Шесть из восьми - Вера Ард

Вика протянула в трубку что-то типа «угу». За время ее работы столько было подобных фраз и разговоров, что она давно уже научилась не реагировать на проявление эмоций.

– А не было ли у нее на работе врагов? Или по жизни… Может, она жаловалась на кого-то?

Повисла пауза. О мертвых или хорошо, или ничего? Не об этом ли думает…

– Насчет врагов, способных причинить ей зло, я ничего не знаю. Но я уже говорил, – медленно произнес Олег Сергеевич, будто обдумывая каждое слово, – она не из тех, кто умеет проигрывать. Яна всегда старалась добиваться своих целей. Она любила все контролировать, и, если что-то или кто-то мешал ее планам, она могла очень сильно разозлиться и сделать все, чтобы этого препятствия не было.

«Ого», – мелькнуло в голове у Вики.

– Некоторое время назад, – продолжил креативщик, – у нас появилась новая сотрудница, которая пыталась гнуть свою линию в обход Яны, и, когда им так и не удалось договориться, Яна буквально выжила ее. Мне такое поведение не нравилось, но Яна – профессионал, и она была для меня гораздо важнее новенькой. Она буквально болела за дело, поэтому и сама вызвалась поехать на остров, все проконтролировать.

– То есть провести проект на острове – это была ее идея?

– Нет. Мы обдумывали разные варианты. И так как давно работали с одним брендом туристического снаряжения, то предложили им в качестве рекламной акции обустроить лагерь, чтобы в новостях или еще где мелькали их товары.

– А именно Валаам кто предложил?

Олег Сергеевич глубоко вздохнул.

– Честно, не вспомню уже. У нас было какое-то совещание. Мы думали про Алтай или Байкал вначале. Но туда, опять же, перелет дорого стоит, и вот тогда кто-то предложил поехать на озера – Селигер или Ладогу. Слово за слово, и возник Валаам.

– Вы уверены, что это была не идея Яны?

– Н-нет, не знаю… А к чему такие вопросы? В чем вы ее подозреваете? – занервничал креативщик.

– Да пока ни в чем, – соврала Вика. – Просто пытаюсь понять последовательность событий. А кому в голову пришла идея взять в качестве условной пары для Яны гея?

– О, это интересная история… Яна уже тогда решила ехать сама на остров, и, помню, мы обсуждали в столовой проект. И кто-то сказал: «А что ты будешь делать, если твоя половинка в тебя влюбится?» Яна тогда ответила: «Конечно, влюбится, как в меня можно не влюбиться?» Ну, посмеялись, и Иван, наш интернет-маркетолог, предложил: «А давай тебе гея в пару возьмем?» Ваня – сам гей, хоть это и не афиширует. Но у нас на работе в Москве все спокойно к этому относятся. Мы умолчали в рекламной кампании, но опросники с высокой вероятностью показывали, что у человека есть гомосексуальные наклонности. Наша целевая аудитория, конечно, была гетеро, но так как такой инструмент попался, мы геев тоже отслеживали на будущее. Мало ли пригодится. И Яна тогда сказала: «Да я и гея в себя влюблю, вот проблема». Иван начал с ней спорить, типа это невозможно. А для Яны слово «невозможно» – как красная тряпка для быка. Она сказала, что раз гей сдает подобный тест, то, значит, хочет найти себе девушку, и уж она поможет ему с этим справиться. Тут завелся уже Ваня, он тоже парень психованный во всем, что касается темы ориентации. Чуть ли не в гомофобии ее обвинил: что она геев ущербными считает, раз хочет кого-то исправить. На самом деле у Яны гомофобия немного проскальзывала, хотя она и современных взглядов. Она любила, когда мужчины ей делали комплименты, восхищались ею, и часто этим пользовалась в работе. Но на Ваню такие уловки, само собой, не действовали. В общем, они поспорили на тысячу баксов, что Яна этого парня заставит признаться ей в любви или соблазнит. Она еще собиралась взять с собой маленький диктофон, хотела там вести записи, чтобы потом это в какой-то ролик смонтировать. Вот и договорились они с Ваней, что она в качестве доказательства победы даст ему прослушать разговоры с этим геем.

Олег Сергеевич замолчал, не подозревая, что объяснил сейчас загадку, над которой Вика второй день ломала голову. Теперь стало понятно, почему Яна так вцепилась в Марка и почему потом у них начался конфликт. Амбициозная девица не могла стерпеть, что останется без выигрыша. Но оставался главный вопрос: как это все связано с тайником?

– А именно Марк Шарвин был выбран случайно? – уточнила Вика.

– Да… Он был не один с такими результатами тестов, но он подходил нам по возрасту, плюс жил в Твери, не так много пришлось бы тратить на билеты, мы же оплачивали участникам дорогу.

– А-а-а, вот почему у вас никого нет из Сибири или с Дальнего Востока.

Креативщик сразу начал изворачиваться:

– Ну, дело же не только в наших деньгах. Если у нас будет пара с девушкой из Калининграда и парнем из Анадыря, то шансов, что они в реальности сойдутся, тоже значительно меньше, чем если бы они жили на расстоянии нескольких часов пути на поезде.

Вика не удержалась:

– То есть все-таки расстояние для любящих сердец – помеха? А в рекламе вы говорили совсем другое.

– Так, извините, у меня не слишком много времени. – Голос креативщика сразу стал жестче, видимо, Олег Сергеевич, как и его подчиненная, не любил, когда его уличали в обмане. – Могу вам еще чем-то помочь?

– Да, нужно проверить ноутбук погибшей. Он же остался у вас? Браузер, приложения за последний месяц. Все необычное, что заметите. Получится?

– Да… Думаю, сможем. Ее рабочий ноутбук – собственность компании, мы его посмотрим. А в телефоне вы ничего важного не нашли?

– Проверить телефон не так просто. Паролей у нас нет, из ее родни, c кем удалось связаться, их никто не знает. Я отправлю официальный запрос на проверку, но непонятно, сколько времени это займет. Надеюсь, по ноутбуку вы пришлете всю информацию мне. Обещаю, что без согласования с вами мы никаких комментариев прессе давать не будем.

Олег Сергеевич согласился, а Вика, попрощавшись, допила остывший чай и высунулась из кабинета. Отделение полиции было очень маленьким, и КПЗ, где провел ночь Марк, находилась буквально через дверь от ее кабинета. Вика подошла к камере и увидела, что Марк лежит на нарах с закрытыми глазами. Следователь смотрела на него пару секунд, но