Комендантский час - Эдуард Хруцкий

Игорь сидел на лавочке, слушал, как дребезжат стекла на улице, и думал об Инне. Постепенно наступила ночь. И она была особенно заметна, эта военная ночь, так как оконный свет не разгонял темноты.

Игорь закурил, на секунду ослепнув от вспышки спички. Лишь только глаза привыкли к темноте, он увидел перед собой старичка с противогазом через плечо.

— Сидите, значит? — вкрадчиво спросил он.

И от одного его голоса у Игоря стало муторно на душе. Он понял, что ему ни за что не отвязаться от этого почтенного ветерана домоуправления и что придется доставать и показывать удостоверение, чего совсем не хотелось.

— Сижу, папаша, — все же бодро ответил Игорь.

— Курите?

— Курю.

— Знаете, на каком расстоянии виден с воздуха огонь зажженной папиросы?

Игорь вспомнил плакаты, которыми было обвешано муровское бомбоубежище, твердо сказал:

— Знаю, — и тут же погасил окурок.

— А документы у вас есть, что вы родственник Флеровой?

«Все же настучала вредная бабка», — подумал Игорь и ответил:

— А зачем документы, папаша, я разве на нее не похож? Многие говорят, что очень.

— Мне ваше сходство устанавливать некогда…

— Папаша!..

Игорь не успел договорить. От калитки процокали каблуки. Подошла женщина. Муравьев не мог хорошо разглядеть ее в темноте. Он только видел, что она по-мальчишески стройна и высока.

— К вам родственник, гражданка Флерова, — проскрипел ехидный дежурный.

— Ко мне? — Голос был низкий, чуть с хрипотцой.

«Курит, наверное», — подумал Игорь.

— Я к вам, Марина Алексеевна. — Муравьев встал. — Может быть, в дом пригласите?

Женщина открыла дверь и остановилась на пороге, приглашая:

— Прошу, родственник.

Осторожно пройдя темную переднюю, Игорь вошел в комнату. Он слышал, как хозяйка опускала шторы на окнах, потом щелкнула выключателем. В углу засветилась причудливая лампа: бронзовая женщина держала за стебель цветок лотоса. Зеленый мертвенный свет заполнил комнату, увешанную картинами.

— Ну, я вас слушаю, родственник, — Флерова взяла тонкую папиросу.

«Латышская», — отметил Игорь.

— Так что же?

— Я уполномоченный Московского уголовного розыска, — прибавив себе одно звание, сказал Игорь, доставая удостоверение.

— Так, — сказала Флерова, — любопытно.

И по тому, как у нее дрогнуло что-то в глубине глаз, как нервно пальцы начали перебирать спички в коробке, Игорь понял, что она чего-то боится. И тут само сердце подсказало ему нужное, вернее, единственное решение. Возможно, что именно в этот момент в нем родился следователь.

— Ваш друг убит.

— Зяма? — почти крикнула Флерова.

«Вот оно, начало!» По спине Игоря поползли мурашки.

— Почему вы подумали о нем?

— Я не…

— Отвечайте! Ну! Быстро!

Пауза.

— Разве у вас один друг?

— Зяма собирался на фронт…

— Не лгите, вы знали, что он в Москве, он сегодня вечером должен быть у вас.

— Я…

— Говорите правду.

И тут случилось неожиданное. Флерова заплакала. Громко, навзрыд. Этого Игорь никак не мог предугадать. По дороге сюда он ожидал чего угодно: лжи, запирательств, сопротивления, наконец, но только не слез.

А женщина продолжала плакать. Игорь налил воды в стакан, протянул ей.

— Хорошо… Я скажу… Я все… сама… — говорила Флерова, стуча зубами о край стакана.

— Собирайтесь.

И тут где-то совсем рядом раздался отрывистый и басовитый звук. Он на секунду наполнил комнату и стих. Но вслед ему спешил второй, третий. Зазвенело окно, тонкотонко. Где-то на улице ударил пулемет. И вдруг — страшный грохот. Со звоном рухнула рама. Погас свет.

Игорь подбежал к окну. На небе, в лучах прожекторов, лопались белые разрывы зенитных снарядов.

Налет! Первый настоящий налет!

— Марина Алексеевна, — позвал Игорь.

И вдруг он понял, что Флеровой в комнате нет.

Натыкаясь на мебель, опрокинув что-то, Игорь выскочил на крыльцо. Двор был пуст. Улицу заливал мерцающий мертвенный свет. Она стала неузнаваемой. Метрах в ста он увидел бегущую женщину.

Она!

— Стой! — крикнул Игорь. — Стой, стрелять буду! — Он выхватил наган и побежал. Под ногами противно хрустело стекло. И вдруг нога поехала в сторону, он тяжело упал на тротуар. Левую руку обожгло, но Игорь увидел только Флерову, которая вот-вот скроется за углом.

— Стой! — еще раз крикнул он и выстрелил в воздух.

Из-за угла навстречу Флеровой выскочил милицейский патруль. Один человек остался возле нес, другой подбежал к Игорю.

— Все в порядке, — сказал Муравьев, — я из МУРа, помогите доставить задержанную.