Звезда Вавилона - Наталья Солнцева

Семнадцатый век до нашей эры. Вавилон

После праздника в городе наступило затишье. Великое таинство «священного брака» свершилось, уставшие паломники вповалку спали у стен, окружающих Эсагилу, – в специально отведенных для них домах места для всех не хватало. Внутри святилища догорали факелы и бесчисленные свечи, зажженные во славу бога солнца… Пахло курениями, увядшими цветами и человеческим потом.

Юный служитель помогал своему наставнику укладывать щедрые подношения в большие деревянные лари из драгоценного кипариса. Он излишне поспешно затушил светильники у статуи Шамаша – бог был изображен в виде старца, восседающего на троне.

– Обращайся с огнем бережно! – рассердился жрец. – Разве тебе не известно, что огонь – земной символ бога? Господин и владыка Шамаш вершит правосудие и карает злодеев, его свет проникает повсюду, в самые укромные уголки, неся погибель темным и опасным духам. Бойся прогневить его!

Юноша испуганно смотрел на наставника, желая провалиться сквозь землю. Он и правда валился с ног от усталости и плохо соображал, что делает.

– Я сам приберу здесь, – смилостивился тот. – Иди, разбери вон те груды одежды, сброшенные участниками священнодействия. Их нужно привести в порядок и аккуратно развесить…

Паренек послушно наклонился и приступил к работе. Его руки наткнулись на что-то твердое и неприятное на ощупь. Еще не понимая, в чем дело, он вскрикнул. Среди ритуальной одежды, небрежно прикрытое парой расшитых голубыми и красными бусинами плащей, лежало мертвое тело.

– Что там такое? – недовольно спросил жрец.

Он тоже устал, его голова кружилась, а глаза слипались.

– Здесь… здесь… мертвец…

– Это, должно быть, жертвенный барашек задохнулся от зноя и набросанных сверху вещей.

– Нет, господин… это не барашек… это… человек…

Жрец, не веря своим ушам, подошел поближе. Может, кто-то из служителей культа потерял сознание от жары и непрестанных молитв?

Он увидел не то, что ожидал. На ворохе дорогих накидок и головных уборов ничком лежало тело мужчины, облаченное в темную хламиду. Так одевались представители только одной жреческой касты…

Наставник оттеснил растерянного отрока и приподнял руку усопшего. На его запястье с внутренней стороны ясно проступало клеймо: змеевидная голова дракона с раскрытой пастью и высунутым языком…

– О, мой бог-хранитель! – прошептал жрец. – Да повернет он ко всему доброму!

Мужчина умер насильственной смертью: в его спине торчал обычный ритуальный нож, которым закалывают принесенных в храм барашков. Таких ножей десятки в каждом святилище, их никто не считает.

Жрец повернулся к юноше и велел ему взять убитого за ноги, а сам крепко обхватил его руки.

– Снесем тело в подземелье, а там решим, как быть. Если этого человека найдут здесь, вина за его смерть падет на нас. Что привело его сюда? Ума не приложу…Ты его видел во время церемонии?

– Нет, господин…

– Кто мог покуситься на его жизнь во время «брачных торжеств»? Безумец! Боги накажут его…

Они долго спускались по каменной лестнице в темноту, волоча по ступенькам окоченевшее тело, пока не достигли тесной площадки, откуда брал начало прорытый в земле коридор. Жрец, тяжело дыша, зажег масляный светильник и вполголоса произнес охранительное заклинание. Отрок сидел на полу, разглядывая труп.

– Что это за знак на его руке? – полюбопытствовал он.

– Закрой глаза и не смотри. Забудь обо всем, – твердо произнес наставник, пристально глядя в лицо молодого помощника. – Спи!

Тот опустил веки и мгновенно погрузился в глубокий сон.

– Вот и хорошо. Когда ты проснешься, из твоей памяти сотрется это прискорбное происшествие…

Дальше жрец решил действовать один. Когда дело касается «стражей дракона», свидетели ни к чему. Он знал надежное местечко в тупиковых ответвлениях коридора, где можно спрятать труп так, что его никто никогда не отыщет.

«Потом совершу очистительный обряд… – думал он, обвязывая ноги покойника толстой веревкой из волокон тростника. – Я слишком стар, чтобы взвалить тело на плечи. Буду тащить волоком. Да простит меня дух усопшего, что я не обеспечил его останкам надлежащего погребения!»

Когда все было кончено, жрец вернулся на площадку к спящему юноше. Не оставлять же его здесь, под землей? Он наклонился и легонько дотронулся рукой до плеча молодого служителя. Тот вздрогнул и открыл глаза, будто очнулся.