Форс-мажор - Дмитрий Новоселов

- Здравствуйте, - сказал тихий девичий голос. Говорившая закашлялась, наверняка, от волнения. - Я правильно пришла? Здесь находится слесарная мастерская?

- И слесарная, и столярная, в одном флаконе, - сказал рыжий и заржал.

В этот момент я обернулся и увидел вошедшую. Невысокая, светловолосая, в очках и в белом халате. Вроде бы ни чего особенного, а я пропал. Банально, но мне показалось, что я раньше ее уже видел, скорее всего, в своих снах. Я стоял к ней ближе всех. Она окинула взглядом всех нас, решила, что я - главный, и стала говорить, обращаясь ко мне, глядя в глаза и слегка щурясь:

- Вчера вы обещали Анне Павловне передвинуть сейф из кабинета старшей медсестры в процедурную. И не сделали. А сейчас Анне Павловне влетело от зав отделением.

- Подожди, - перебил ее здоровяк. - Ты, из какого отделения? И кто такая Анна Павловна?

- Я из неврологии. Анна Павловна - наша сестра-хозяйка. Она уехала в прачечную за бельем и попросила меня спуститься к вам.

- Хорошо, сейчас поднимемся, - сказал третий. - Ты иди.

- Нет, - сказала она, хотя эта твердость стоила ей немало усилий. - Я подожду вас, мы поднимемся вместе. Вы уже один раз обещали Анне Павловне и обманули, - она посмотрела на меня осуждающе.

- Да хватит вам про эту Анну, - вспылил рыжий. - Она вчера пришла под вечер. Я здесь был один. Я ничего ей не обещал. Не мог же я один этот сейф таскать. Мне еще жить охота. Вот сейчас все собрались, покурим и пойдем.

- Вы уже покурили, - упрямо сказала она.

- Ладно, мужики, пошли, - сказал я.

Девушка посмотрела на меня с благодарностью. Рыжий и длинный переглянулись. Мы все вышли в коридор. По пути, чуть отстав, я сунул в руку здоровяку двести рублей. Он оглянулся на своих напарников и поднял вверх большой палец.

- Что это у вас в пакете? - поинтересовалась у меня девушка, пока мы ждали лифт.

- Инструменты, - соврал я.

Лифтершу звали тетя Рая. Девушка попросила отвезти нас всех на шестой этаж, но рыжий велел остановить на четвертом, дескать, мне нужно выйти там, чтобы устранить течь.

- Нет, нет, - возразил я. - Я вам помогу, а на четвертый пойду на обратном пути.

Девушка одобрительно погладила меня взглядом. Сейф оказался большим и тяжелым. Конечно, рыжий один ничего бы не смог, даже впятером нам пришлось два раза отдыхать, чтобы протащить его пятнадцать метров из одного кабинета в другой. Я старался больше всех.

- Не мешало бы еще наладить дверной замок в сестринской, - совсем осмелела наша начальница, когда мы закончили.

- Пошли, - с готовностью согласился здоровяк.

- А как вас зовут? - спросил я, понимая, что она сейчас уйдет.

- Галя, - она строго посмотрела из-под очков. - Но никому из вас это не пригодится, - бросила она, взяла здорового за рукав и увела.

Наша миссия на этом была закончена. Мои новые напарники, заморочив голову тете Рае, успешно высадили меня на четвертом этаже. Как только за моей спиной захлопнулась дверь лифта, я поспешно напялил белый халат, который оказался настолько мал и стар, что при попытке распрямить плечи, лопнул подмышками по швам. Закатав рукава, я выскочил в темный коридор и, воспользовавшись тем, что вокруг никого не было, стал заглядывать во все палаты подряд. За третьей дверью я увидел Серегу, и вначале не узнал, настолько боль изменила черты его лица. Он лежал в одноместной палате, на единственной кровати, которая представляла собой сложный механизм с различными приспособлениями, назначение которых было для меня непонятно.

Я поплотнее закрыл за собой дверь и подошел к своему товарищу. Его лицо представляло собой один сплошной коричневый синяк. Выпавшая из-под простыни рука была до самых кончиков пальцев одета в гипс, ногти были ярко-желтые. Я поставил пакет на пол и осторожно покашлял. Серега открыл глаза и посмотрел на меня.

- Привет, - он скорчил гримасу, отдаленно напоминающую улыбку. - Хорошо, что ты пришел. А они мне сказали, что дня три ко мне никого пускать не будут.

- Я тут подпольно.

- Я знал, что ты придешь, дружище! - он попробовал слегка повернуться набок, в мою сторону, но задохнулся от боли. - Открой мне ноги.

Я скинул простыню. Правая нога полностью была закутана в гипс, левая - до щиколотки. Он пошевелил пальцами левой ноги и спросил:

- Шевелятся?

- Да.

- Ты не врешь? - Серега подозрительно посмотрел на меня. - Поклянись своим здоровьем.

- Пошел нафиг, придурок, - успокоил я его. - Все, что надо, у тебя шевелится.

- Уф, - обрадовался он. - А я лежу тут, весь на измене, думаю, врачи врут, а я давно уже инвалид! Значит, позвоночник в порядке.

- Подозревают трещину, - сказал я.

- Херня! - он улыбнулся по-настоящему. - Самое главное, пальчики шевелятся. И руки двигаются.

- Я тебе тут соки привез и воду, - указал я на пакет. - Пока меня не выперли, давай, расскажи, как все было, и я побегу.

- А где Оля?

- Она всю ночь была с тобой, сейчас дома - спит.

- Дай я ей позвоню.

- Пусть спит. Она к тебе придет. Жену, наверное, пустят.

- Я шел домой, - начал Серега.

- Пьяный? - перебил я его.

- Слегка. На мосту ко мне сзади подбежал человек, схватил за ноги и перебросил через перила. Все было так неожиданно, я не сопротивлялся даже. Вел себя, как мешок с говном. Пока летел, выставил руки и цеплялся за все подряд. Это меня и спасло. Вначале за провод какой-то ухватился, притормозил маленько, потом, когда он оборвался - за какие-то ветки. Изменил траекторию падения, а то разбился бы в лепешку. Да еще скользнул по насыпи. Потом выполз на обочину и дождался, пока меня нашли.

- Ты не сочиняешь? Может просто, перегнулся порыгать?

- Не серди меня. У меня и так все болит!

- Ну, и что ты думаешь? - спросил я.

- Я думаю, что это - проделки Симохи. Мы, вернее - я, его недооценил. Ты связывался со своим ментом?

- Его нет в городе.

- Звони постоянно. И будь осторожен. Без посторонней помощи нас сожгут и передавят.

- Ты, разумеется, не видел, того, кто на тебя напал?

- Нет, я слышал, что меня кто-то догоняет, но обернуться не догадался, - голос его слегка хрипел. - Теперь тебе тяжело придется. Водкой торговать, да еще точки тарить! Наверное, по сигаретам, и по жвачке придется согласиться на доставку. Там мы будем платить процента три от суммы, но это дешевле, чем если ты просадишь ассортимент.

- Ты не волнуйся, - не совсем уверенно сказал я. - Я что-нибудь придумаю.

- Я в тебя верю, дружище, - он проглотил комок, поморщился и закрыл глаза.