Суд неправых - Чингиз Абдуллаев

В ложе не понравилась и моя кандидатура, поэтому был нанят Нельсон со своей бандой профессиональных убийц, которые начали искать меня по всему миру. Вчера я был во Франкфурте, встречался с главой немецкого банка герром Штельмахером. Мне удалось его разговорить, и я узнал, что магистром ложи является Локателли. Понятно, что он не Великий магистр и не может отдавать приказы. Но он занимает определенное место в этой иерархии должностей, и поэтому мне нужно срочно с ним встретиться. У меня к тебе просьба. Надо передать Локателли, что я собираюсь завтра днем побывать у него на приеме.

— Передам, — кивнул Лоусон, — но не могу гарантировать, что он тебя обязательно примет.

— Если будет сообщение из вашего клуба, то обязательно примет, — убедительно произнес Дронго, — моя беседа с ним уже не терпит отлагательств. Я могу сказать тебе даже больше. — Он посмотрел по сторонам и наклонился к Лоусону: — В ближайшие несколько дней произойдут очень важные события. Убийство двух банкиров ваш клуб не оставит без должного наказания. Это будет вторая показательная порка.

— Подожди, — прервал его Лоусон, — но если оба банкира были членами масонской ложи, то почему их убрали?

— Там, видимо, была общая договоренность о совместных действиях, — пояснил Дронго, — а эти двое были новичками. Мартинес и Гальярдо не присутствовали на предпоследнем заседании клуба. Один был в больнице, после аварии, другой не был приглашен. А уже в этом году оба участвовали в заседании клуба. И, очевидно, решили несколько проигнорировать указания своей ложи. Я специально несколько дней подряд просматривал финансовые отчеты этих банков. Они явно манкировали распоряжением своей ложи, решив не осложнять отношений ни с клубом, ни с ложей. И поплатились за эту двойную игру. Теперь понимаешь, как все сложно запуталось?

— Кто будет следующий?

— Этого я не знаю. Но теперь ответный ход за Бильдербергским клубом. И нам остается только сидеть у телевизора и ждать новостей. Полагаю, что в этот раз сексуального скандала не будет. Дважды повторять один и тот же трюк в течение одного спектакля даже среди иллюзионистов считается неприличным. Значит, на этот раз придумают что-нибудь другое.

— Я постараюсь выйти на Локателли, — произнес Лоусон, — но не могу тебе ничего обещать заранее. Он достаточно капризный и самоуверенный человек. С ним будет сложно договориться.

— Мне нужно с ним увидеться, и как можно быстрее. Я могу вылететь чуть позже, часов в одиннадцать, чтобы прибыть туда примерно в половине второго, за счет разницы во времени. А ты успеешь найти в первой половине дня Локателли и обо всем договориться.

— Подумаю, — вздохнул Лоусон. — У тебя есть оружие?

— Не беспокойся. Меня охраняют.

— Нужно было вызвать сюда твоего друга Эдгара Вейдеманиса. Это сейчас единственный человек, которому ты можешь доверять. Я слышал, что много лет назад ты спас ему жизнь.

— Мы с ним друзья, — просто ответил — Дронго.

— Именно поэтому тебе нужно было привезти его, — негромко проговорил Лоусон, — тогда я был бы гораздо спокойнее.

— Он сидит у тебя за спиной, — улыбнулся Дронго, — только сразу не поворачивайся.

Лоусон кивнул, взял бокал вина, отпил, поставил бокал на столик и, повернувшись, увидел Вейдеманиса, действительно сидящего у него за спиной.

— Это правильно, — одобрил он, — я прямо с утра начну звонить в Рим и попрошу подключить наших сотрудников клуба. Думаю, Локателли захочет с тобой переговорить.

— Только одна большая просьба. Об этом не должен знать Джордж, — предупредил Дронго, — и вообще никто из членов Совета клуба. У меня конфиденциальное поручение от Политика, которого ты знаешь. Иначе я просто не смогу проверить, кто именно примкнул к этой семерке и начал работать на масонскую ложу. Мне нужна именно твоя помощь.

— Я это понял, — вздохнул Лоусон, — у тебя опять почти невыполнимая задача. Постараюсь позвонить ему сам.

— Тогда договорились. За тебя, — поднял бокал Дронго.

— За твою долгую жизнь, — грустно пожелал Лоусон, словно сомневаясь в этих словах.

…На следующий день самолет приземлился в римском аэропорту Фьюмичино имени Леонардо да Винчи, и оба напарника отправились в центр города на встречу с главой национального банка Италии Орацио Локателли. Национальный банк занимал вытянутый трехэтажный дворец, именуемый Палаццо Кох. Они появились в банке в третьем часу, и им сообщили, что нужно приехать к четырем часам, после сиесты. Им пришлось выбрать небольшой ресторан рядом с банком, где они и расположились за столиком. Вейдеманис попросил принести ему холодного пива, Дронго предпочел бокал холодного белого вина. Он набрал номер Лоусона.

— Я уже передал твою просьбу его старшему помощнику, — сообщил Лоусон, — сказал, что это исключительно важно. Он пообещал помочь. Не знаю, сумеет или нет, но пообещал. Надеюсь, что он не станет перезванивать нам и узнавать, кто и почему просил об этой встрече.

— Спасибо. Как зовут этого помощника?

— Николо Кармесси. Я дал ему твое имя и фамилию. Сказал, что тебя обычно называют Дронго. Он удивился, но записал. Очень пунктуальный и исполнительный итальянец, что совсем не похоже на итальянцев.

— Не нужно наговаривать на этот прекрасный солнечный народ, — недовольно проворчал Дронго.

— Извини. Я забыл, что у тебя супруга итальянка, — рассмеялся Лоусон.

Дронго нахмурился. Он не разговаривал с Джил уже несколько дней. Попросив телефон у Эдгара, набрал ее номер:

— Добрый день.

— Надеюсь, что добрый, — произнесла она. — Ты не звонил мне целых два дня. Тебе не кажется, что так нельзя? Можно было хотя бы раз в день отзваниваться.

Он подумал, что не стоит ей рассказывать о том, что произошло за эти два дня. Его пытались убить несколько раз, и он тоже стрелял и даже убил человека. Хотя Уиллера нельзя называть человеком в полном смысле этого слова. Он был жестоким и мстительным убийцей. Но все равно неприятно. Интересно, что бы она сказала, узнай, что он стрелял в живого человека, пусть даже защищая свою жизнь, пусть даже в такого законченного подлеца.

— У меня были очень важные дела, — признался Дронго, — но все равно я виноват. Ты абсолютно права. Я настоящая свинья.

— Не нужно так буквально, — рассмеялась Джил. — Как у тебя дела? Все в порядке? Где ты сейчас находишься? В какой точке земного шара.

— В Риме, — неожиданно даже для самого себя ответил эксперт.

— И ты не хочешь нас увидеть? — спросила она дрогнувшим голосом. Она с детьми жила на вилле своего отца недалеко от Рима. Это был самый большой секрет эксперта Дронго, о котором он никогда и никому не рассказывал.

— Хочу, — ответил он. — Если все будет нормально, сегодня приеду к вам.

— Мы будем тебя ждать.

— Спасибо, — пробормотал Дронго.

— Что случилось? — спросила Джил. — Ты никогда раньше не говорил, что летаешь иногда в Рим. А если прилетал по своим делам, то не считал нужным посвящать меня в эти тайны. С тобой что-то случилось?