На шаг сзади - Хеннинг Манкелль

Он рассчитывал, что вот-вот станет известно, вернулся ли Бьорклунд из Копенгагена, поэтому начал с рассказа о своей находке.

– Мы тут говорили только что, – сказал Мартинссон. – Есть одна деталь, которая мне, например, кажется странной. Ни одного дневника. Я спрашивал всех. Похоже, никто из этих ребят не вел дневник. Даже ежедневников у них не было.

– Более того, – сказал Ханссон. – Писем тоже нет.

– У меня тоже такое впечатление, – сказала Анн-Бритт Хёглунд. – Они словно заметали за собой след.

– Это касается и других? Я имею в виду тех, на фото?

– Да, – сказал Мартинссон. – Может быть, надо их поприжать по этому пункту.

– Может, и придется, – сказал Валландер. – Но Иса Эденгрен постепенно возвращается к жизни, так что в один прекрасный день мы сможем поговорить и с ней. Пока надо обратить внимание на две вещи. Во-первых, она всерьез хотела покончить с собой. А брат ее, Йорген, привел этот замысел в исполнение, причем оставил письмо, в котором на чем свет стоит костерит своих родителей.

Мартинссон перелистал свой блокнот и хотел было что-то сказать, но в дверь постучали. Вошедший полицейский поискал глазами Валландера.

– Бьорклунд вернулся, – сказал он.

Валландер поднялся.

– Я поеду один, – сказал он. – Это никакой не захват, так что продолжим, когда вернусь.

– Я хотел бы взглянуть на этот телескоп прямо сейчас, – сказал Нюберг и тоже встал.

Они поехали в машине Нюберга. На перекрестке их ждал полицейский автомобиль. Валландер вышел из машины.

– Приехал двадцать минут назад. На «мазде», – сообщил водитель.

– Можешь ехать домой, – сказал Валландер.

– Помощь не нужна?

– Нет.

Валландер уселся в машину.

– И в самом деле вернулся.

Они поставили машину у ворот. Из открытого окна доносилась музыка – какие-то латиноамериканские ритмы. Валландер позвонил в дверь. Музыка стала тише, и Бьорклунд открыл дверь. Он был в одних шортах.

– У меня к вам есть вопросы, которые не могут ждать, – объяснил Валландер.

Бьорклунд задумался, потом внезапно улыбнулся.

– Теперь понятно, – сказал он.

– Что понятно?

– Машина на перекрестке.

Валландер кивнул:

– Я заезжал днем. Дело, повторяю, ждать не может.

Бьорклунд пригласил их в дом. Валландер представил Нюберга.

– Когда-то в юности я всерьез подумывал стать техником-криминалистом, – сказал Бьорклунд. – В этом есть что-то захватывающее – посвятить свою жизнь поиску следов.

– Это не так романтично, как многим кажется, – проворчал Нюберг.

Бьорклунд посмотрел на него с удивлением:

– Не в романтике дело. Просто хотелось всю жизнь быть следопытом.

Они стояли у входа в его гигантскую комнату. Валландер заметил, что Нюберг разглядывает ее обстановку с большим недоумением.

– Думаю, лучше сразу перейти к делу, – сказал Валландер. – У вас к дому пристроен сарай. В углу стоит накрытый брезентом предмет. Телескоп. И я хочу спросить, не тот ли это телескоп, который мы ищем? Телескоп Сведберга?

Бьорклунд уставился на него:

– Телескоп? В моем сарае?

– Да.

Бьорклунд отступил на шаг, словно бы подчеркивая расстояние между ними:

– Интересно, кто это шарил в моем доме, пока меня не было?

– Я уже сказал, что я заезжал днем. Дверь в сарай была не заперта. Я вошел и увидел телескоп.

– Неужели это законно? Разве полицейским позволено рыться в чужом жилище?

– Если у вас есть претензии, что незаконно, можете отправить их в надзорные органы.

Бьорклунд поглядел на него долгим неприязненным взглядом:

– Пожалуй, так и сделаю.

– Какого черта! – зло сказал Нюберг. – Может быть, займемся делом?

– То есть вы не знали, что у вас в сарае стоит телескоп?

– Нет.

– Надеюсь, вы понимаете, что это звучит не особенно правдоподобно.

– Позвольте вас заверить, что мне с высокой горы плевать, как это звучит. Насколько мне известно, никаких телескопов в сарае нет.

– Мы сейчас пойдем и посмотрим, – сказал Валландер. – Если вы откажетесь нас впустить, я оставлю Нюберга присмотреть за вами, а сам поеду за ордером на обыск. И можете не сомневаться – я его получу.

Бьорклунд смотрел на него чуть ли не с ненавистью.

– Меня подозревают в преступлении?

– Пока я хочу всего лишь получить ответ на мой вопрос.

– Вы его уже получили.

– Значит, вы не знаете, что у вас в сарае телескоп. Мог ли Сведберг его туда поставить?

– Зачем?

– Я спрашиваю, мог ли он это сделать. Я не спрашиваю зачем.

– Конечно, мог. Летом, когда меня не было. Я же не хожу каждую минуту проверять, что у меня валяется в сарае.

Валландер был почти убежден, что Бьорклунд не врет. Почему-то он почувствовал облегчение.

– Пошли посмотрим?

Бьорклунд сунул ноги в деревянные башмаки. Он по-прежнему был голым до пояса.

Когда они вошли в сарай и зажгли свет, Валландер остановился и повернулся к Бьорклунду:

– Посмотрите внимательно, не изменилось ли здесь что-нибудь?

– Что здесь может измениться?

– Это ваш сарай. Вам лучше знать.

Бьорклунд огляделся и пожал плечами:

– Все как всегда.

Валландер провел их в угол и поднял брезент.

Удивление Бьорклунда казалось совершенно искренним.

– Понятия не имею, как он сюда попал.

Нюберг присел на корточки и посветил на телескоп карманным фонариком.

– Вряд ли у кого есть сомнения, кому принадлежит эта штука, – сказал он, показывая на металлическую табличку с выгравированным именем – Сведберг.

Враждебности Бьорклунда как не бывало. Он ошеломленно уставился на Валландера.

– Не понимаю, – сказал он. – Зачем Сведбергу понадобилось прятать у меня свой телескоп?

– Пошли в дом, – вместо ответа предложил Валландер. – Нюберг пока побудет тут.

Бьорклунд предложил Валландеру кофе, но он отказался и сел на скамью, вновь поразившись – до чего же неудобная!

– Есть у вас хоть какие-то соображения – когда эта штука здесь появилась?