Твои дни сочтены - Марина Серова

– Кто? – невольно воскликнула я, немало удивившись.

– Майкл Джексон! – назидательно повторила старушка и пояснила: – Певец американский!

Видя мой изумленный взгляд, обиженно продолжила:

– А что, думаешь, я совсем старая и современных певцов не знаю? Его только прошлым летом по телевизору замучились показывать, когда он умер. Я все концерты смотрела, вот так! И мнение мое такое: сам себя он до смерти довел своими пластическими операциями! А парень талантливый был… И без всяких операций симпатичный! Чего ему вздумалось уродоваться? Сейчас негры-то в моде!

– Анастасия Петровна, ты по делу говори! – перебила ее Галина Дмитриевна.

– Ну, оглядела я красавицу и пошла за хлебом, – продолжила соседка. – Иду обратно, а меня знакомая останавливает. Мы с ней и разговорились. А недалеко от того места, где мы стояли, есть мусорные баки. Я гляжу и глазам своим не верю: идет вроде бы моя красавица, но уже в модном плаще, и волосы у нее уже черные, в руках уже два пакета – маленький и с Майклом Джексоном. Очков на лице тоже нет. Я глядь на туфли – те самые! Так по пакету и туфлям я ее и признала. Красавица подошла к мусорному баку, выбросила маленький пакет и пошла дальше. Я быстренько распрощалась со знакомой и к мусору посмотреть, чего это там моя красавица выбросила. Глядите!

Анастасия Петровна торжественно достала из шкафа сумку и вытряхнула из нее светловолосый парик, солнцезащитные очки и перчатки.

– Вот! Те самые.

– И что же вы обо всем этом молчали? – вырвалось у меня.

– Так никто ж не спрашивал! – сразу же встала в позу Анастасия Петровна. – А потом я и забыла. Сколько всего помнить-то нужно, а нам в нашем возрасте-то знаете… Сложно все в голове держать-то! Это вы, молодые, должны!

– Ну, ты уж не наседай на нее, – вступилась за меня Галина Дмитриевна.

– Да я и не наседаю совсем. Просто говорю, – возразила Анастасия Петровна. – И потом, откуда мне знать, что это связано со смертью той девчушки? Ведь все говорили, что она чем-то обкололась или обкурилась… Я и не знаю, что это за наркотики такие!

Анастасия Петровна отчаянно махнула рукой, словно это я сейчас предлагала ей попробовать те самые наркотики.

– Вот в наше время никаких наркотиков не было, – назидательно произнесла любознательная старушка. – И хорошо было. Не то что сейчас…

– Спасибо вам большое. – Я громко прервала Анастасию Петровну, принимая у нее вещественные доказательства. – Вам за все это пятисот рублей хватит?

И полезла в сумочку за деньгами.

– Хватит! – обрадовалась пенсионерка. – Я все равно не знала, что мне со всем этим делать. Выбросить жалко. Вдруг, думаю, пригодятся? Вот и пригодились.

– Спасибо вам огромное, – еще раз сказала я. – И вот еще что: может так получиться, что вам понадобится присутствовать на опознании. И выступить в суде как свидетелю.

Анастасия Петровна засияла, довольная:

– Всегда пожалуйста. Если надо будет – вы только скажите.

Галина Дмитриевна осталась болтать с соседкой дальше, а я попрощалась и поспешила уйти.

Доказательства практически находились у меня в кармане. Я сложила вещи Кристины обратно в пакет, думая: и умна подруга Милехина, и хитра, а вот на туфлях и Майкле Джексоне попалась. Недооценила, так сказать, бдительность и осведомленность представителей старшего поколения.

* * *

Следующий день стал последним в расследовании дела об убийстве Олеси Милехиной. С самого утра я занималась построением сценария дальнейших действий. Я буквально висела на телефоне и пыталась достать Привольнова. Однако ни по одному номеру поймать адвоката не удалось.

Прежде всего предстояло решить, что следует предпринять в отношении Кристины. Видимо, первым делом необходимо установить в квартире «жучок». В надежде на то, что ее удастся спровоцировать на признание. Для этого придется привлекать Привольнова. Надавить на него я бы сумела легко. Причастен он к гибели Олеси или нет – в любом случае. В этом я была уверена.

Технические детали? Это тоже решаемая проблема. Лучше всего прикрепить «жучок» где-нибудь в квартире так, чтобы было слышно, с какого бы телефона ни позвонила Кристина. Так будет лучше для надежности.

Надо было подумать над тем, каким образом проникнуть в квартиру, защищенную железной бронированной дверью и сигнализацией. Впрочем, взломы и другие грубые методы здесь были не нужны.

Отчаявшись дозвониться до Привольнова, я набрала рабочий номер Милехина. К моему удивлению, бизнесмен находился в офисе. Я справилась о его самочувствии, и Милехин сухо сообщил, что стенокардический приступ миновал.

– Владимир Петрович, у меня к вам просьба, – сказала я. – Когда я была у вас, то видела на вашем рабочем столе фотографию Олеси. Не могли бы вы дать мне ее на пару дней?

– Зачем она вам? – спросил Милехин.

– Я беседовала со старушками, живущими в доме Олеси, теми, которые всегда сидят на лавочке и все обо всех знают. Они сказали, что не помнят Олесю в лицо, но если увидят фотографию, то вспомнят и ее, и, возможно, все, что происходило в день ее гибели, – соврала я.

– Хорошо, – согласился Милехин. – Возьмите. Только, пожалуйста, не забудьте вернуть. Я сейчас позвоню Кристине, чтобы она отдала вам фотографию.

– Спасибо. И еще… Мне будет совершенно необходимо с вами встретиться. Желательно сегодня вечером и у вас в офисе.

Милехин слегка покашлял, выдержал паузу и сухо ответил:

– Хорошо. Вы знаете, куда подъехать?

– Да.

– В таком случае в семь часов.

Таким образом вопрос с проникновением в квартиру Милехина был решен. Осталось подумать над тем, каким образом и чем занять Кристину, чтобы она не мешала.

Я осознала необходимость решительных действий в отношении Кристины сразу же после получения вещественных доказательств от бдительных старушек. В том, что именно Кристина убила Олесю, я больше не сомневалась. Как не сомневалась и в том, что файл в компьютере Олеси – тоже ее рук дело. Очень похоже на ее стиль, вульгарный и низменный. Но мне по-прежнему не были понятны мотивы, которые подвигли Кристину на преступление. Именно поэтому я и выбрала такой испытанный метод, как установление подслушивающих устройств. Не исключено, что Кристина действовала не одна, и поэтому этот шаг мог содействовать выявлению ее сообщников.

Припарковалась я в неприметном месте, в тенечке под деревом, там, где уже стояли три машины. Дверь, как и ожидалось, открыла Кристина. Я остановилась в прихожей и решила начать с откровенной лести:

– Кристина, ты сегодня восхитительна! Эта алая блузка тебе очень к лицу! – В принципе я не очень кривила душой и не лгала: обтягивающая блузка из алого шелка действительно очень шла смуглой супруге Милехина. Но комплимент в данном случае преследовал цель усыпить бдительность Кристины.