Марки королевы Виктории - Барри Мейтланд

На следующее утро Марианна подала грандиозный завтрак из бекона, сосисок, яичницы и помидоров. Кушанья лежали на огромном блюде в центре обеденного стола. Обозрев с сердитым видом все эти продукты, которых хватило бы на дюжину едоков, Старлинг произнес:

– Пришлось сказать ей вчера… Она решила, что вы… – Он снова посмотрел на гору провизии в центре стола и поморщился. – Короче, она подумала, что я привез вас сюда в отсутствие Евы, чтобы…

– Она приняла меня за вашу любовницу? – Кэти видела, как он мучается, и решила прийти ему на помощь.

– Да. И тогда я рассказал ей про исчезновение Евы. И о том, что вы из полиции. Так уж вышло…

– И какова была ее реакция?

– Вы же видите? – Он указал на обильную еду. – Это ее способ справляться со стрессами. Сейчас, к примеру, она занята выпеканием хлеба. Преогромные, надо сказать, буханки печет. Это какое-то сумасшествие…

– По-моему, будет обидно, если ее старания пропадут зря. Вы не возражаете, если я воздам всему этому должное? Признаться, я здорово проголодалась…

– Угощайтесь…

– А вы?

Он покачал головой и повернулся к французскому окну. Но открыв балконную дверь, он не вышел на веранду, а достал пачку сигарет и закурил. Все его движения были скованными и медлительными, а рука слегка подрагивала.

– Я и не знала, что вы курите, – сказала Кэти, наполняя чашку из огромного кофейника.

– Бросил. Одиннадцать лет назад.

– Вы купили сигареты на обратном пути из аэропорта?

Вместо ответа Старлинг выпустил струйку сизого дыма к безоблачному голубому небу. Он не захотел ничего объяснять, и давить на него Кэти не стала. Со стороны кухни до них донесся громкий стук и хряск. Казалось, Марианна рубит топором на куски целую говяжью тушу.

В десять пятнадцать, когда Кэти уже подумывала об отъезде, со стороны подъездной дорожки послышался стрекот мотоциклетного мотора. Потом зазвонил дверной звонок, и Старлинг отправился открывать. Кэти последовала за ним. Затянутый в черную кожу курьер с ярко-желтым шлемом на голове вытащил из висевшей на груди сумки конверт. Он передал его Старлингу вместе с металлическим пюпитром с квитанцией, где Старлингу следовало расписаться. Когда Старлинг поставил свою подпись, курьер хотел было вернуться к своему мотоциклу, но Кэти его остановила.

– Задержитесь, – сказала она. – Кто отправитель?

– Все нормально, – прозвучал у нее из-за спины голос Старлинга. – Это от «Кабота». На конверте их логотип. Должно быть, прислали мне очередную порцию бумаг на подпись.

– Надо, черт возьми, привязывать своих собак, – сказал курьер, опасливо оглядываясь.

– Каких собак? У нас их нет.

– Правда? В таком случае лежавшую у ворот посылку изодрала стая голодных волков…

Кэти бросила взгляд на въезд и увидела клочки рваной бумаги, раскиданные у ворот и вдоль аллеи.

– Странно, – пробормотала она.

Стоявший у нее за спиной Старлинг вскричал:

– Боже!.. Что это?

Кэти повернулась и увидела, что Старлинг уже вскрыл фирменную упаковку курьерской службы и лежавший внутри конверт, бросил все это на пол и теперь держал в левой руке несколько полосок резаной бумаги, а в правой – бумажный лист с печатными буквами – как в посланиях с требованиями выкупа.

– «Это сильно меня разозлило, Сэмми», – прочитал Старлинг, произнеся слова речитативом и на высокой ноте.

Некоторое время он с ужасом во взгляде созерцал то резаную бумагу, то бумажный лист с коротким посланием, потом повернулся к Кэти:

– Что это значит?

Кэти подошла к нему, взяла из левой руки бумажные полоски и поняла, что это изрезанный на куски драгоценный канадский пакет.

Хелен Фицпатрик находилась на кухне и занималась приготовлением жаркого из ягненка к воскресному ленчу. Срезав с ножки большую часть жира, она стала шпиговать мясо зубчиками чеснока. Покончив с этой работой, женщина занялась картошкой. Во дворе рядом с кухонной дверью, повизгивая, возились лабрадоры. По мнению Хелен, собаки были сильно чем-то возбуждены, но поскольку посторонних не было видно, она решила, что животные, по обыкновению, затеяли какую-то игру.

– С чем вы там возитесь, девочки? – крикнула Хелен и ухмыльнулась.

Она почистила картофель, нарезала его ломтиками, положила в миску, добавила туда немного оливкового масла и давленого чеснока и стала все это перемешивать.

Одна из собачек, Генриетта, вбежала в дом через заднюю дверь, что-то с рычанием волоча за собой. Хелен и бровью не повела: время от времени случалось, что «девочки» находили в лесу какую-нибудь дрянь – то полуразложившегося ежика, то дохлую ворону. И всякий раз они с гордостью тащили добычу в коттедж, чтобы заслужить одобрение хозяйки.

– Молодец, умная собачка, – сказала Хелен, сосредоточив все свое внимание на ломтиках картофеля, которые выкладывала на противень. Потом, протянув руку, чтобы взять розмарин, добавила: – А теперь будь хорошей девочкой и отнеси это снова на улицу, ладно? Чем бы это ни было…

Генриетта подчинилась. Хелен слышала, как она вернулась с добычей во двор и принялась там с лаем и визгом ее валять – к огромному удовольствию поджидавшей ее подруги, которая тут же к ней присоединилась. Хелен посмотрела на пол и увидела на кафеле полоску грязи, тянувшуюся со двора на кухню, а потом поворачивавшую обратно.

Выше коттеджа по аллее Поучерз-Из шла Кэти, следуя за разбросанными по дороге клочками бумаги от посылки, о которой упомянул курьер. Двигаясь от клочка к клочку, Кэти сначала нашла остатки наружной обертки с наклейкой, где был проставлен адресат: «С. Старлинг, эсквайр», – а потом разорванную коробку из серого картона. За Кэти по аллее вышагивал затянутый в кожу курьер, все еще опасавшийся нападения стаи одичавших собак, за ним следовал Старлинг с обескураженным выражением лица, а позади всех ковыляла Марианна.

У открытых ворот коттеджа Фицпатриков Кэти встретил взволнованный лай одного из лабрадоров. Генриетта, другая собака той же породы, старшая из двух и более темной масти, не лаяла. Она тыкалась мордой в какой-то лежавший под кустом предмет.

– Что там у тебя, девочка? – спросила Кэти. Она направилась к собаке, но за шаг до нее остановилась, поскольку собака неожиданно оскалила зубы и угрожающе зарычала. – Перестань, девочка. Лучше покажи, что ты нашла.

Собака распласталась на дорожке, притворяясь невидимой, но поскольку этот номер не произвел на Кэти должного впечатления, быстро схватила свою добычу и устремилась к аллее. Кэти показалось, что за ней волочатся по земле черные волосы. В следующее мгновение собака поравнялась с курьером, положила свою ношу прямо у его ног и отскочила назад, махая хвостом как заведенная. Молодой человек опустил глаза, увидел человеческую голову и упал в обморок.