Однажды… - Ильгар Ахадов

Как тут не вспомнить Аннушку, разлившую подсолнечное масло на рельсах трамвая27…

– Ким, мне нужна вся имеющаяся у вас информация по Армении…

Он на мгновение застыл. После взглянул на бойцов, которые моментально оказались возле него. Издали послышались моторы заводимых машин.

– …Вся… военно-политическая… информация!.. – я преднамеренно четко, с каким-то отчаянным вызовом в голосе повторился. – Линия обороны противника на Карабахском фронте, на границе с Нахичеванью, дислоцированные в них силы и средства. Взаимодействие сил сепаратистов с российской военной базой в Гюмри. Информация о семьях военнослужащих РФ, непосредственно интегрированных в военные разработки против Баку… Все, что у тебя имеется!

– Ты хоть понимаешь, чего от меня требуешь? – он тихо спросил. Интонация ничего хорошего мне не сулила. Но отступать было поздно.

– Назову две важные позиции. В конце восьмидесятых в среде беженцев из Армении противник внедрил к нам свою агентуру. Прекрасно владея языком и используя профессионально подготовленные легенды, они с азербайджанскими фамилиями внедрены в нашу общественно-политическую жизнь. Многие прошли военно-диверсионную подготовку и являют собой повышенную угрозу для безопасности страны, учитывая произошедшие теракты в метростанциях в Баку и прочих узловых точках. Недавно был взорван оружейный склад в одной из военных частей. Это не афишируется, причину связали с халатностью.

Некоторые группы разоблачены нашими службами. Но проблема в том, что они организованы ячейками и действуют автономно… Мне нужен полный список оставшихся агентов.

– Все?

– Нет, не все. Я хочу, чтобы ты слил мне несколько активно работающих на вас агентов из числа военных чинов генштаба Армении.

– Как ты себе это представляешь? – он зло усмехнулся. – Для армянина работать на нас и работать на Азербайджан – не одно и тоже.

– Наши люди будут действовать под флагом России.

– Понятно. Все продумал значит… – он процедил. – И ты всерьез полагаешь, что я тебе позволю заниматься здесь шпионажем в пользу какой-то бывшей нашей периферии?..

Внезапно он вплотную приблизился. Я почувствовал приставленный в живот ствол.

– …А не лучше пристрелить тебя здесь и поставить точку? Ты же враг!

– Враг, которому ты обязан жизнью.

– …

– И враг, у которого просишь содействие…

Не знаю, сколько времени мы смотрели друг на друга. Он через призму черных бездушных очков, я – с непонятной даже для себя твердостью во взгляде.

Но я знал: Ким принимает решение мгновенно. Предупреждать – не его стихия. Если до сих пор не нажал на курок, у меня был шанс.

Он же колебался, я чувствовал:

– Мы против России не работаем. Разные весовые категории и… зачем?.. Но земли свои будем отвоевывать! Хоть у вас, хоть у армян…

– …

– Это и есть мое последнее дело. Тут я ставлю точку. Если что, отвечу…

Он словно нехотя, убрал ствол. Бойцы его вытянулись как пружина, готовые в любой момент вмешаться. Ким кивком удалил их в сторону все еще ревущих машин.

– Не понимаю… Ведь ясно, что рано-поздно всех вас прихлопнут. И хачей, и киргизов, казахов… Всех! Нет ваших земель, ваших долбанных стран! Это иллюзия! Вам не позволят, это земли империи. Мы вообще планируем все национальные границы стереть и разделить страну на губернии, как при царе батюшке. Твое место здесь, рядом со мной. Когда вновь возродимся, нам нужны будут местные кадры, вроде тебя.

– Расскажи о планах, рассмеши Бога. И это уже было. Эти местные кадры позже заполнили ГУЛАГ, степи Казахстана, Магадан… – я покачал головой. – Ким, никакой идеи, ты слышал. Это последнее дело. Я порываю с Баку, но и с тобой тоже…

Следующие несколько минут я молча наблюдал, как у Корейца заиграли желваки, а губы сузились.

– Ты получишь свое… если справишься с задачей. Мне плевать на армян. На этих уродливых карликов с амбициями великанов… Детали разъяснит Котов. С тобой будет Андрей. Я специально подобрал людей, с которыми ты контактировал. Можешь напрячь и своих. Решай сам. Мне важен результат.

– Кто нас будет курировать в Германии? Ваша агентура развалена.

– Тебе не придется соваться к немцам. По нашим расчетам, через месяц Куцеба прилетит в Болгарию, точнее в город Пловдив.

– А если не прилетит?

Он печально улыбнулся:

– Порой мне кажется, в разведку нужно подбирать кастратов. Столько провалов из-за женщин…

Он запнулся. Видимо, вспомнил свою историю.

– …В Болгарии у нас надежные люди, сами на тебя выйдут. Сколько понадобится на сборы?

– Дня три.

– Кого собираешься еще брать?

– Павла Романова… И Андрей мне не нужен.

– Почему? Он плох?

– Не в этом дело…

Кореец внимательно посмотрел:

– Да ты не доверяешь!

– …

– Если захочу тебя грохнуть, я это все равно сделаю.

– Возможно. Но я не хочу все время оглядываться. Это отвлекает.

– Хорошо. Это все?

– Нет. Я возьму еще напарницу.

– Еще одна Саламова? – он усмехнулся.

– Ты про нее знаешь. Она участвовала в ликвидации Пантелеева.

– Катерина Смирнова?..

Я кивнул.

– …Девчонка ничего. Но не наша. Ты уверен?

– Более чем.

– Может, сами подберем тебе подругу? Если просочится информация…

– Не просочится. И мы сработались.

– Понятно…

После мрачно улыбнулся:

– Везет тебе с женщинами.

– Может наоборот?..

Улыбка замерла. Он вынул из кармана золотое кольцо квадратной формы, протянул. Я заметил: такое же кольцо было у него на пальце.

– Чуть не забыл. Мы это заказали после службы. После первого успешного дела. Взяли небольшой ломбард, хозяин которого был стукачком у ментов, сливал информацию о клиентах. Мансур оставил кольцо у Ларисы перед походом на Федьку.

На моем кольце было выбито его имя. А у него мое. Теперь оно принадлежит ей, – он кивнул Руслане…

Он взглядом проследил, как кольцо исчезло в моем кармане.

– Не теряй.

– Не потеряю. Как Лариса?

– Передала тебе привет. Мужа ждет. Скоро скинет срок. Нормально сидит, я узнавал.

– Отдай его мне.

Он приподнял брови:

– Зачем? Ты его не знаешь.

– Олег Квашин. Отсидел нормальный срок. Я знаю историю. Хотели взять ювелирный, прокололись. Были жертвы. Все взял на себя, а подельники кинули.

Он сначала хотел дать развод жене. Когда Лариса категорически отказалась, поставил условие. Она должна найти себе мужика на время его отсидки. Одного единственного.

– …

– Так мог поступить только по-настоящему сильный, благородный человек.

– А как ты поступил бы? Смог бы?

– …

– Тогда не сори словами. Для такого проступка вам нужно лет тысячу эволюционировать. И то не уверен… Пока научитесь шорты одевать28, – он усмехнулся. После кивнул на Руслану.

– Береги ее. Она заменит мне Мансура…

Когда он уже поворачивался спиной, я тихо спросил:

– Ким, если бы я отказался,