Дом, где притаилась смерть - Марина Серова

– Зря стараешься, – остановила я его, мыском ботинка выбив острый предмет из его пальцев. – Наручники натовские, специально для террористов, замок секретный, а металл закален при исключительной температуре плавления. В обычной мастерской распилить его будет сложно.

– Сука! – последовал его ответ.

На этот раз с его лица спало насмешливое выражение. Похоже, все пути к побегу мне удалось отрезать. Гусев был в бешенстве и не скрывал этого.

– А Ветров? – Вернув его в прежнюю позицию и опять сдавив его тело своими коленями, спросила я так, словно инцидента с наручниками не было.

– А он тут при чем? – нахмурился Гусев. – С ним я не спал…

– А с Ольгой спал, значит?! Выходит, любовный сговор, – усмехнулась я.

– Хватит уже по сто раз одно и то же! Я больше ни слова не скажу без адвоката! Стерва! И ты! Две сучки, вам мужика надо, чтобы знали, чем на самом деле должны бабы заниматься! Возомнили себя черт знает кем! Ненавижу! – на одном дыхании выпалил он и больше не проронил ни слова.

Да мне и не требовалось. В принципе я с самого начала подозревала, что за билетом могут охотиться сразу несколько желающих, видимо, конкурирующих лагерей было два: в одном выступал в гордом одиночестве охранник Ветров, в другом – доктор и продавщица.

– Должна сразу разочаровать, что трюк с кепкой и очками не прошел. Подозревать подосланного для проверки охранника из соседнего торгового центра оснований не было, ваш спектакль с треском провалился, – не щадя чувств мужчины, произнесла я.

Дело в том, что благодаря снимкам с камеры скрытого наблюдения майору Петрову удалось установить, кто тот дотошный покупатель, на которого жаловалась Ольга. Им оказался рядовой сотрудник конкурирующего магазина. Его владельцам пришла в голову идея с подосланными покупателями, вот этого охранника и наняли, а Ольга с Гусевым, насколько я теперь понимала, просто решили использовать его запоминающийся образ в качестве прикрытия. Умно, но не дальновидно. Такой подлог легко проверяется. У охранника было алиби на момент нападения в лифте, я попросила Петрова отправить в салон участкового, тот выяснил, что охранник был на месте. Все эти сведения только добавляли загадок в моем расследовании до той поры, пока нам с Клаудией не удалось, наконец, обезвредить Гусева.

Больше вопросов у меня не было. Я вызвала полицию, позвонила напрямую капитану Воробьеву, который занимался задержанием Ветрова в гостинице. Патруль приехал через час.

– Евгения Владимировна, может быть, теперь вы мне расскажете, как все обстоит на самом деле, – лукаво сощурил глаза служитель правопорядка.

– Обязательно, вот только вернусь из Москвы и сразу же к вам, – заверила я его, сдала Гусева, что называется, с рук на руки, дождалась, когда Клаудия закончит давать показания, и мы отправились в Москву.

Остаток пути мы провели без происшествий. Итальянка очень переживала, как я смогу справиться с дорогой после опасной схватки с Гусевым, но такие трудности только вдохновляли меня. Я любила изредка подвергать свою волю испытаниям на прочность. В понедельник, ровно в одиннадцать часов, мы подкатили к крыльцу посольства. Обе мы были вымотаны, но итальянка несколько раз впадала в тревожный сон по дороге. Я, предвкушая окончание долгого рабочего дня, держала себя в руках.

– Осталось всего ничего – сходить и заявить свои права на выигрыш! – с улыбкой повернулась я к Клаудии. Я с трудом нашла место среди сотен других автомобилей и поставила машину на паркинг на площади перед посольством. Я знала, что с местами для автомобилей в столице проблема, и сейчас лишний раз в этом убедилась, но вслух комментарии давать не стала. Вопрос с выигрышем волновал меня больше, поэтому я спросила: – Надеюсь, ты не потеряла билет?

– Нет, что ты, вот он, – и с этими словами она вынула заветный сверток из сумки.

Я еще не успела осмотреться на парковке и предупредить Клаудию об осторожности, как она нажала кнопку и разблокировала двери машины. Выйти она не успела, или даже не смогла этого сделать, так как, едва раздался щелчок снятия блокировки с замка, передняя дверь со стороны Клаудии распахнулась, и в салон с ножом в руках втиснулся какой-то парень, выхватил у Клаудии из рук билет и кинулся в обратную сторону. Он действовал довольно быстро, но и я была не из медлительных, споро выскочила со своей стороны и бросилась ему наперерез.

Столкнулись мы уже у крыльца посольства. В прыжке мне удалось ухватить его за ноги и повалить на землю. Он отбрыкнулся от меня, задев носком ботинка мой висок. Несмотря на ощутимую боль, я нашла в себе силы продолжить схватку. Парень оказался в неплохой физической форме. Он встал на ноги и толкнул меня со ступенек вниз, устоять было нереально, я упала, но быстро поднялась обратно. Он уже взялся за ручку двери, но я схватила его за локоть, рванула назад. Он предпринял попытку ударить меня кулаком, я отступила. Драка наша шла по нарастающей, когда двери посольства распахнулись и к нам выбежали сразу два охранника. Оба, естественно, кинулись к мужчине, справедливо считая меня – с виду хрупкую и безобидную – жертвой. Воспользовавшись помощью, я подскочила к парню и выхватила билет у него из рук.

– Что происходит? – в один голос спросили охранники.

– Вызывайте полицию, – коротко бросила я и сделала знак Клаудии подойти к нам. Все это время она пряталась за машиной.

– На, – протянула я ей спасенный заветный билет. – Иди заявляй о своей удаче. – Уговаривать дважды ее не пришлось. Итальянка скрылась за дверями посольства, я осталась на улице ожидать полицию.

Документы, найденные у парня, заставили меня удивиться.

– Игнатов Артем Михайлович, – прочитала я и не удержалась. – А не брат ли ты Виктории Михайловны Игнатовой? – задала я в общем-то риторический вопрос. Теперь все детали ребуса заняли свои места.

Виктория сразу меня насторожила своей самоуверенностью и при этом бегающим взглядом. Она все время выведывала данные про распорядок дня начальницы. Я подозревала, что скрытая камера, найденная мною в кабинете, ее рук дело. Возможно, отпечатки пальцев подтвердят мои догадки. Судя по всему, и Виктория не осталась равнодушной к выигрышу своей начальницы. Стремление отломить кусок сладкого, но чужого пирога оказалось для нее роковым. По крайней мере, для ее брата уж точно. Теперь уже дело следствия выяснить, почему и по чьей наводке этот Артем поджидал начальницу сестры у дверей посольства. Мне было все понятно в этой истории. Я дождалась полицию и дала им показания о случившемся. Спустя время ко мне присоединилась счастливая Клаудия.

– Наконец-то все позади! Теперь мои деньги не станут ни для кого приманкой. Они поступят на мой итальянский счет. Слава Пресвятой Деве, для твоих соотечественников они будут недоступны. А в Италии никому не известно о моем выигрыше, кроме мамы. Но она заинтересована только в моей личной жизни, а не в деньгах! – Она блаженно потянулась. – Теперь в гостиницу и немедленно отдыхать!

– Я полностью поддерживаю, – не могла не согласиться я. – Вот только думаю, тебе следует знать.