Синдром жертвы - Чингиз Абдуллаев

Проверка закончилась. Среди восемнадцати пассажиров не было ни одного с третьей отрицательной группой крови.

Шаповалов взглянул на экспертов. На часах был уже седьмой час утра.

– Кажется, закончили, – сказал генерал. – Как видите, ваша теория не сработала. И мы управились не за три дня, а за полтора. Спасибо вам за помощь. Теперь придется начинать все заново.

– Нет, – возразил Дронго, – вы дали нам три дня. А прошло только полтора.

– Мы всех уже проверили, – напомнил Шаповалов. – Вы же знаете, как я вас уважаю, но, видимо, в этот раз не получилось.

– У нас есть еще полтора дня, – упрямо повторил Дронго, – и я прошу нам поверить. Мы постараемся сделать все, чтобы его найти.

– Мы только теряем время, – сказал генерал.

– Мы его найдем, – твердо пообещал Дронго. – В конце концов, вы сами дали нам три дня.

– Хорошо, – решился наконец генерал, – еще полтора дня. Завтра вечером мы прекратим работу вашей группы.

Гуртуев и Дронго вышли из кабинета генерала.

– Я поеду домой и немного посплю, – устало проговорил Казбек Измайлович, – и вам тоже советую отдохнуть.

– Я останусь, – возразил Дронго и прошел в кабинет Резунова.

Через некоторое время туда вернулся сам полковник.

– Шаповалов прав, – мягко сказал он, – нужно просто признать, что у нас ничего не получилось.

– Давайте еще одну проверку, – попросил Дронго. – Проверьте всех, кто сегодня должен улететь из Москвы.

– Вы же поняли, что все бесполезно, – покачал головой Резунов, – мы проверили всех пассажиров. Там вообще нет людей с третьей отрицательной группой крови. Наверное, вы где-то ошиблись.

– Проверьте списки, – упрямо повторил Дронго. – Я только сейчас начинаю понимать, зачем он приехал в Москву. Он не только отправил мне сообщение, он еще и готовит новое преступление. Если мы не поторопимся, следующее убийство произойдет в Москве. Проверьте сегодняшние списки.

– Хорошо, – согласился Резунов, скорее из чувства солидарности с экспертом, чем веря в подобную проверку, и вышел.

Дронго устало закрыл глаза. Насчет Санкт-Петербурга он просто не мог ошибиться. Убийца наверняка прилетел в Москву, а затем отправился туда на поезде, ведь он звонил именно с Московского вокзала. Но тогда почему ничего не дали апрельская проверка и нынешний визит возможного убийцы? Предположим, в апреле у него было время, и он приехал сюда на поезде. Сюда и обратно. Если их предположения правильные, то такое вполне возможно. Более того, он так и сделал. Ведь тогда он не совершал убийства, и ему не нужно было спешить, возвращаясь к себе в город, чтобы иметь нужное алиби. Но сейчас он просто не мог приехать на поезде, просто физически не успел бы, ведь статья в центральной газете вышла два дня назад. Значит, он должен был прочитать эту статью, узнать адрес электронной почты эксперта и приехать в Москву. Прилететь. Именно прилететь. Тогда выходит, что он еще здесь. И пока не улетел, вот почему нет его фамилии в списках пассажиров, вылетевших из Москвы.

Но почему проверка не дала результатов? Ведь среди пассажиров должен был оказаться человек с его группой крови. Похоже, этот убийца рассчитывает все свои действия на несколько ходов вперед. Дронго взял листок бумаги с указанием фамилий пассажиров и места работы, пробежал глазами еще раз. Какая глупость писать «бизнесмен» или «руководитель компании». Какой компании, какой бизнесмен? Чем именно занимается его компания, каким бизнесом он занят? А вот еще и директор института. Может, он ректор; а если ректор, то какого института? Хотя сотрудников милиции можно понять. Их интересует прежде всего группа крови подозреваемых, а не уточнение их места работы.

Он еще раз взглянул на список. Неужели они так могли ошибиться? Интересно, куда садятся самолеты, если их не принимают в Москве? Одну секунду. Он, кажется, забыл о собственном рейсе. Когда они летели в Москву два дня назад, была сильная болтанка. Капитан сообщил, что надвигается циклон, но они успеют проскочить. А если самолет убийцы не успел проскочить и сел в другом городе? Или убийца, зная об этом, прилетел в другой город?

Дронго бросился из кабинета и вбежал в отдел.

– Вы проверяли пассажиров по спискам, зарегистрированным в авиакомпаниях?

– Конечно, – кивнул один из офицеров.

– Два дня назад были отмены рейсов? – взволнованно спросил Дронго.

– Были, – ответил офицер. – Несколько самолетов посадили в Нижнем Новгороде, а еще четыре рейса отменили.

– Откуда рейсы?

Тут в кабинет вошел Резунов.

– Что случилось? – удивленно спросил он.

– Рейсы? – крикнул Дронго.

– Из Екатеринбурга и Перми, – сообщил офицер, посмотрев в свой список.

– Он прилетел другим рейсом в Нижний Новгород, – выдохнул Дронго, – а теперь улетит из Москвы. Уже сегодня. Проверьте фамилии, они должны совпасть. Из этих городов в Нижний. Он летел прямым рейсом, так как торопился быстрее попасть в Москву.

Офицер сел за компьютер. Резунов протянул Дронго листок бумаги.

– Из списка пассажиров, который вы дали, совпала только одна фамилия. Баратов. Он был в нашем предыдущем списке, но мы его проверяли. Это директор института, и у него первая положительная группа крови.

– Какого института? – тихо уточнил Дронго.

– Институт занимается вопросами градостроительства и архитектуры, – сообщил Резунов и поднял глаза на Дронго.

– Не может быть, – прошептал тот, – этого не может быть...

И тут офицер, проверявший рейсы на Нижний, сообщил:

– Два дня назад поздно вечером из Перми в Нижний прилетел Баратов Вениамин Борисович.

Все замерли.

– Я думал, что такое бывает только в кино, – пробормотал Резунов.