Долгий, крепкий сон - Эйлет Уолдман

Под любопытными взглядами жильцов я пересекла двор. В свои тридцать три я, похоже, старше их всех. Йося вяло махнул мне рукой, кивком пригласил меня следовать за ним и вернулся в квартиру. Я тоже зашла и захлопнула дверь.

Квартира представляла собой одну большую комнату с кухней в дальнем конце.

— Прошу вас, садитесь, — Йося указал на тахту, прикрытую индийским пледом сомнительной чистоты. — Вам сделать кофе? У меня, правда, только кофе-botz.

— Botz? — переспросила я, присев на краешек кровати.

— Грязь. Что-то типа турецкого кофе. На иврите мы его называем «грязный» кофе.

Как аппетитно.

— Да, конечно. «Грязный» кофе — звучит неплохо.

Он прошел на маленькую кухоньку, насыпал в две чашки нечто, скорее напоминающее не грязь, а песок, и залил горячей водой. Затем добавил в каждую по две полные ложки сахара и перемешал.

— Только подождите немного, а то вся гуща окажется у вас во рту, — сказал он, вручая мне чашку.

Еще лучше.

Он достал складной стул из-за фанерного столика, стоящего у дальней стены, и уселся на него, широко расставив ноги и сложив руки за спиной.

— Вы нашли Фрэйдл? — спросил Йося.

— Нет. Не нашла. Но я кое-что узнала.

— И что же?

— Она согласилась выйти замуж за Ари Хирша.

— Я это вам уже говорил, — хмыкнул он. — Я же сказал: она решила быть хорошей девочкой и подчиниться воле отца.

— Я также выяснила, что скорее всего Ари Хирш — гей.

— Гей? То есть faygeleh?[45]

Я поморщилась.

— Да, гей, гомосексуалист.

Я глотнула горячего сладкого кофе. Да, действительно вкусно.

— Теперь она за него точно не выйдет! Она ни за что не выйдет за него, когда это узнает! — воскликнул он.

— Она знает.

— Что? То есть как знает? Но вы же ее не нашли? Она это узнала еще до исчезновения? Господи, поэтому она и сбежала? Или она это выяснила, и он с ней что-то сделал?

— Точно не известно, Йося. Но думаю, нет. Ари сказал, что они это обсудили и все-таки решили пожениться.

— Не может быть. Это же глупо, — он вскочил со стула, который с громким стуком упал на пол. Йося сердито поставил его обратно. — Зачем ей выходить замуж за faygeleh? Фрэйдл бы не согласилась на фиктивный брак. Зачем ей жизнь без секса?

— Не знаю, Йося. Может, она верила, что после свадьбы Ари изменится. Значит, вы ничего об этом не знали? Фрэйдл вам не говорила?

— Нет! Конечно, нет! Знай я об этом, она бы не пропала! Я бы ни за что не позволил ей выходить за него замуж. Я бы увез ее отсюда! — Он понял, что сказал что-то не то. — Я ничего не делал! — заорал он, а потом начал кричать что-то на иврите.

И вдруг бросился на меня.

— Вы! — Он дернул меня за руку, поднимая на ноги. — Я не позволю вам находиться в моем доме и кидать мне такие обвинения! Убирайтесь! Вон! — Он толкнул меня к двери.

Я взяла сумочку и стряхнула его руку.

— Я ухожу, — с достоинством ответила я. — Я вас ни в чем не обвиняю, Йося. Я просто пытаюсь во всем этом разобраться. Я хочу одного: найти Фрэйдл. Разве вы хотите не того же?

Йося бросил на меня злобный взгляд. Внезапно его плечи обвисли, и он сник.

— Да, — прошептал он.

— Мне пора.

Он кивнул.

— Если что, у вас есть мой телефон.

Он снова кивнул.

— Если что — звоните.

Он кивнул в третий раз.

Я вышла из квартиры, хлопнув дверью, и постояла во дворе, пытаясь отдышаться и успокоить свое бешено колотящееся сердце. Да, кажется, я неплохо научилась ставить людей на место. Хотя, честно признаться, я всегда умела это делать.

Вдруг сверху меня окликнули:

— Джулиет! Здравствуйте!

Я подняла глаза и увидела Анат, официантку из «У Номи». Она махнула мне рукой и крикнула:

— Подождите! Я сейчас спущусь!

Анат сбежала по лестнице.

— Вы нашли ее? Девушку Йоси?

— Нет, — я покачала головой. Затем бросила взгляд на дверь Йоси, проверяя, точно ли она закрыта. — Анат, может быть, вы помните о ней что-нибудь еще? Или о них? — без особой надежды спросила я.

— Может быть, — заговорщически прошептала она. — Давайте выпьем кофе и поговорим?

У Йоси мне не удалось выпить больше одного глотка, и мне требовалась хорошая доза кофеина.

— Здесь есть какая-нибудь кофейня?

— Кофейня? На Мелроуз? — удивленно переспросила Анат.

Мы вышли со двора. И целых две минуты решали, какая из семи кофеен в здании нам больше нравится.

В конце концов мы решили заглянуть в «Старбакс» через дорогу.

— Там спокойнее, — объяснила Анат. — Никто из моих соседей там кофе не пьет.

Мы зашли в кофейню и подошли к прилавку. Я заказала мокаччино, который, как я где-то слышала, по калорийности не отличается от молочного коктейля. Я плюхнула в него жалкий пакетик сахарозаменителя и насыпала поверх пены толстый слой шоколадной крошки. Анат взяла себе тройной эспрессо. Неудивительно, что она такая стройная. И нервная.

Затем мы устроились в паре удобных кресел. Что бы там не говорили о «застарбаксивании» Америки, кофейни эти очень уютные. К тому же я всегда предпочитала жидкий кофе. Мне нравится его пить, а не жевать. Ну, шоколадная крошка не в счет.

— Я все думаю о том дне, когда в последний раз видела девушку Йоси, — начала Анат. Ее явно радовала возможность перемыть косточки своему бывшему. — Это случилось недели две назад. Может, чуть меньше. Тогда она приходила к нему два дня подряд, и оба раза была чем-то расстроена.

— Расстроена?

— Первый раз она была, скорее, в ярости. И так бухнула дверью, что я выскочила из квартиры. Она была бледная как мел. Но все равно выглядела потрясающе. Просто кинозвезда. И эти огромные глаза…

— А потом вы ее видели еще раз?

Анат изящно попивала эспрессо. Я глотала свой пенистый жирный шоколад.

— Да, — кивнула девушка. — На следующее утро. Я сидела на балконе и видела, как она вбежала во двор. Выглядела просто ужасно. Она заколотила в его дверь и, когда он открыл, прямо ворвалась в квартиру. Мне показалось, он не хотел ее впускать, но она его отпихнула. Я постояла на балконе и подождала, что будет. Минут через десять она вылетела во двор. На этот раз в истерике. Затем выбежала на улицу, и больше я ее не видела.

— Фрэйдл могла вернуться, когда вас не было?