С неба женщина упала - Лариса Ильина

везде пруд пруди. Сейчас Полина весела, а он словно бы смущен... Может, у них здесь какие-то совсем другие проблемы, ко мне отношения не имеющие, и вспыхнувшая страсть Виталия им сильно мешает? И чтобы наконец получить хоть какое-то подтверждение моей правоты или ошибки, мне нужно взять свою сумочку и пойти в туалетную комнату... Тут я вдруг уловила, что Виталий настойчиво повторяет мое имя и, похоже, не первый раз.

— ...Аля!

Я сосредоточилась и превратилась во внимание. Выяснилось, что он уже давно мне что-то объясняет, но я, как всегда, все прослушала. Но и с середины речи я быстро вникла в общий смысл: любовь с первого взгляда, не отрицай, любимая, так тоже бывает; он сходит с ума, неужели я так жестока, счастье, где ты?

Подняв на Виталия глаза, ясно говорящие о том, что малозаметная сила моей любви объясняется только моей природной скромностью, я дала ему понять, что он, конечно, не прав, но столь мощный напор чувства вызывает во мне некоторое сомнение в его искренности. Объяснившись столь изящно, я ощутила чувство гордости за свой слог. По моим представлениям, сцена эта выглядела естественно и даже, я бы сказала, целомудренно, но Виталий все испортил, потому что вдруг притянул меня к себе и поцеловал, хотя никаких санкций на это не получал. Я растерялась. Невинный танец на виду у всей кампании — одно дело, а страстные поцелуи — совсем другое. Влепить ему пощечину или глаза закрыть? И не успела я сообразить, как бы все это закончить, как на выручку мне пришла Полина. Вылетев из-за стола этаким небольшим цунами, с грохотом опрокинув на пол свой стул, она остановилась около входа в зал, судорожно сжав кулаки и стиснув зубы. Музыка, к счастью, уже умолкла; с силой оттолкнув Виталия, я двинулась к нашему столику. Кузьма Григорьевич и Антуан вскочили и бросились к Полине, спрашивая, что случилось. Лишь Галина Денисовна не тронулась с места, загадочно улыбаясь своим мыслям и неторопливо помешивая соломинкой коктейль. Я, не поворачивая головы, молча прошла мимо Полины, проводившей меня полным ненависти взглядом.

— Что с тобой? — услышала я за спиной голос Виталия и поняла, что он обращается к ней. — Что-то случилось?

— Нет,— ответила ему Полина. Голос ее дрожал и срывался. — У меня немного разболелась голова. Я хочу уйти.

- Конечно, — бесстрастно ответил «братик», — иди. Тебе надо отдохнуть.

- Мы с Галиной Денисовной успешно делали вид, что совершенно не интересуемся, о чем они там говорят, но и у нее и у меня ушки были на макушке.

— Позвольте мне проводить вас! — услышала я. Это был Антуан. — Здесь ступенька, осторожнее!

Виталий и Кузьма Григорьевич вернулись за столик. Супруг Галины бросал на нас вопросительные взгляды, изображая, что ничего не понимает. Но и дураку было ясно, что ему просто хочется поговорить на интересную тему, а заговорить об этом первым он стесняется.

—Здесь прекрасная кухня, — подала я голос, обращаясь к Галине Денисовне. — Вы были абсолютно правы, назвав это место волшебным. Прекрасный вечер, думаю, нам стоит прийти сюда еще раз.

Она закивала в ответ:

— Кузя — специалист отыскивать такие места. Уж он-то в них толк знает!

Они с мужем переглянулись и засмеялись, словно Галина сказала что-то забавное.

— Да-да, — поддержал меня Виталий, — действительно прекрасный ресторан...

После выходки Полины глаза его погрустнели, он снова сник и разговор поддерживал с трудом.

— Прошу меня извинить, — сказала я вскоре. — Я на одну минутку.

Взяв сумочку, я проследовала в туалет, находящийся в самом дальнем углу ресторана. Подойдя к сияющей чистотой раковине, я на секунду замерла и посмотрела в зеркало. И здорово удивилась, потому как мой внешний вид никак не отражал, внутреннего состояния. Я облегченно вздохнула и только собралась раскрыть сумку, как дверь вдруг чуть слышно скрипнула и в помещение вплыла Галина Денисовна. Я едва не выругалась, потому что нервы были натянуты, словно струна, и на ее появление я никак не рассчитывала. Лезть в сумку при Галине я не решилась. Положив ее на край раковины, я принялась поправлять волосы.

— И я подумала, что надо бы и мне сии места проведать, — Галина Денисовна со вздохом пристроилась рядом и стала копаться в бездонной косметичке. — Засиделась.

Она мазнула пару раз по губам помадой и повернулась ко мне.

— Интересная женщина, эта Полина, правда? — Она ждала ответа, сложив на животике пухлые ухоженные ручки. — Если бы мне не сказали, что она ему сестра, в жизнь бы не поверила!

Я рассеянно покивала головой и подтвердила:

-Да...

— Странные у них отношения для брата с сестрой, вы не находите? Мне показалось, что это она так психанула, когда Виталий вас... кх-м... поцеловал. Вскочила, словно сумасшедшая, я даже испугалась, ей-богу!

В этом я ей поверила. Грохоту от Полины было много.

— Не стоило бы ей так себя вести, будь она поумней, вот что я вам скажу! Он человек взрослый... да уж, не мальчик, прямо скажем.

— Да, пожалуй, — вяло согласилась я, недоумевая, долго ли еще она собирается болтать.

— А вы ведь ему нравитесь! — торжественно объявила мне Галина Денисовна. — И очень. Поверьте, я знаю, что говорю!

Не могу сказать, чтобы я услышала что-то новенькое, но решила на всякий случай скромно потупиться. Продолжать эту тему мне совершенно не хотелось, поэтому я с большой печалью поведала ей, что замужем и посторонние мужчины меня особенно не интересуют.

Галина Денисовна удивленно переспросила:

— Замужем?

— Замужем, — я согласно кивнула головой.

— Как же ваш муж отпустил такую красавицу одну отдыхать? Что ж за дурак он, извините, у вас? — На лице нашей простушки было написано подлинное недоумение.

Мне стало смешно.

— Всем надо отдыхать. Муж не смог поехать, много работы.

— Что ж он у вас один, без присмотра остался?

Иногда я завидую людям, способным задавать вопросы,которые, возникни они у меня в голове, я посчитала бы нескромными.

— Нет, конечно. Мы живем вместе со свекровью. Сестра его часто заезжает, — потеплела я, с любовью представляя родные лица. — Так что с присмотром все в порядке.

— Э-э, милая, — протянула с чувством Галина Денисовна. — Со свекровью жить не сахар. Отдельную квартиру

надо. А так... Как две медведицы в берлоге, как ни старайся, а всё помешаешь! Я-то уж знаю!

— Мы пробовали отдельно, — почему-то вдруг честно призналась я. — Не получилось. Не может мама без сына. Мне за ним ухаживать некогда, а он так не привык. Вот и вернулись обратно.

— Ну, милочка, — загремела недовольно моя собеседница. —Так же нельзя! Гоните тогда его в шею! И все дела!

— Вы думаете? — робко переспросила я и, часто заморгав, посмотрела на Галину Денисовну.