояние между ними исчезло совсем.

Едва их губы соприкоснулись, как раздался треск и сверкнула голубая вспышка. Фэйрфакс почувствовал острую боль, вскрикнул и отшатнулся. Зрители ахнули. Он поднес руку к губам и уставился на леди Дарстон. Зрелище, судя по всему, было пугающим и комическим одновременно. В зале послышались смешки. Он повернулся и остолбенело уставился на собравшихся, что вызвало у тех лишь новый приступ хохота.

Из-за всеобщего веселья не сразу стало ясно, что в конце зала начался какой-то отдельный переполох. Захлопали двери, залаяли собаки, послышались резкие мужские голоса. Куик приложил ладонь ко лбу, вгляделся в темноту и крикнул Шедуэллу что-то предостерегающее. Фэйрфакс устремил взгляд поверх поворачивавшихся голов и увидел, как два шерифа пробираются сквозь толпу к помосту. За ними шел еще один чиновник в форме — бородатый, с бледным лицом и золотой нашивкой на рукаве, которая указывала на высокий ранг.

— Это сборище противозаконно! — Он остановился в центре зала. — Откройте ставни! У меня есть ордер на арест доктора Николаса Шедуэлла!

Для человека столь преклонного возраста и, очевидно, слабого здоровья Шедуэлл продемонстрировал необычайную прыть. Он спрыгнул с помоста и метнулся к ближайшей боковой двери. Однако за те несколько секунд, которые потребовались доктору, чтобы оказаться у выхода, на пороге появился еще один шериф с рычащим, рвущимся с поводка псом, преградив ему путь к отступлению. Сразу несколько рук схватили Шедуэлла, скрутив ему запястья за спиной. Все это время он возмущался своим хорошо поставленным голосом:

— Это незаконно… Зачем же вести себя так грубо… Вы будете лично отвечать за сохранность моего оборудования…

Но его уже вели по проходу, а следом за ним — Куика. Шедуэлл бросил на Фэйрфакса через плечо взгляд, полный горького укора, будто считал ответственным за такое обращение с ним не только Церковь как таковую, но и персонально молодого священника.

Когда его вывели из зала, последние ставни были уже открыты, и иллюзия магии древних рассеялась, как сон с первыми лучами рассвета. На сцене остались лишь немногочисленные предметы, которые использовались для опыта, остолбеневший Кристофер Фэйрфакс да Сара Дарстон, чья огненная грива, освободившись из-под загадочной власти электричества, вновь обрела свой естественный вид.