Надежду убивают первой - Марина Серова

То, что с Катей что-то случилось, я поняла сразу. Иначе каким образом здесь оказалась бы Прохоровна?

— Где Катерина? — спросила я Филимонову, неподвижно сидящую около остывающего тела сына.

Прохоровна посмотрела на меня пустым, отрешенным взглядом. Лицо ее было спокойно и не выражало ни горечи, ни злобы. Губы женщины зашевелились. Она собиралась что-то сказать, но слова почему-то не выговаривались, получались только хлюпающие звуки и мычание.

Со всех ног я пустилась к машине, в считаные секунды пересекла поляну и, освещая фонариком тропинку и близлежащие кусты, спустилась к озеру. Кати нигде не было видно. Машина стояла на прежнем месте с закрытыми дверцами и окнами.

— Катя! Катерина! — громко позвала я.

Девчонка не отвечала. Я направилась к кустам. Внимательно всматриваясь в темные ветки, продвигалась все дальше и дальше вдоль берега озера, пока не заметила впереди неясное пятно. С бешеной скоростью я бросилась к цели, раздвинула кусты и вместо Катерины обнаружила старую, кем-то забытую куртку.

Да уж, если какая-то неприятность может случиться, то она случится! Я глубоко вдохнула, задержав на мгновение воздух в легких, и резко выдохнула, чтобы хоть немного привести нервы в порядок, но особого эффекта не добилась.

Громко выкрикивая имя девушки, я возвратилась к машине и вдруг почувствовала характерный неприятный запах… Я распахнула дверцу, и от едкого газа на глазах моментально выступили слезы.

Катька лежала на переднем сиденье, уткнувшись носом в чехол, и, казалось, не дышала. Потому-то я раньше и решила, что в машине никого нет. Собрав последние силы, я вытащила бедняжку из салона, умыла холодной водой. Катерина пришла в себя, приоткрыла глаза и тут же скорчилась от спазм и тошноты, подступившей к горлу. Несчастную Катьку рвало, выворачивало наизнанку, трясло. Девушку необходимо было срочно показать врачу.

Эх, Таня-Таня, а ведь это ты разрешила Катерине участвовать во всем этом! И вот результат.

На заднем сиденье валялся баллончик какого-то аэрозоля. «Дихлофос» — прочитала я название препарата. Баллон оказался пустым. Меня бросило в жар, я просто кипела от ярости.

Так, значит, не случайно старая ведьма рылась в буфете, притворяясь больной! Оставшись наедине с неопытной девочкой, она отравила ее тараканьим ядом.

— Потерпи немного, Катюша. Скоро поедем в больницу.

— Что с Олей? — в перерыве между приступами спросила Катя.

— Все хорошо. Сейчас я ее приведу.

С откоса послышались автомобильные гудки. Кто-то настойчиво требовал моего возвращения.

Ноги совершенно перестали меня слушаться, поэтому не буду рассказывать о том, как я вновь добралась до поляны. Однако то, что я там увидала, вызвало во мне бурю положительных эмоций. Посреди поляны стояла машина Гарика, а сам Папазян в безупречном вечернем костюме и галстуке с деловым видом расхаживал вокруг нее.

— Гарик! — радостно прочирикала я и бросилась ему на шею. — Что ты тут делаешь?

— Да вот, приехал немножко посмотреть, что ты тут натворила. Ты же знаешь — я очень люблю выезжать по ночам к покойникам. Особенно в день моего рождения, вместо хорошего ужина. Еще лучше, если убитых будет двое, — добавил он с легким акцентом, глядя на то место, где лежало тело Филимонова. — Или трое?

— Один, — вздохнула я. — И куча пострадавших. Но как ты узнал? Как нашел меня здесь?

— Одна хорошая девушка послала мне SMS с твоего телефона. И зачем это ты, Танюша, скрывала от меня свою подругу Катю?

— Катю? — удивилась я, но тут же вспомнила, что Катерина действительно пользовалась моим мобильным телефоном.

— А она хоть красивая? — не отступая от своих привычек, поинтересовался Гарик.

— Какой же ты неисправимый развратник, Гарик!

— Я не развратник! Я орел-мужчина, горячий и страстный! Просто ты никак не хочешь в этом убедиться.

— Нисколечко в этом не сомневаюсь. Но сейчас у нас много дел.

— Ты всегда так говоришь, — притворился обиженным Папазян. — Я очень долго сюда ехал, потом еще целый час кружил по лесу, думал, как тебе помочь. А ты совсем плохо сделала — отключила свой телефон.

— Но ты же меня нашел?

— Услышал сигнализацию, а потом — выстрел.

— Ты молодец, Гарик. Ты самый умный и самый красивый.

Я достала из кармана пачку сигарет и, с наслаждением затянувшись табачным дымком, подошла к сторожке. Тело Филимонова по-прежнему лежало напротив двери, напоминая о недавнем кошмаре.

— Не кури на месте преступления. Неужели, Танюша, ты так ничему и не научилась? — услышала я за спиной слова Гарика. — Лучше расскажи, что произошло.

Сейчас Гарик напоминал мне моего школьного учителя физики, который постоянно отчитывал меня за невыполнение домашнего задания. Я затянулась в последний раз и щелчком отбросила недокуренную сигарету в сторону. Окурок недолго парил в воздухе, мигая красным светящимся огоньком, и, описав дугу, медленно опустился на землю.

— Расскажу, Гарик, но чуть позже. Катерину надо срочно отвезти в больницу. Да и у старухи рука ранена. Кстати, где она?

— В машине. Плечо я ей перевязал, только, по-моему, твоя старуха немножко тронулась умом. А дамы в избушке мне не хотят открывать дверь. Такие же сумасшедшие!

Я улыбнулась — действительно, при таких обстоятельствах несложно лишиться рассудка, — постучала в сторожку и велела Александре и Ольге выходить.

Женщины были все еще напуганы и сильно нервничали. Лишь после того, как я сообщила, что Юрий скончался, до них начал доходить смысл происходящего.

По лицу Ольги пробежала быстрая тень, она прикусила губу, но спрашивать ничего не стала.

Заботливый Папазян поджидал нас у двери. Он сообщил, что связался с местной милицией и вызвал реанимацию.

— Ты, Танюша, вези своих красавиц в больницу, а я дождусь коллег из поселка и вас догоню.

Поблагодарив Гарика за опеку, я в нескольких словах описала ему суть произошедших здесь событий и, оставив скучать с полоумной старухой и безжизненным телом ее сына, поехала в город.

Я была благодарна Гарику за то, что он освободил меня от допросов и протоколов, и в то же время мне стало его искренне жаль.

Бедный, несчастный Гарик! Вместо романтического вечера в уютной интимной обстановке мой доблестный рыцарь проведет свой день рождения в темном глухом лесу.

Неужели нам так и суждено навсегда остаться просто друзьями? Получается, что я опять не сдержала слово, обманула Гарика. Но боюсь, другого случая доказать свою пылкость и страсть ему не представится. Я же известная стерва, и поэтому мое обещание провести с ним сегодняшний вечер на последующие вечера не распространяется.

Три несчастные жертвы сегодняшней ночи сидели на заднем сиденье моей «девятки», доверчиво прильнув друг к другу.