Адвокат из Голливуда - Марина Серова

– Ну да.

– Постойте, минуточку… Что он вам пообещал?

– Ну что на этот раз Свету наверняка возьмут.

– А он откуда мог знать?

– Ну как же, он ведь тоже там работает – со многими знаком, и даже из начальства, он-то уж точно знает…

Эта фраза произвела в моей голове такой же эффект, какой производит миксер в чашке с яичными белками, из которых предполагается сделать гоголь-моголь. Игорь, Валя, Андрей, Света, Олег, все их путаные отношения закрутились в моей голове в такой гоголь-моголь, что на секунду я засомневалась, смогу ли удержать равновесие.

В довершение этой круговерти из спальни, куда спряталась Света, стали доноситься звуки разговора, и на этот раз я испугалась галлюцинаций уже всерьез.

– По телефону разговаривает, – поспешила успокоить меня Галина Сергеевна, видимо уловив недоумение на моем лице.

– А-а, – все еще несколько рассеянно отреагировала я. – Ну что ж, спасибо вам за информацию, Галина Сергеевна, не буду вас больше беспокоить.

– Ну что вы – не за что.

– Всего хорошего.

– До свидания.

Конечно, в свете открывшихся новых фактов у меня наверняка нашлась бы и еще пара-тройка вопросов, но сначала мне требовалось успокоить броуновское движение в своей голове. Для того чтобы продолжить следствие, мне было жизненно необходимо обдумать и проанализировать полученную информацию и разложить все новые сведения по полочкам.

Ведь получается, что все лица, имеющие отношение к расследуемым мной делам (причем – к обоим), крутились вокруг одной сотовой компании. Валя и Игорь работали там, Света собиралась устроиться туда, а убитый Олег и обвиняемый в этом Андрей были связаны между собой через Свету. Да, кстати, и через Игоря тоже. Хотя, по его словам, с Олегом он особенно близко не общался, но с Андреем-то общался и со Светой общался, а Света в последнее время дружила именно с Олегом, а не с Андреем. Дружила с Олегом и знает Гогу…

Тут на мгновение миксер выключился, и вместо гоголь-моголя в голове четко обозначилась та самая ниточка, связывающая Гогу и Валю, которую я так стремилась найти.

Света знает Гогу, и Света же претендует на место, которое занимала Валя, – вот она, ниточка! Но тогда… тогда получается, что Валя вовсе и не должна была знать, что к ней имеет претензии именно какой-то Гога. Достаточно было того, что об этом знает Света. А Света наверняка знает это, ведь не зря она так боится. Только чего? Того, что через Гогу она причастна к убийству? Или того, что просто слишком много знает? Да, Свету, видимо, придется отдать в разработку Мельникову. Официальных рычагов давления на нее я не имею и даже просто поговорить со мной заставить не могу, если она сама не захочет. А Мельникову, ему что – вызвал на допрос – и прав. Тут уж хочешь не хочешь, а пойдешь.

Здесь мои рассуждения прервал телефонный звонок.

– Алло, Татьяна? Это Игорь вас беспокоит, помните такого?

Еще бы мне тебя не помнить! Последние несколько часов только о тебе и думала.

– Как же, как же. Рада вас слышать, Игорь.

– Я, собственно, хотел узнать, как там продвигается дело. Ведь, как я слышал, материалы скоро передадут в суд…

– Ничего, потихоньку продвигается. Игорь, помните, когда вы нашли меня там, на газоне, возле дома Алевтины Прокофьевны, вы, кажется, сказали, что возвращались с работы…

– Ну да.

– А нельзя ли уточнить, где вы работаете?

– Где работаю? В сотовой компании. Слышали, наверное. – Он назвал компанию, в которой работала Валя.

– Слышала, слышала. Я даже слышала, что на место погибшей Вали Смирновой устраивается Света Щербакова…

Тут в мою несчастную, вконец запутавшуюся голову снова ударила оглушающая мысль: а что, если реальная действительность находится в прямой противоположности с моими предположениями? Что, если Света так боится не оттого, что она причастна к убийству, а оттого, что и ее могут убить? Сказав, совершенно непреднамеренно, что Света собирается на место Вали, я вдруг вспомнила, где именно сейчас находится Валя, и все мои теории опять перевернулись с ног на голову.

– …и я подумал – может, отвлечется немного, и полегчает ей, – продолжал между тем Игорь фразу, начало которой я пропустила мимо ушей. – Я и Андрюху хотел к нам устроить… Да ведь я вам говорил, кажется…

– Вы не уточняли, что собираетесь предложить ему работу в той же компании, где работаете сами.

– Разве? Ну, значит, пропустил. Да разве это так уж важно?

– Как знать…

– Да? Ну, извините – не обратил внимания… Да я почему-то думал, что вы знаете… Ведь и Валя там работала, мы, собственно, поэтому и поддерживали с ней отношения. Я думал, вы знаете…

– Нет, я не знала. Кстати, раз уж у нас зашел разговор, вы не могли бы уточнить, чем именно там занимаетесь?

– Да так… шоферю.

– Мать Светы утверждает, что у вас достаточно короткие отношения с руководством, это так?

– Она преувеличивает. Конечно, просят иногда что-нибудь сделать, ну… вы понимаете… просьбы личного характера. Ну вот. А по ходу иногда информацией делятся, кого там премия ожидает, а кого, наоборот, выговор. Насчет Светки я тоже спрашивал у них – сказали, что вроде бы возьмут. Да и потом, вы не думайте, что это какое-нибудь там уж действительно начальство – так, менеджеры да агенты… среднее звено. Так что насчет руководства – это она… хватила.

– Насколько я поняла, Галина Сергеевна не знает, по какой причине освободилось это место. Вы не посчитали нужным сообщить ей?

– Да нет, зачем расстраивать? Дела уже не поправишь, а человек будет переживать.

– А Света знает?

– Светка-то, конечно, знает. Поэтому и запсиховала опять… Вы ее строго не судите.

– А вы уверены, что правильно будет устраивать ее на это место, зная, что…

Тут я прикусила язык. Ведь тот факт, что самоубийство Вали поставлено под сомнение, еще не афишируется. С какой же стати я буду всем об этом докладывать?

– …зная, что того, кто раньше там работал, больше нет в живых? – дипломатично обошла я сомнительный нюанс.

– Может, и неправильно. Но еще неправильнее, на мой взгляд, то, что Светка целыми днями сидит в этой своей спальне и переваривает случившиеся недавние события.

Что ж, тут он был прав. В состоянии депрессии уход в себя категорически не рекомендуется.

– Ну хорошо, вам виднее.

– Так как же насчет Андрея-то? Успеете до суда?

– Постараюсь.

Я отключила телефон и отправилась домой. День оказался насыщенным, и я чувствовала себя уставшей. Хотелось уюта, тепла, хотелось отдохнуть в объятиях любимого. Алексей обещал сегодня прийти пораньше и, чтобы компенсировать вчерашний моральный (и отчасти физический) ущерб, нанесенный мне в ночном клубе, сводить меня в ресторан.