Тайна трех - Элла Чак

Я задумалась: сколько бы ошибок я сделала в этом слове в диктанте?

– Не констактируй, Костя. То есть не контакстируй, тьфу! Короче, забей! Я все равно выступлю!

Прошло минут тридцать, мы болтали в машине, припаркованной под фонарем.

– Куда мы приехали?

– Пока никуда. Могу отвезти тебя в кино, библиотеку или обратно в резиденцию.

– Алла попросила погулять. Не хочет, чтобы мы второй раз видели Макса таким. А я хочу просто спать. Можно переночевать в кастрюльной квартире? Там же куча комнат.

Костя надиктовал навигатору пункт назначения:

– Маршрут в кастрюльную.

«Маршрут построен», – произнес голос новигатора.

– Ты действительно так ее назвал? Кастрюльной?

– Это звучит лучше, чем «серый циркон номер тридцать».

Я спала внутри «кастрюли» так хорошо, как нигде и никогда раньше.

Матрас не жесткий и не мягкий, не горячий и не холодный – идеальный. И такая же подушка. Можно было выбрать из какого-то подушечного меню, и я решила протестить ту, что с освежающим эффектом. Костя сказал, что такая подушка не будет нагреваться от моей щеки.

В ванной все вокруг управлялось голосом. Напор воды – теплее или холоднее. Дом предложил мне принять джакузи с солью и маслом хвои, пока унитаз выдавал бегущей строкой по поверхности зеркала результаты анализа мочи (надеюсь, они не записались рядом с моей фамилией Журавлева где-то в ноутбуке Кости…). Все показатели были в норме.

Унитаз посоветовал принять курс витамина D3 и магния.

От ванны я отказалась. Валилась с ног от усталости. Ради утренней пташки Воронцовой я проснулась сегодня в пять.

Костя сидел за прозрачной стеной возле пульта в крупных наушниках и с электроскрипкой в руках. Звука слышно не было. Я видела только его движения. Как пальцы держат смычок, как тело движется следом за инструментом, а не наоборот. Музыка полностью его поглотила.

Костя заметил меня, прекратил играть и приподнял смычок, кивая. Между нами было только стекло в полный рост. Взявшись за полы полотенца, как тогда на крыше, я резко их распахнула.

Внизу на мне оказалось… второе полотенце.

На лице Кости что-то промелькнуло, но что именно, я понять не успела. Слишком быстро. Его губы дрогнули в улыбке, и я поспешила ретироваться, чтобы не отвлекать.

Я проснулась в два пополудни, совершенно не ощущая, что проспала четырнадцать часов подряд.

«Доброе утро, Кира, – поприветствовал меня Дом, когда я вошла на кухню. – Что вы предпочитаете? Чай, кофе, энергетический смузи? Я могу включить для вас чайник, кофеварку или шейкер».

– Я буду чай, Домик, спасибо!

«Настройки предпочтений сохранены, благодарю за выбор, Кира. Не желаете ознакомиться с погодой и новостями?»

– А Костя дома? Он уже завтракал?

«Расписание Константина Серого закодировано. Вы можете подключиться по Wi-Fi и создать собственное расписание, согласовав время совместного завтрака с Константином».

– Костя-а-а!! – надрывала я горло, по старинке согласовывая время завтрака кличем. – Ты дома? Есть бу-у-удешь?

Через минуту услышала шаги.

– Дом, закажи завтраки номер два и номер четыре, – попросил систему Костя. – Доброе утро, как спалось?

– Моя мама выбрала бы первый или третий… но не второй завтрак. Она терпеть не может двойки, – подкинула я желтое яблоко из фруктовой корзины. – Я за все дни так не высыпалась. Твоя холодная подушка – огонь!

– Дом, расписание на день, – налил Костя бокал теплой воды, кидая в нее ломтик лимона.

«В шестнадцать тридцать встреча со свадебным распорядителем. Вы должны подтвердить велком-меню, а также…»

– Дальше.

«Вы сделали пометку напоминать вам каждый день про…»

– Дальше, Дом, дальше.

– Почему ты ее перебиваешь? – кинула я ему второе яблоко. – У вас секреты?

– С кем?..

– С Домиком.

– А, это уже девочка?

– Конечно! Могу выйти, если хочешь пошушукаться.

Он сел за барный стол напротив, поймав меня за локоть:

– Нет, останься. Прости. Дом, озвучь напоминание на каждый день.

«Напоминание на каждый день: уговорить Киру Журавлеву вернуться домой. Мне внести в ваш график это событие, Кира Журавлева?»

– Вот, – откусил он от яблока, – это напоминание ты и так слышишь каждый день.

– Домик, – попросила я, – внеси в мой календарь напоминание. Тридцатое сентября. Выступление на льду с проектом «Сверх». Добавь напоминание в календарь Кости Серого.

Костя подавился.

«Не выполнено, – ответил Домик, – невозможно добавить событие в календарь Константина Серого. Дата занята. Выберите другую дату».

– Кира, – пробовал он отдышаться, – двадцать восьмого…

– Свадьба… да?

– Н-да, и там будет пятьсот человек. Три дня подряд. Туда далеко лететь. Сначала в Якутск, потом пересадка на пропеллерный самолет до Оймякона.

– А на Мальдивы не хватило?! Почему Якутск?

Я вспомнила карту в библиотеке, подписанную «Оймякон», когда ночевала в ней в день приезда.

Он сжал губы:

– У Аллы в Оймяконе экспериментальное поле морозоустойчивой пшеницы.

– Но ты бы мог за Мальдивы голосовать?

– Я не возражал отметить в холоде. Из-за полярных сияний.

– Которые шепчут правду голосами предков? – вспомнила я, как он рассказывал о древней легенде. – А какую правду ты хочешь узнать, Костя?

– Правду о сером призраке. Помнишь, я говорил, что слышу во сне эти слова? Вижу серого журавля с твоим лицом, и он произносит пару фраз.

– Каких?

– «Серый призрак здесь».

– Приехали… нам только призраков не хватало! А может, твой журавль во сне расскажет, кто зашифрован в уравнении?

– Может… мне расскажет об этом солнечный ветер.

Он начал ходить по кухне, подкидывая яблоко.

– Вчера в машине ты сказала, что спросила всех про пикник.

– Ну да…

– Ты не спросила меня, Кира.

– Тебя? Ты тут при чем? Ты же с Воронцовыми тусуешься, потому что женишься на Алле.

Он вздохнул:

– Не все так просто. Ведь я тоже был на том пикнике. Отмечал день рождения с классом и познакомился там с Максом. Я в основном с ним тусил. Я даже не помню тебя или Аллу. Мы с девчонками не играли. Мне подарили видеокамеру. Я носился с ней целый день, но потерял. А потом мы уехали. Максим и его семья остались. Значит, и ты тоже. И все было обычно. Ничего особенного я не помню.

– Ты не помнишь меня? Ты меня не видел?

– Тридцать одноклассников, родственники, куча детей, слетевшихся на торт, аниматоры, родители, бабули и дедули. Нет, я не помню, что говорил с тобой, но рядом с Максом часто была какая-то девочка. Или Алла, или ты, или… да кто угодно.

«Заказ завтрака номер два оставлен у двери», – проинформировал Домик, а я вздрогнула.

– Почему ты не сказал мне раньше?

– Пробовал понять почему.

– Что почему?

– Почему я и Алла? Почему ты в доме? Почему