Адвокат из Голливуда - Марина Серова

– Извини, но за двести долларов я должна убедиться, что это действительно то, что мне нужно.

– Ну, ты упертая!

Паша начинал терять терпение. Но не на ту он напал, чтобы втискивать фуфло.

– Позови-ка товарища, я с ним перекинусь парой слов.

Подпрыгивая на месте от негодования, Паша окликнул:

– Эй, земляк!

Подозрительная личность приблизилась.

– Скажи ей… – обратился Паша к «земляку», выражая высокомерное презрение к моей недоверчивости.

«Земляк» – личность, без сомнения, уголовная – на секунду вопросительно вскинул на меня свои асимметричные глаза, но ничего не сказал.

– Э-э… вы действительно… кстати, как вас зовут? – попыталась я начать разговор.

– Не важно, – промолвил Пашин знакомый.

Голос был сиплый и приглушенный, а короткий ответ явно свидетельствовал, что стоящий передо мной человек не отличается коммуникабельностью. И за это с меня требуют двести долларов? Чтобы не тратить зря золотое время, я решила за одним разом расставить все точки над «ё».

– Вы действительно знаете, кто такой Гога?

Сказано было коротко и ясно. Ответ тоже оказался исчерпывающим.

– Ну, знаю. Он в компании сотовой связи официально числится, – тип назвал компанию, в которой работала Валя, – а работает на «папу». Раньше с Олегом работал, а теперь… сам.

В который уже раз за время расследования этого дела над моей головой раздался гром среди ясного неба. Гога работает там же, где и все фигуранты по моему делу?! Да за одну эту новость я готова была не то что заплатить Паше двести долларов, но даже расцеловать его. Однако, собираясь в больницу к Алексею, с собой я таких денег, разумеется, не захватила.

– Ребята… я щас… мигом, – возбужденно бормотала я, порываясь броситься домой за деньгами и боясь, что за это время Паша со своим «земляком» могут раствориться в воздухе так же, как только что появились из него. – Щас… один момент.

– Куда?! – вопил доведенный до белого каления Паша.

– Паш, ты не волнуйся, я только за деньгами… вы только, главное, не уходите никуда… я щас…

На этот раз лифт работал, и мне не пришлось ставить мировые рекорды, взбегая по лестницам.

Через пару минут я снова оказалась на улице, придерживая рукой в кармане пачку долларов и чувствуя, что сердце от волнения готово выскочить из груди.

– А для него принесла? – строго спросил меня Паша, когда я с ним расплатилась.

– И для него принесла, не волнуйся. И вообще – спасибо тебе… извини, что засомневалась.

– Да ладно. Вы, бабы, всегда так: где настоящее дело – не верите, а когда вам лапшу на уши вешают – так на край света идти готовы. Ладно, пошел я.

Многоопытный Паша удалился, и я вплотную занялась товарищем, которого он мне привел.

– Вы сказали, что Гога работает в…

– Ну да.

– А кем, если не секрет?

– Точно не знаю, но не начальником. Так, кем-то числится. То ли шофером, то ли охранником.

– Шофером?!

– Ну да. Это они еще с Олегом задумали. Устроиться в какую-нибудь сотовую компанию и ставить телефоны на прослушку.

– Зачем?

– Как – зачем? Звоните вы, допустим, своему другу, договариваетесь встретиться. А Гога узнает об этом и грозит рассказать вашему мужу, если вы не заплатите. Зачем… Бабло рубить – вот зачем.

– Ясно. Но в должности шофера не так-то просто осуществить этот замысел.

– Так они сами, что ли, собирались… они, то есть Гога, устроились туда, чтобы почву подготовить, контакты там наладить, обстановку разведать… А со временем собирались своего человека на нужное место поставить, чтобы тот им информацию сливал.

– Ну и как – поставили?

– Не знаю, я в то время уже… ну, в общем, вышел из игры. Они хотели туда бабу Олега втюрить, у нее там даже родственница какая-то работала, но, кажется, на это место кого-то другого взяли.

– Скажите, а как полное имя Гоги?

– А черт его знает… Гога и Гога, все так называли.

– Скажите, а почему вы согласились рассказать мне все это? Ведь вы рискуете…

Асимметричные глаза моего собеседника на мгновение оказались в фокусе, и я почти физически ощутила на себе тревожный, пытливый и, в общем-то, тяжелый и неприятный взгляд.

– Должок за ним, – медленно произнес «земляк». – Напрямую-то получить с него у меня теперь руки коротки, а так… через добрых людей… Вот, может, вы как-нибудь посодействуете. Глядишь, справедливость и восстановится. Еще есть какие-нибудь вопросы?

– Да нет, пожалуй, больше никаких. Возможно, у официальных органов нашлись бы, но вы ведь с ними беседовать не захотите?

«Земляк» красноречиво ухмыльнулся.

– Ну, я так и подумала. Сколько с меня следует?

– Пятьсот, – тихо и скромно произнес «земляк».

Час от часу не легче! Позвольте, если у этой шушеры такие расценки, сколько же их поводыри-то берут? Хотя, впрочем, если бы кто-то из этих самых «поводырей» был замечен за подобной беседой, это, несомненно, означало бы для них только одно – смертный приговор. Да и для моего сегодняшнего собеседника такие разговоры могут быть чреваты… ведь, как ни крути, а Гогу-то он мне сдал. Ну и, следовательно, деньги свои заработал – нечего жаться.

Я отсчитала нужную сумму и протянула ее «земляку». Похоже, он и сам не ожидал, что я соглашусь заплатить столько, потому что, несколько ошеломленно и как бы еще не веря, взял деньги, но потом, пересчитав, кажется, остался доволен. Даже, прощаясь, сказал, что в случае чего я всегда могу к нему обратиться.

«Еще бы – за пятьсот-то баксов!» – подумала я. Что это там за должок такой он числит за Гогой? Уж не денежный ли? Тогда нельзя не признать, что я «посодействовала» его возвращению в самом буквальном смысле, какой только можно себе вообразить.

В свете открывшихся новых фактов намеченную было поездку в больницу я решила отложить. С Алексеем там ничего не случится, а суд по делу Андрея Звягинцева состоится уже на этих днях. Мне нужно было спешить.

Для начала я хотела проанализировать и разложить по полочкам все, что мне было известно. Я снова поднялась к себе в квартиру, заварила кофе, закурила сигарету и принялась думать.

Итак, неужели Игорь? Старый друг, заботливый приятель, человек, всегда готовый прийти на помощь? Я вспомнила, что каждый раз, когда что-нибудь случалось, рядом обязательно оказывался Игорь. Ведь и о «самоубийстве» Вали сообщил мне именно он. А вчера? Не успела я выйти от Светы – мне тут же позвонили, и позвонил именно Игорь, а не кто-нибудь. Наверняка это с ним Света разговаривала по телефону в спальне. А потом на нас напали… И этот случай в ночном клубе… Это получается, сам же шарахнул меня по башке – да сам же потом и привел в чувство. К чему весь этот маскарад?