Второй сон - Роберт Харрис

Хэнкок сам расставил тарелки, разложил столовые приборы и наполнил кружки, на этот раз не слушая возражений. Саре достался разбавленный джин, Фэйрфаксу — эль. Потом он отодвинул для них стулья и заставил присоединиться к трапезе, собственными руками навалив на их тарелки холодного языка и маринованных артишоков. Потчуя обоих, он забрасывал их вопросами. Сколько стеклянных штуко- вин нашел полковник Дарстон? Кто еще знал о них? Как о них прослышал Лэйси?

Фэйрфакс отложил вилку и нож и, расстегнув ворот сутаны, вытащил из-за пазухи маленький томик в кожаном переплете. Прежде чем начать свой рассказ, он сделал глубокий вдох.

— Был такой человек, — произнес он, — по имени Моргенстерн…

После этого стало ясно, что они не утаят ничего от капитана, и в итоге все изменилось, и последующее стало возможным, потому что Сара Дарстон сказала чистую правду: если капитану Джону Хэнкоку что-то втемяшится в голову, никакая сила на земле не остановит его. А в тот день за обедом в эксфордской таверне «Лебедь» ему втемяшилось, что он должен раскрыть тайну Чертова Кресла.

Рассказав, как он прятал приходские книги, и объяснив, что за связь существует между Моргенстерном и Дарстон-Кортом, Фэйрфакс отыскал пассаж с письмом Моргенстерна и передал Хэнкоку двадцатый том «Записок и протоколов заседаний Общества антикваров». Тот взял книгу, закурил трубку и, усевшись в кресло перед огнем, принялся читать. Сара продолжала ковырять еду у себя на тарелке, а Фэйрфакс снова обнаружил, что у него нет аппетита, и стал смотреть на здание Хлебной биржи. Время от времени дверь биржи открывалась, оттуда появлялись состоятельные эксфордцы, поодиночке или парами, пригибали головы и спешили прочь, явно стараясь не задерживаться, чтобы не привлекать внимания к своему позору.

— Судя по всему, вот это предложение — ключевое.

Фэйрфакс обернулся к Хэнкоку. Тот наклонился вперед, упершись локтями в колени и держа книгу в руках. Его трубка успела погаснуть и лежала в очаге рядом с ним.

— «Наша цель заключается не в том, чтобы предложить контрмеры, которые позволят противостоять всем этим потенциальным катастрофам… но в том, чтобы разработать стратегии на дни, недели, месяцы и годы, следующие за бедствием подобного рода, стратегии, направленные на скорейшее восстановление технологической цивилизации». — Хэнкок оторвался от книги и вскинул голову. Глаза его неестественно расширились и блестели. — Предположим, человек видит, что надвигается ужасное бедствие. Что он предпринял бы? Что предпринял бы любой из нас? Вот что предпринял бы лично я. Я сделал бы запас провизии — всего, что необходимо для выживания, — и укрылся в своем доме, надеясь пережить это. Вот что предпринял этот ваш Моргенстерн. Я совершенно в этом уверен.

Фэйрфакс кивнул. После лекции у него в голове тоже начала вырисовываться все более и более отчетливая картина, точно пейзаж, проступающий сквозь утренний туман, когда тот понемногу рассеивается. На ум пришел стих из Книги Бытия. Он процитировал его вслух:

— И сказал Бог Ною: конец всякой плоти пришел пред лицо Мое, ибо земля наполнилась от них злодеяниями; и вот, Я истреблю их с земли. Сделай себе ковчег…^[17]

— Да, ковчег — хорошее сравнение, только Моргенстерн не брал на него животных, и он не был предназначен для плавания. Он построил его где-то в окрестностях Чертова Кресла, вместе со своими друзьями и, надо полагать, закопал, чтобы его не нашел никто, кроме них. — Хэнкок откинулся на спинку кресла и устремил взгляд в потолок. — Да, именно так он и поступил, голову готов прозакладывать. Представьте себе только, что там может быть спрятано! Представьте себе, что там может храниться секрет электризации! Не этой, пригодной только для глупых салонных развлечений, а другой, которую использовали они сами, той, которая позволит нам создать большой и постоянный запас энергии, а также хранить и транспортировать ее. «Скорейшее восстановление технологической цивилизации»… Человечество могло бы начать все заново! Чего бы я за это не отдал! — Внезапно он выпрямился и вскочил на ноги. — Нам необходимо поговорить с Шедуэллом.

— Полагаете, это возможно? — с сомнением в голосе спросила Сара. — Несмотря на то что он за решеткой?

— Тем лучше для нас. Мы точно знаем, где он находится. — Хэнкок снял с крючка пальто, расстелил его на полу перед сервантом, присел на корточки и вытащил связку ключей. — Никогда еще не слышал о тюрьме, в которую нельзя проникнуть при наличии соответствующих инструментов.

Хэнкок открыл дверцу серванта, вытащил большой кассовый ящик из железа, отыскал нужный ключ и открыл его, после чего принялся распихивать содержимое — банкноты, векселя, золотые и серебряные монеты — по карманам пальто. Когда с этим было покончено, он убрал ящик обратно в сервант, извлек из его недр пистолет и сунул за пояс. Потом поднялся, надел пальто и застегнул его на все пуговицы. Обложенный вырученными с утра деньгами, он еще больше, чем всегда, походил на ярмарочного силача. Он открыл дверь, ведущую на площадку:

— Ну? Вы идете со мной или нет?

Фэйрфакс с Сарой переглянулись. Молодого священника охватило предчувствие беды. Кажется, мы связались со стихией, способной угробить нас всех, подумалось ему. Однако же он ничего не сказал, когда они поднимались из-за стола, спускались по лестнице следом за капитаном и проходили через бар, чтобы выйти на площадь.