Пять миллионов неприятностей - Марина Серова

– Догадываюсь! – благодушно произнес Игольников. – Ничего, прорвемся! В крайнем случае я предложу ей работу у себя в отделе! Это ее заинтересует больше, чем желание выдать замуж свою перезрелую племянницу!

Это была его месть за «пожилого мужчину». Игольников выбрал подходящий момент и ядовито меня укусил.

– Ладно, мы квиты, – проговорила я, думая о том, что это не последняя наша встреча. – Короче, приезжай.

– Чаем хотя бы меня напоишь? – вздохнул Игольников.

– Непременно, если ты к нему что-нибудь захватишь, – пообещала я.

Игольникову было известно, где я живу, вот только встречаться с тетей Милой ему не доводилось. Когда раздался звонок в домофон и я пошла открывать, тетя опередила меня и поинтересовалась, кто к нам пожаловал. Услышав мужской голос, сообщивший, что ему нужна Евгения Максимовна, тетя замерла... Кажется, она решила, что заветный час настал!

Подобравшись, тетя заговорила каким-то утробным голосом:

– Женя, почему же ты не сказала, что у нас сегодня гости?

– Я забыла, тетя, – скромно потупилась я, моментально решившись на ответную месть. Я решила подсунуть ей Игольникова в качестве того самого претендента на мою руку. Пусть-ка мой приятель покрутится!

Игольников тем временем уже поднялся и теперь стоял на пороге нашей квартиры, с интересом поглядывая на тетю Милу, выглядывавшую из-за моего плеча.

– Добрый вечер! – вынырнула тетя, подала Игольникову тапочки и тихо засияла.

– Добрый вечер! – улыбнулся в ответ Максим и подал тете некий сверток.

Тут я чуть было не потеряла дар речи. Максим, улыбаясь во все тридцать два свои зуба, протягивал тете торт «Графские развалины»! Тот самый, который вчера вечером она приготовила для меня, а ведь я сегодня днем расплатилась им с Игольниковым за его услуги!

У тети Милы вытянулось лицо.

– А... что это?! – еле вымолвила она.

– Это торт «Графские развалины»! – с гордостью произнес Игольников. – Подлинный рецепт!

– А... откуда он у вас? – шепотом поинтересовалась тетя, механически беря торт в обе руки.

– Приобрел по случаю, – небрежно произнес Максим, обувая тапочки. – Угощайтесь, пожалуйста! Вам, наверное, не приходилось такого пробовать!

Едва сдерживаясь, чтобы не выдать своих эмоций, я дернула Игольникова за рукав и быстро протащила его в свою комнату, захлопнув за нами дверь. Тетя Мила, ничего не понимая, топталась в прихожей. Чуть приоткрыв дверь, я елейным голосом попросила:

– Тетя, порежь, пожалуйста, тортик, хорошо? И чайничек поставь...

Тетя Мила, пребывая в легком шоке, послушно направилась в кухню.

– Что ты делаешь? – сдерживая и смех, и слезы, напустилась я на Максима. – Какого черта ты приволок сюда этот торт?!

– Ты же сама просила привезти что-нибудь к чаю! – оправдывался Игольников. – А зачем что-то покупать, когда торт уже есть? И вообще, куда мне его девать? Мне одному такой большой не съесть, пропадет же! К тому же я не хотел, чтобы ты думала, будто я помогаю тебе за материальное вознаграждение! Ты и так меня сегодня попыталась уличить в получении взятки на рынке, и мне не хотелось, чтобы у тебя сложилось превратное мнение обо мне! Не забывай, где я работаю, мне не нужна подмоченная репутация! И вообще, почему я не могу вам принести торт?

– В общем, ты попал, однозначно! – заходясь смехом, еле вымолвила я. – Теперь тетя точно решит, что ты и есть мой кавалер, с которым я вот уже несколько дней подряд провожу бессонные ночи в его квартире!

– Чего-о? – воззрился на меня Игольников. – Ты давай кончай это, Охотникова! Знаю я твои штучки!

– Ладно, шутки в сторону, – посерьезнела я. – Присаживайся и говори по делу. Да расслабься ты, никто тебя насильно женить не будет, к тому же не очень-то и надо!

Максим присел в кресло, на всякий случай устроившись подальше от меня. Он открыл папку и достал документы, которые я передала ему днем на рынке.

– Вот это – так, всякая ерунда, мелочи, – принялся объяснять он, перебирая листы бумаги. – Всякие квитанции об оплате счетов, извещения из банков о том, что подходит срок платежа. Ну, обычные дела...

– Стоп, платежи – это что такое в данном случае? Денежные кредиты?

– Да, – кивнул Игольников. – Денежные кредиты, причем их довольно много. Если совсем точно, их пять штук. Но два – вообще мелочь, к тому же они уже выплачены, по ним претензий нет. Банк «Империя» и банк «Энергия», если тебе интересно. Оба кредита – на имя Владислава Метлицкого. А вот еще один кредит... Точнее, два – на имя Владислава и на имя Антона, – вместе составляют довольно-таки крупную сумму. Точнее, десять миллионов.

– Десять? – удивленно уточнила я. – Рублей, надеюсь?

– Рублей, – подтвердил Максим. – Но все равно неслабо, да? Причем вкупе с процентами сумма выплат получается чуть ли не в два раза больше. Брался кредит на пять лет, и платеж по нему был совершен только дважды – в мае и в июне. С тех пор платежи не производились, естественно, наросли пени, и банк несколько раз присылал на имя братцев предупреждение о передаче дела в суд. Но неофициально могу тебе сказать, что до суда подобные дела, как правило, не доходят. Разбираются люди в таких ситуациях сами, между собой. Сумма-то нехилая, причем нужна она кредиторам сразу, а не мелкими частями, к выплате которых должников может обязать суд.

– А кто у нас кредитор? – спросила я.

– Некий банк «Тарус», – поведал Максим, и я подумала, что в последнее время я частенько слышу это название.

– Так, а кто его возглавляет? – прищурилась я.

– Некий господин Парамонов Александр Степанович.

– Вот теперь давай поподробнее! – вся подобралась я.

– Можно и поподробнее, хотя в целом с ним все понятно. В прошлом он – бандит: вооруженные ограбления, рэкет, торговля оружием. Его вели давно, я тогда как раз после института на службу поступил, так что конкретно этим делом не занимался. Потом Парамонову каким-то образом удалось сорваться с крючка – то ли он откупился, то ли припугнул кого надо, но только все доказательства против него на суде вдруг рассыпались. Срока он избежал и с тех пор стал вести себя потише. А несколько лет тому назад он открыл банк «Тарус», которым руководит лично.

Я задумчиво слушала, механически кивая головой.

– У него наверняка остались свои люди? – уточнила я. – Из числа бандитских шестерок?

– Конечно, остались! Во-первых, у него в банке есть служба безопасности. Так сказать, официальная. Которая выбивает из должников деньги относительно законным путем. А еще есть и неофициальная команда, для работы погрязнее. Как ты понимаешь, члены обеих этих бригад часто пересекаются.

– Понимаю, – согласилась я, вспомнив амбалов в подвале загородного дома. – А второй кредит?