Зимняя месть - Наталия Антонова

– Из троих? – невинно поинтересовалась она.

– Из двоих! – сделал он упор на последнем слове.

– Зачем выбирать, – беззаботно отозвалась Мирослава и добавила ободряющим тоном: – Вы мне оба нравитесь.

Морис тихо чертыхнулся по-литовски и решил больше не продолжать разговор, который, как говорится, зашёл не в ту степь.

* * *

– Ростислав, как ты думаешь, скоро закончится вся эта история? – спросила Вероника.

– Какая история? – сделал он вид, что не понял её.

– Ну, эта, с убийством твоей бывшей любовницы. – Вероника передёрнула плечами.

– Дорогая, – он приобнял её, – если бы это зависело от меня. Но ты ведь знаешь…

– Знаю, знаю. Но всё равно неприятно. И потом папа…

– Что папа?

Вероника прикусила нижнюю губу. Она вспомнила недавний разговор с отцом и вздохнула. Эдуард Константинович Блинов спокойно принял сообщение дочери о том, что у неё роман с сотрудником его фирмы Ростиславом Чернобородовым. После того как дочь попросила поспособствовать росту его карьеры, Блинов присмотрелся к сотруднику и, найдя его способным и перспективным, пошёл навстречу пожеланиям дочери. Чего только не сделает отец ради единственной любимой дочурки. Несмотря на это, Блинов продолжал внимательно следить за работой Чернобородова и находил её отличной. Он уже окончательно успокоился, решив, что дочь окажется в надёжных руках, как случилось это ЧП. А вскоре вокруг будущего зятя поползли какие-то тёмные слухи.

Блинов насторожился и решил поговорить с дочерью. Вероника, как могла, пыталась развеять опасения отца, убеждая его, что её Ростик тут ни при чём и это всё происки недругов.

– Но ты же не станешь отрицать, что он встречался с этой девицей! – не желал отступать отец.

– Не стану, – отвечала Вероника и тут же шла в атаку: – Все когда-то с кем-то встречались, прежде чем встретить своего мужа или жену! Вот я, например.

– Не говори мне ничего! Слышать не хочу! – замахал на неё руками отец.

– Но папа!

– Что папа? Надеюсь, никого из твоих бывших не убили?!

– Нет…

– Вот видишь!

– Но Ростик не виноват! В то время, когда её убивали, он был со мной!

– Прекрасно! Но всё-таки он дал повод подозревать его, – продолжал упорствовать Эдуард Константинович.

– Я уверена, что скоро суд осудит убийцу и всё успокоится.

– Дай-то бог, – вздохнул Блинов и добавил: – Но ты пока не торопись со свадьбой.

Вероника задумалась.

– Дочь! Ты меня слышишь?

– Слышу. Хорошо, папа, ради твоего спокойствия мы отложим свадьбу.

– Обещаешь?

– Обещаю.

Эдуард Константинович несколько успокоился. А его дочери Веронике теперь предстояло сообщить неприятную новость своему жениху.

– Ну, что папа? – спросил повторно Ростислав.

– Папа просил, чтобы мы не торопились со свадьбой.

– Но почему? – взвился Чернобородов.

– Он считает, что нам лучше подождать.

– Чего?

– Когда дело окончательно прояснится и завершится.

– Но ты же знаешь, что я ни в чём не виноват! Я был с тобой!

– Да, я знаю. Ростислав, прошу тебя, успокойся. – Она подошла к нему и положила руки ему на плечи, но он отодвинулся в сторону, и руки девушки упали вдоль её тела.

А Чернобородов отошёл к окну и стал смотреть на улицу.

– Я так и знал, – произнёс он через некоторое время.

– Что ты знал?

– Что ты не любишь меня. Я для тебя очередная игрушка.

– Не говори глупостей! Я же согласилась выйти за тебя замуж! Чего же ты ещё хочешь?!

– Согласилась на словах, а как дошло до дела!..

Вероника быстро подошла к нему и положила указательный палец ему на губы.

– Тише, пожалуйста, тише. Я очень люблю тебя! Но и ты пойми меня, я не хочу огорчать отца.

– Значит, это он решает, жениться нам или нет?!

– Нет, это решаем мы. Но с отцом нам ссориться не с руки. Ты забыл, что твоя карьера также зависит от его доброй воли?

– Ничего я не забыл! – Ростислав махнул рукой и ушёл на кухню.

Вероника вздохнула, устроилась в кресле и стала смотреть на то место, где ещё совсем недавно стояла нарядная ёлка. Ей хотелось выйти замуж за Ростислава, но она не понимала, к чему такая спешка. Разве что-нибудь изменится, если они поженятся немного позже?

Вероника решительно встала и заглянула на кухню. Ростислав пил коньяк, не закусывая.

– Да что с тобой? – воскликнула она.

– Ничего.

– Идём спать.

– Ты иди, я приду немного попозже.

Вероника пожала плечами, ушла в комнату, постелила постель и легла. Сначала она прислушивалась к звукам, доносящимся с кухни, но потом незаметно для себя заснула.

* * *

За окном разыгралась метель. Луна, так вальяжно зависшая на небе с вечера, исчезла: вероятно, скрылась от непогоды за толстым одеялом облаков. И только деревья, которым некуда была деться от ветра и снега, тихо раскачивались и скрипели.

А ей в это время снилось лето. Далёкое лето из прошлой жизни. Она тогда была совсем юной и беззаботной. И был он. Ещё совсем мальчик. Очень красивый мальчик, который нравился почти всем окрестным девчонкам. И как всё чудесно начиналось. В саду возле самого дома цвели розы, белые и красные. Их было видно из окна её комнаты. И ветер приносил через открытое окно их упоительный аромат.

Бабушки уже не было. Родители не очень-то любили приезжать в дачный посёлок. А она по старой привычке приезжала туда каждое лето. И в тот раз тоже приехала сразу после сессии. К ней должна была приехать на месяц подруга, но у неё сменились планы, и она уехала с родителями, кажется, на Мальдивы. Когда подруга позвонила и сказала, что не приедет, поначалу она огорчилась, а потом махнула рукой. Тем более что был Он. И у них случалась любовь. Любовь как затмение! Или как сон в летнюю ночь… Они позабыли обо всём вокруг! Весь мир перестал для них существовать. На всём свете были только они двое. Он и Она.

Лето, конечно, закончилось, и они оба уехали в город. Но и там находили место и время для встреч. И всё было прекрасно до тех самых пор, пока она вдруг не осознала, что беременна. Казалось бы, что тут страшного? Сколько пар женится по залёту. А у них ещё и любовь была. Или умопомрачительная страсть. Но тем не менее всё-таки любовное чувство. Но они пожениться не могли. Они даже не могли открыто появиться вместе на людях. Почему? Потому, что ей было двадцать, а ему пятнадцать лет.

Она так перетягивала живот, что никто не догадывался о её беременности. А в апреле, сказавшись больной, она перестала посещать институт. Родителям же она сказала, что поживёт немного у подруги, так как её родные уехали и там им вдвоём будет веселее. Родители, которые никогда особенно не обременяли себя интересом к жизни уже взрослой дочери, восприняли это сообщение спокойно.