Глаза убийцы - Джон Сэндфорд

— А она сама работает? — спросил Лукас, протягивая Делу чашку с горячим кофе.

— Слоуну это пришло в голову, — ответил Дел. — Она представляет интересы форума налогоплательщиков и еще нескольких консервативных групп. У нее юридическое образование, так сказал Слоун. Судя по всему, она очень неплохо зарабатывает.

— То есть она не зависит от мужа?

— Похоже на то. Кстати, она подозревала, что у Стефани был любовник. Они никогда это прямо не обсуждали, хотя намеки проскакивали не раз. По ее мнению, Стефани потому ничего ей не рассказывала, что она почти наверняка знала этого человека и, возможно, его жену, и Стефани опасалась ее реакции. Вероятно, по той же причине и Миллер ничего не знает.

— Значит, жена психиатра полагает, что это не ее муж, но кто-то, с кем она знакома?

— Верно.

— Слоун составил список возможных кандидатов?

— Ясное дело. Двадцать две фамилии. Но Миллер говорит, что часть из них едва ли заслуживает внимания. Слоун съездит сегодня к тем, кто, по ее мнению, мог бы быть любовником Стефани, к остальным — завтра. Но у него есть информация, которая может тебя заинтересовать.

— Какая? — приподняв брови, спросил Дэвенпорт.

— Судя по всему, два или три года назад у Беккера был роман. С медсестрой. В больнице об этом знали многие. Слоун выяснил ее имя и адрес и поехал к ней домой. Она послала его. Тогда Слоун показал ей полицейский жетон, но ты же знаешь его, он слишком любит людей.

— Да. Так ты считаешь…

— Я считаю, что будет лучше, если с ней поговоришь ты.

— А почему не ты?

— Я бы пошел вместе с тобой, но у меня не самый подходящий вид для подобных визитов, — со вздохом сказал Дел, тряхнув длинными темными волосами. — Я слишком похож на Чарли Мэнсона.[12]Нормальные люди не пускают меня на порог. Но ты, когда наденешь один из своих серых костюмов, — ты выглядишь как олицетворение Закона.

Шерил Кларк не хотела их впускать.

— Речь идет об убийстве, мисс Кларк, — спокойно сказал Дэвенпорт, показывая свой значок. — Вы можете поговорить с нами, и я процентов на девяносто уверен, что мы получим ответы на наши вопросы и уйдем. Или вы откажетесь с нами беседовать, и тогда мы отвезем вас в участок, дадим возможность позвонить адвокату, а потом вам все равно придется отвечать на наши вопросы.

— Я не обязана с вами говорить.

— Обязаны. Вы не имеете права отказываться от разговора с полицией. У вас есть право молчать о том, что может быть вменено вам в вину. Но в этом случае мы отвозим вас в полицию, вы звоните своему адвокату, мы гарантируем вам иммунитет от уголовного преследования, и вы отвечаете на наши вопросы. В противном случае вы отправитесь в тюрьму за неуважение к суду, — отчеканил Лукас. Затем его голос слегка смягчился. — Послушайте, мы не хотим быть излишне жесткими. Если вы не совершили ничего противозаконного, то лучше поговорите с нами прямо сейчас.

— Но мне нечего вам сказать, — запротестовала она.

Потом ее взгляд обратился на Дела, который стоял возле крыльца и изучал мотоцикл.

— Мы бы все равно хотели задать вам пару вопросов, — сказал Дэвенпорт.

— Ну… Ладно, заходите. Но я могу и не ответить, — сказала она.

Ее квартира была чистой, но безликой, похожей на номер в мотеле. Самым заметным предметом мебели был телевизор, занимавший видное место на стене напротив дивана, покрытого толстым зеленым сукном, которое, скорее всего, было снято с бильярдного стола. Через раздвижную дверь можно было выйти на крошечный балкон с видом на долину реки Миссисипи.

— Это мотоцикл вашего друга стоит возле дома? — дружелюбно спросил Дел.

— Он мой, — коротко ответила Кларк.

— Вы ездите на нем? Замечательно, — сказал Дел. — И часто курите травку?

Он стоял перед дверью на балкон и смотрел на реку. На нем была пестрая рубашка, грязные черные джинсы с широким поясом байкера, усеянным серебристыми заклепками, и джинсовая куртка.

— Я не… — Кларк, одетая в белую форму медсестры, сидела на диване в напряженной позе. На бледном лице под глубоко сидящими глазами залегли тени. Она посмотрела на Лукаса. — Вы говорили…

— Не вешайте нам лапшу на уши, — перебил ее Дел все тем же дружелюбным голосом. — Пожалуйста. Мне плевать на наркоту, но врать не надо. Можно словить кайф только от того, что видишь все это.

Он отдернул занавеску.

— Я не… — начала она, но потом пожала плечами и призналась: — Я не часто курю.

— Это не имеет значения, — сказал Дэвенпорт, сел на диван и повернулся к Кларк. — Вы когда-то встречались с Майклом Беккером.

Она прижала руки к груди.

— Я уже все рассказала первому офицеру. Наши отношения ничего не значили.

— Мы проводим расследование по поводу убийства его жены. Пока мы не выдвигаем никаких обвинений против Беккера, а лишь пытаемся составить о нем впечатление, — сказал Лукас. — Вы кажетесь мне умной женщиной. Нам нужна ваша… оценка.

— Вы хотите узнать…

— Мог ли он убить свою жену.

Она посмотрела на полицейского и отвернулась.

— Да.

— Он был склонен к насилию в отношениях с вами?

Женщина немного помолчала, а потом кивнула.

— Да.

— Расскажите нам.

— Он… часто бил меня. Руками. Открытой ладонью, но было больно. А однажды он начал меня душить. Я тогда подумала, что вот-вот умру. Но он меня отпустил. У него бывали вспышки ярости. И тогда Беккер становился неуправляемым, но в последний момент… всегда успокаивался.

— А какой секс у вас был? Он вел себя необычно, любил связывать?

— Нет-нет. Как раз секса у нас почти не было.

Она посмотрела на Лукаса, чтобы понять, верит ли он ей.

— Он импотент? — спросил Дэвенпорт.

— Нет, — ответила она и взглянула на Дела. Он кивнул, показывая, что внимательно слушает. — Иногда мы занимались любовью, а иногда нет, но у меня создалось впечатление, что его интересовало нечто другое.

— И что же?

Страх Кларк перед полицейскими отошел на второй план. Она задумалась, подыскивая правильные слова, поневоле заинтересованная.

— Ему необходимо все контролировать. Он заставлял меня… ну… заниматься с ним оральным сексом и все такое. И вовсе не потому, что его это возбуждало, просто ему нравилось доминировать. Секс не имел для него особого значения.

— Он принимал наркотики, когда находился рядом с вами?