Смерть приходит в конце - Агата Кристи

— Ты чего-то боишься, а, Ипи? Странные вещи происходят вэтом доме.

— Меня ты не напугаешь, старая ведьма!

И он бросился мимо нее вон из дома.

Хенет медленно повернулась, чтобы войти в дом, и услышаластон. Яхмос с трудом приподнялся на своем ложе и сделал попытку встать. Но ногине держали его, и, если бы не Хенет, кинувшаяся ему на помощь, он упал бы напол.

— Не спеши, Яхмос, не спеши. Ложись обратно.

— Какая ты сильная, Хенет. Вот уж чего не скажешь, глядя натебя. Он устроился поудобнее, положил голову на деревянный подголовник. —Спасибо. Что со мной? Откуда у меня такое ощущение, будто из тела ушла всясила?

— Это все потому, что наш дом заколдован. Это сделала тадьяволица, что явилась к нам с севера. Оттуда, известно, добра не жди.

— Я умираю, — вдруг упав духом, пробормотал Яхмос. — Да,умираю…

— Кое-кому суждено умереть до тебя, — мрачно произнеслаХенет.

— Что? О чем ты говоришь? — Он приподнялся на локте иуставился на нее.

— Я знаю, что говорю, — закивала головой Хенет. — Следующаяочередь не твоя. Подожди, сам увидишь.

— Почему ты избегаешь меня, Ренисенб? Камени загородил ейдорогу. Ренисенб залилась краской, не зная, что сказать в ответ. Она и вправдустаралась свернуть в сторону, когда замечала, что навстречу идет Камени.

— Почему? Скажи, Ренисенб, почему? Но у нее еще не былоответа, а потому она только безмолвно помотала головой. Затем подняла глаза ипосмотрела ему прямо в лицо. Ее пугала мысль, что и лицо Камени тожеизменилось. И она была на удивление самой себе рада, что оно ничуть неизменилось, только глаза его смотрели на нее с грустью, и на этот раз на егогубах не было улыбки.

Встретив его взгляд, она опустила глаза. Камени всегдавызывал в ней какую-то тревогу. Когда он оказывался рядом, она чувствовалаволнение. Сердце у нее забилось быстрее.

— Я знаю, почему ты избегаешь меня, Ренисенб.

— Я… Я вовсе не избегаю тебя, — наконец обрела она голос. —Я просто тебя не заметила.

— Ты лжешь, красавица Ренисенб! — Он улыбался. Не видя еголица, по голосу она поняла это и почувствовала его теплую сильную руку на своейруке.

— Не трогай меня, — отпрянув, сказала она. — Я не люблю,когда до меня дотрагиваются.

— Почему ты сторонишься меня, Ренисенб? Ты ведь понимаешь,что происходит между нами. Ты молодая, сильная, красивая. Противно воле природывсю жизнь горевать по покойному мужу. Я увезу тебя из этого дома. В немпоселились смерть и злые духи. Ты поедешь со мной и будешь в безопасности.

— А если я не захочу ехать? — отважилась спросить Ренисенб.

Камени рассмеялся. Его ровные белые зубы сверкали на солнце.

— Но ведь ты хочешь поехать, только стыдишься в этомпризнаться. Жизнь прекрасна, Ренисенб, когда сестра и брат живут вместе. Я будулюбить тебя и сделаю счастливой, а ты станешь «плодоносной пашней мне, твоемугосподину». Я не буду больше взывать к Птаху: «Любимую дай мне сегоднявечером», а пойду к Имхотепу и скажу: «Отдай мне мою сестру Ренисенб». Но здесьтебе оставаться опасно, а потому я увезу тебя на север. Я хороший писец, менявозьмут в любой богатый дом в Фивах, если я захочу, хотя, признаться, мнебольше по душе сельская жизнь — поля, скот, песни крестьян во время уборкиурожая и небольшая лодка на реке. Мне бы хотелось катать тебя по реке,Ренисенб. И Тети мы возьмем с собой. Она красивая, здоровая девочка, я будулюбить ее и постараюсь быть ей хорошим отцом. Ну, Ренисенб, что ты мне скажешь?

Ренисенб молчала. Она слышала стук своего сердца, ощущалаистому во всем теле. Но вместе со стремлением к Камени рождалась страннаянеприязнь к нему. «Только он дотронулся до моей руки, как слабость завладеламной… — думала она. — Потому что он сильный… У него широкие плечи… На губахвсегда улыбка… Но я не знаю, о чем он думает, что у него в душе и на сердце.Нет между нами нежности… Мне тревожно рядом с ним… Что мне нужно? Не знаю… Ноне это… Нет, не это…»

И тут вдруг она услышала свой голос. Но даже ей самой еесобственные слова показались неуверенными и неубедительными.

— Мне не нужен второй муж… Я хочу быть одна… Сама собой…

— Нет, Ренисенб, это не так. Ты не должна быть одна.Посмотри, как дрожит твоя рука в моей… Ренисенб вырвала у него свою руку.

— Я не люблю тебя, Камени. По-моему, я тебя ненавижу.

Он улыбнулся.

— Меня это не страшит, Ренисенб. Твоя ненависть так похожана любовь. Мы еще поговорим об этом.

И удалился легкой, быстрой поступью — так движется молодаягазель.

А Ренисенб не спеша направилась к пруду, где Кайт играла сдетьми.

Кайт заговорила с ней, но Ренисенб, занятая своими мыслями,отвечала невпопад.

Кайт, однако, этого не заметила, как обычно, все ее вниманиебыло обращено на детей.

Внезапно, нарушив воцарившееся молчание, Ренисенб спросила:

— Как ты думаешь, Кайт, выйти мне снова замуж?

— По-моему, да, — равнодушно отозвалась Кайт, не выказываябольшой заинтересованности. — Ты молодая и здоровая, Ренисенб, и сможешь родитьеще много детей.

— Разве в этом вся жизнь женщины, Кайт? Быть занятой подому, рожать детей и сидеть с ними на берегу водоема в тени фиговых деревьев?

— Только в этом для женщины и есть смысл жизни, разве ты незнаешь? Ты ведь не рабыня. В Египте настоящая власть в руках женщин: они рожаютдетей, которые наследуют владения отцов. Женщины — источник жизненной силыЕгипта.

Ренисенб задумчиво, посмотрела на Тети, которая,нахмурившись от усердия, плела своей кукле венок из цветов. Было время, когдаТети, выпячивая нижнюю губу и чуть наклоняя набок голову, так походила на Хея,что у Ренисенб от боли и любви замирало сердце. А теперь и лицо Хея невсплывало в памяти Ренисенб, и Тети больше не выпячивала губу и не наклоняланабок голову. Раньше были минуты, когда Ренисенб, страстно прижимая к себеТети, чувствовала, что ребенок — это часть ее собственного тела, ее плоть икровь. «Она моя, моя — и больше ничья», — твердила она про себя.

Теперь же, наблюдая за Тети, Ренисенб думала:

«Она — это я и Хей…»

Тети подняла глаза и, увидев мать, улыбнулась. Серьезная иласковая улыбка. В ней были доверие и радость.

«Нет, она это не мы с Хеем, она — это она, — подумалаРенисенб. — Это Тети. Она существует сама по себе, как я, как все мы. Если мылюбим друг друга, мы будем друзьями всю жизнь, а если любви нет, то, когда онавырастет, мы станем чужими. Она Тети, а я Ренисенб».